Инна Фидянина-Зубкова – На стихи не навесишь замки (страница 4)

Журналисты пахнут рассветом.

Они встают в шесть утра,

и невзирая на это,

не сходят, не сходят с ума.

И суета суетою

пахнут, наверно, они.

Двери редакций откроем,

принцессы там и короли.

И от запаха жизни

закружится голова!

В каком веке мы б все повисли?

Если бы не она,

страна больших телекамер,

диктофонов, статей «сырец»,

и даже тех, кто не с нами —

павших в боях сердец.

Журналисты пахнут победой,

праздниками, суетой,

солнечным, солнечным светом!

А теперь и немножко тобой.

Любовь не станет ворожить,

любовь намеренно и просто

заставит с музою дружить

и вознесёт чуть ли ни к звёздам!

А ты, рассерженный актёр,

сбежавший от любовных мук,

зачем-то ночью всё твердил,

что наша жизнь — всего лишь лук:

«И горечь, вроде бы, сладка.

И неминуемо раздеться.

На сцене тоже всё — игра!»

Но не пора ль, дружок, вглядеться

в девчонку, рядом что стоит,

и смотрит преданно и нежно.

Она актриса, говоришь?

Ну что ж, любовь ещё прилежней

в среде шутов и лицедеев.

Смотри, какое счастье между

двух одинаковых орбит!

На кладбище пропавших кораблей

не найти потерянных вещей.

Где-то затерялась твоя жизнь.

Не достать её? Тогда держись!

За штурвал держись или за мачту.

Я ещё лет десять здесь потрачу,

но найду пропавшие суда.

Где они? Там, где вода, вода.

А в воде обломки кораблей,

и свихнувшийся Джек Воробей

ищет «Чёрную жемчужину» свою,

а она идёт, идёт ко дну!

Там на дне медузы, крабы, ил.

Ты ещё то дно не посетил?

На кладбище пропавших кораблей,

посреди потерянных вещей

где-то затерялась твоя жизнь.

Удержись за неё, милый, удержись!

Лес не лес, дол не дол,

просто город у моря.

Плыл не плыл, шёл не шёл

ко мне парень с бедою.

Я плечом навалилась

на собственную тоску.

Спала не спала, проснулась,

так и живу в бреду.