Инна Фидянина-Зубкова – Былинки от Инки (страница 72)

– Э, вы невесту ту не видали,

она маленькая, с мой мизинчик,

не влезть мне в её «магазинчик»!

Да, богатыри – это не люди!

Но о срамном мы писать не будем.

Не бывать богатырю без воли.

Да что ты смотришь в это поле?

Али рожь не красна,

аль весна не мила,

иль не семеро по лавкам,

то ли не при родах Клавка?

Ай и рожь золотится,

ай весна серебрится,

да и семеро по лавкам сидят,

нарожает Клавка семерых ещё ребят!

А как ребята подрастут,

пойдут в богатыри,

час ищи их, два ищи и три ищи:

на какой заставе сидят,

во какое чисто поле глядят?

То ли рожь им больше не красна,

ой ли милая весна им не мила?

Может, семеро по лавкам да люли?

Уж лучше так,

чем страшны, сильны бобыли.

Гой еси! Никто не откликается.

И кажись, уже смеркается.

Гой еси! Домой поворачивается.

Враг, зараза, где ж он прячется?

Ты, кобыла, не думай, что тихо.

Всё одно: кругом сплошное лихо.

И что мир вокруг, ты не решай сумбурно.

Сама знаешь, люд в округе буйный!

Глянь, окрест и до крест

крест, крест, крест.

И крестов понатыкано тьма!

Нет, не схожу я с ума,

я на татара обижен:

друже лежит недвижен,

другой друже, третий…

А по полю гуляют эти!

Ты, Сивка, вот дура дурой

с раздобревшей от сена фигурой.

А вдруг, скакать и скакать?

Мангола тебе не догнать!

– Ты и сам разжирел, детина! —

вздохнула кобыла. И в спину

подул богатырский ветер.

Гой еси! Есть кто на свете?

Все овраги поперепрыгали,

Вражий род не курлыкает.

Гой еси! Поскакали.

Мужики нас догнали

и спросили строго:

– Как рубежи?

Да как у бога

за пазухой: вроде тихо,

только слышно, как бродит лихо

по бескрайним равнинам.

– У, богатырь, ты точно былинный,

беспокойный, как сама природа.

Верно, она ж наплодила уродов!

Вот и бегай теперь, ищи бел свет, добрую зиму.

Гой еси! Я камень в мир ваш кину.

Скачи, витязь, от мытарств,