Инна Фидянина-Зубкова – Былинки от Инки (страница 20)

да медведица с кучей медвежат.

Наши детки жить на елях не хотят!

А бога-бога-богатыри

как раз шли из Твери

да в свой стольный Киев-град

тырить там… да всё подряд!

Услыхали тако диво:

ели стали жить спесиво!

И решили посмотреть:

что ещё в Кремле спереть?

Развернулись и пошли

бога-бога-богатыри:

от Твери и до Кремля

один-два да три шага.

Вот дошли до Москвы

бога-бога-богатыри

и устали,

стеною ели встали.

– Что же делать, как же быть?

Надо б пилами пилить

иль с корнями вырывать.

Всё работать, не плевать!

Ай чегой-то неохота.

Эт рутинная работа:

ни война и ни сечь.

Надо б силушку беречь, —

отвечают великаны. —

Здесь помогут лишь Иваны.

Кличьте лучше мужиков,

им сподручней ломать дров!

Мы потёрли свои лбы:

– Ведь Иваны это мы!

Надо б, братцы, пилы брать,

не подмога эта рать.

Эта рать, которой надо

сто кило ещё в награду

злата, серебра собрать.

Не, нам столько не украсть

да из царской, из казны.

А ну, в свой Киев брысь, пошли!

Ну вот, ушли богатыри,

а мы за пилы, топоры

и на лес пошли войной.

Что ни Ванька, то герой!

Допилили до Кремля, устали.

Ели, пихты стеной встали

и ясно дали нам понять:

– Кремлёвский лес нельзя ломать!

И к этому слову-приказу

мишутки из леса вылазят,

и рычат на нас сердито:

– Наша площадь. Всё, забито, —

и пошли напролом. —

Мужичью бока намнём!

Итак, бока были намяты,

богатырешки прокляты,

и на века те ёлки, ели

во Кремле нашем засели

с медведями, мишутками.

А это уж не шутки вам:

искать во всём виноватых

и без того поломатых,

простых Иванов-мужиков.

Я стих пишу, живу без снов.

Сейчас придут, повяжут,