Инна Фидянина-Зубкова – Былинки от Инки (страница 57)

царь-батюшка сжался в комок. —

Никак Емеля беду приволок.

А Печали сорвались и вниз,

уселись на царский карниз,

свесили ноги, поют:

– Баю-бай, баю-бай, баю…

Уснуло все государство.

Емеля взобрался на царство.

Звездочёт починял эропланер.

Хорошо каторжанин правил:

народ вповалку лежит.

Дух Степной к Печалям летит.

Прилетел и спрашивает:

– Чего вы не накрашены?

Хохочут печали: «Ох,

кабы царь наш батька издох,

вот бы было на Руси счастье.

Протеже у нас есть…» Участливо

дух Степной на Емелю взглянул:

– Красавишнам помогу!

И навалившись на царя

вынул дух его: «Зазря

я к вам что ли прилетал?

Другое заданье давай!»

Вздохнули Печали тяжко:

– Хочется нам, бедняжкам,

стать настоящими бабами

и замуж пойти нам надо бы!

Дух Степной покумекал,

облетел спящий люд, нагрехал

четыре души из старух

и запустил их дух

в безобразных Печалей,

те сразу стали

румяными девками-плаксами,

которые тут же заквакали:

– Хотим женихов себе справных!

– Да хоть самых на свете славных! —

вздохнул дух Степной, улетел.

Звездочёт на девок глядел

и непривычно крестился.

Емельян в царя превратился,

и издал свой первый указ:

– Найти женихов для плакс!

А так как песня печальная смолкла,

проснулся народ и толком

не понял причин смены власти,

поклонились Емеле: «Здрасьте,

а что делать с телом царя,

может, рыбам скормить? Зазря

жрал что ли он щи да сало!»

– Этого ещё не хватало! —

нахмурился грозный Емеля. —

Ложите его в мавзолею.

Но нахальный народ

сделал всё наоборот,

скормили царя медведям

и к Емеле: «На печке поедем?»

А Емеля, он не дурак

щуку гонять за так,

за поездку брал по рублю:

– Скоко ж смердов ещё подавлю!

И опять невзлюбил народ

Емелю, ведь печка ж прёт

по бабью, мужичью и детям!