Инна Инфинити – Девушка друга (страница 10)

— Значит, не ребенок.

— Сень, я устала сегодня, — выливаю недопитый чай в раковину и мою кружку. — Хочу отдохнуть. Пока.

В гостиной человек семь вместе с Владом. С гордо поднятой головой шагаю мимо них. Затылком чувствую, как Соболев провожает меня взглядом, поэтому натягиваюсь струной, но не оборачиваюсь.

Конечно, заснуть я даже не пытаюсь: знаю, что не получится. Читаю что-то для вступительных экзаменов, но и это плохо удаётся. В моей голове совсем не экзамены. Ох, хоть бери и беги из этого дома. Как завтра утром смотреть Владу в глаза? Надеюсь, он протрезвеет и ничего не вспомнит. Хотя не такой уж он и пьяный был. Сколько он выпил-то за вечер? Пару стаканов. Было бы идеально, если бы завтра мы оба сделали вид, что ничего не произошло.

Хотя… А что, собственно, произошло? Может, мне вообще все это померещилось? Сто процентов так и было. Влад просто зашел в ванную, вытирался полотенцем, я на него посмотрела, он посмотрел на меня, потом спросил, о чем говорила с Арсением. Вот и все. Про плохое поведение он прав. Я не должна была так необдуманно садиться на мотоцикл Арсения. Про наказание только непонятно. Наверное, имел в виду, что не будет стучать на меня папе, но больше не разрешит мне кататься на мотоциклах.

На этом я успокаиваюсь и берусь читать учебники. Но краем уха слышу все, что происходит внизу и на улице. Когда ближе к часу ночи уезжает последняя машина с гостями, откладываю книгу в сторону и подхожу к окну. На улице остался только мотоцикл Арса. Он заводит его и заезжает во двор дома.

— Соболь, а где я буду спать? — слышу громкий вопрос, когда Сеня заходит в дом.

Подкрадываюсь к двери и тихо выхожу из комнаты. На втором этаже свет не горит, я точно не могу быть заметна снизу. Но все равно держусь подальше от лестницы.

— Тут спи, на диване.

— А та комната, в которой я обычно сплю?

— Ее заняла Вика.

— Так я могу поспать с Викой. Даже с огромным удовольствием.

Вжимаюсь спиной в стену, расширив от страха глаза.

— Только в твоих больных фантазиях, — интонация Влада приобретает строгость.

— А Вика ничего такая. Свежая кровь в нашем застоявшемся болоте.

Арсений будто не замечает, с какой злостью говорит Влад. Специально подтрунивает над лучшим другом?

— Даже не вздумай соваться к ней, — отрезает.

— Почему? Хочешь ее себе?

Я стою ни жива ни мертва, подслушивая разговор. Чувствую себя подсудимым в ожидании приговора. Внутри все задрожало. Что же ответит Влад? Ощущение, что от его ответа зависит вся моя дальнейшая жизнь.

Сейчас решится моя судьба…

— Нет. Вика не нужна мне. Но и ты к ней не лезь.

Выстрел. Откидываюсь головой назад и больно бьюсь затылком о стену. Зажмуриваюсь. Слова Влада больно режут по сердцу.

Не нужна…

Не нужна…

Не нужна…

Тихо ухожу в свою комнату. Едва сдерживая слезы, приваливаюсь лбом к двери. Значит, все, что произошло в ванной, мне действительно померещилось. Мой больной мозг придумал то, чего в помине не было. И кто в этом виноват? Никто кроме меня.

Отрываюсь от двери, делаю глубокий вдох, сдерживаю слезы.

Ну что ж. Зато я понравилась Арсению. Он тоже симпатичный.

Глава 10. Студенты

На следующий день я почти не выхожу из комнаты, потому что Влад вызывает клининг. Две женщины полдня драят гостиную после двадцати пьяных человек. Для меня это удобный предлог оставаться в своей спальне. Я не знаю, как смотреть Владу в глаза. Ну и еще мне нужно готовиться к экзаменам.

Но вечером мы с Соболевым все же пересекаемся на кухне. Клянусь, первые несколько секунд между нами есть неловкость и страх смотреть друг другу в глаза. Причём, не только с моей стороны, но и с его тоже. Влад будто намеренно избегает встречи взглядами. Суетится на ровном месте, что-то торопливо говорит.

— Я закажу пиццу на ужин. Ты же любишь с пепперони? Или твои вкусы изменились? — спрашивает, не глядя на меня.

Я настолько поражена, что Влад знает, какую пиццу я люблю, что забываю о неловкости и удивленно на него смотрю.

— Да, я люблю с пепперони.

— Тогда я закажу.

— Зачем? Полный холодильник еды.

— Да там все какое-то невкусное.

А пиццу мы должны будем есть вместе, сидя за одним столом? Я пока к такому не готова. Мне нужно еще немного времени отойти от вчерашнего.

— Я не буду пиццу. На меня не заказывай.

Я достаю из холодильника контейнеры с ресторанной едой, которую Влад заказал в день моего приезда, выкладываю на тарелку и ставлю в микроволновку. Одна минута тянется ужасно долго. Звук работающей микроволновки заполняет пространство и особенно подчеркивает напряжённое молчание между мной и Соболевым. Мне хочется сбежать без оглядки. Что я и делаю, когда микроволновка наконец-то выключается.

— Я поем в комнате. Мне нужно готовиться к экзаменам.

Шагаю с тарелкой мимо Влада, но его вопрос останавливает меня:

— Во сколько тебе завтра надо в институт?

Приходится обернуться.

— В первом институте хочу быть ровно в девять. Мне надо завтра успеть подать документы во все пять вузов, которые я выбрала.

— Хорошо, тогда нам надо выехать из дома ровно в восемь.

— Нам?

Руки с тарелкой начинают подрагивать.

— Да, я же говорил, что отвезу тебя везде.

О, нет, только не это. У меня завтра дел на целый день. Я наслышана об огромных очередях в приемных комиссиях и часах ожидания. Если Влад будет меня везде сопровождать, то это целый день в обществе друг друга.

— Не надо. Я хочу поехать сама. А моему папе скажем, что ты меня отвёз.

Снова разворачиваюсь, чтобы покинуть кухню, но меня опять останавливает голос Влада:

— Во-первых, я не собираюсь врать твоему отцу. Во-вторых, я и сам не отпущу тебя одну в город на целый день. Ты же не знаешь Москву. Заблудишься.

— У меня в телефоне есть навигатор и приложение для вызова такси.

— Нет, — категорично отрезает. — Одну я тебя не отпущу. Это не обсуждается.

— У тебя что, своих дел нет!? — возмущаюсь. — Зачем тебе тратить на меня целый день?

— На завтра у меня нет никаких дел, — пожимает плечами.

Если я продолжу отнекиваться, то это будет слишком подозрительно. Чего это я так рьяно отказываюсь от помощи.

— Ладно, — соглашаюсь, скрывая свое разочарование. — Встретимся завтра в восемь утра. Сегодня я весь вечер планирую готовиться к экзаменам.

Я быстро ухожу наверх, пока Влад снова не остановил меня, и сажусь за учебу. Я буду подавать документы на экономический факультет МГУ, там есть кафедра маркетинга. Вступительный экзамен в МГУ — математика. Я нормально ее знаю, но я не гений математики, у меня есть проблемы с некоторыми задачами и примерами. Я обложилась учебниками, ищу объяснения решений в интернете, но все равно не понимаю.

А по дому слышатся тихие шаги Влада, его голос и смех, когда разговаривает по телефону. Соблазн обратиться за помощью к Соболеву, чтобы объяснил мне решение, очень велик, но я решаю оставить это на самый крайний случай. В конце концов, МГУ для меня не приоритетный вуз. Я бы хотела учиться на полноценном факультете маркетинга, а не на кафедре.

Но дело в том, что в других вузах на факультетах маркетинга очень мало бюджетных мест и поэтому заоблачный проходной балл. В МГУ поступить легче, потому что там больше бюджетных мест. Родители могут оплатить мне обучение на коммерческой основе там, где я захочу, но я сама перед собой поставила задачу максимум — поступить на бюджет. Я хочу, чтобы родители гордились мною. Хотя они в любом случае будут мною гордиться, даже если я окажусь на платной форме обучения, но мне кажется, что обучение в хорошем вузе на бюджете, — это особенный повод для гордости.

С Владом я больше не вижусь и за помощью в математике не обращаюсь к нему. На следующий день в восемь утра я, одетая в строгую юбку и белую блузку, спускаюсь на первый этаж с папкой документов в руках. Влад уже там, ждет меня. Он, как обычно, в футболке, джинсах и кедах.

— Ты завтракала? — первое, что спрашивает.

— Нет, я не хочу.