Инна Дворцова – Осенняя ведьма. Выжить в тёмной академии! (страница 14)

― Вот ещё, ― возмутилась Стелла, ― я тоже буду спать. Весь путь я обычно сплю.

Выпроводив Ветрова, мы и правда заснули. Усталость, накопленная за эти дни, позволила мне отдохнуть днём.

― Подъезжаем к границе, ― постучал в наше купе проводник, ― подготовьте паспорта и студенческие билеты.

― Скоро приедем, ― зевнув, сказала Стелла. ― Интересно кто будет у нас куратором?

― Какая разница, ― отмахнулась я причёсываясь. Ларион внимательно следил, чтобы ни один волосок не остался в купе.

― Ты помешалась на безопасности? ― Заметила Стелла, чем занимается мой фамильяр, и усмехнулась.

― Это по привычке, ― ответила я. ― Нас приучили, что нельзя оставлять биологические части тела: волосы, ногти и даже слюни.

Стелла недоумевающе смотрела на меня.

― Только не говори, что ты не знала, о том, что всё это можно использовать при поиске или в ритуалах?

― Кровь — да, но волосы? Или ногти? Фуу!

― Да, это же тоже часть тебя. Кровь, разумеется, сильнее, но когда выбирать не приходится, всё идёт в дело.

― Хочешь сказать, что ты умеешь работать с этим? ― Лицо у неё презрительно скривилось.

― Умею и очень хорошо, ― похвасталась я. ― Учителя были хорошие.

― А ты не такая уж и простушка, светлая ведьма.

― Спасибо, тёмная ведьма, ― рассмеялась я.

Границу мы прошли быстро, паспорта в порядке, а пограничники привыкли, что четыре раза в год поезд переполнен студентами.

― Давай собираться, ― предложила Стелла. ― Нам нужно как-то фамильяров транспортировать. У тебя помощников больше положенного.

― Можно подумать, у тебя по-другому.

― Мои хомяки, близнецы, отдельно их не продавали.

― А мой ворон…― я запнулась. Сглотнула внезапно образовавшийся комок в горле, мешает говорить, ― это фамильяр отца. После его гибели он выбрал меня хозяйкой.

― Уважительная причина, ― покачала головой Стелла. ― Думаю, что её примут во внимание в академии.

― Примут или нет, а со своими фамильярами я не расстанусь. Не привыкла бросать тех, кто от меня зависит.

Я пустила в карман пальто Всполоха. Ларион устроится у меня на плече. Он привык так передвигаться.

― Типичное качество светлой ведьмы, ― усмехнулась она. ― Пора избавляться.

Она снова мне напомнила, где я нахожусь. Тёмная академия не терпит сентиментальности. Только я не хочу становиться похожей на бесчувственных тёмных. Магия это одно, то терять свою личность не буду, даже ради учёбы.

Мы потащили тяжёлые чемоданы, стопки с книгами, котлы и клетки для фамильяров к выходу. В коридоре образовалась толпа из таких же студентов, как и мы.

― Давай, переждём и выйдем последними, ― предложила я. ― Не хочу, чтобы меня задавили будущие однокурсники.

Стелла засмеялась.

― Пожалуй, ты права, это не то место, где нужно быть первой, ― ответила она. ― Тем более Алексей с Тимофеем обещали помочь.

Поезд замедлял свой ход, и мы уже видели жилые дома и людей в национальной одежде.

На перроне нас ждали старинные экипажи с чёрными тройками. Даже здесь академия придерживалась древних традиций. Гораздо быстрее было бы добраться на автомобилях.

― Мне рассказывали об этом, ― с восторгом произнесла Стелла. ― Первыми выйдут старшекурсники и уже будет ясно кто у нас кураторы.

― Как? ― Заинтересовалась я.

― Кураторы должны получить письма с назначениями прямо на перроне.

Мы прильнули к окну, жадно наблюдая, кто же будут нашими кураторами.

― Смотри, ― показала Стелла направо.

Письма получили три парня. Кто конкретно мы не видели.

― Интересно, почему девушка не может быть куратором? Не справедливо.

― Куратор не просто назначение. Он должен полностью отвечать за свой курс. За все наши ошибки будет отвечать в первую очередь куратор. ― Просветила меня Стелла. ― Поверь, это не самое желательное назначение.

Один из кураторов повернулся и посмотрел на нас.

Мы со Стеллой охнули. Никак не ожидали такого назначения. Чем оно будет грозить лично мне непонятно.

Глава 17

― Что же теперь нам никто не поможет? ― Разочарованно произнесла Стелла.

Она с тоской смотрела на то, как Ветров, Тимофей и, как ни странно, Свят, цепляют значки кураторов.

― А старост будут выбирать? ― Спросила я Стеллу. ― В имперской академии старосты есть на каждом курсе.

― Здесь наверно тоже, знаешь, вот этим я не интересовалась.

Выглянув в тамбур, я заметила, что осталось очень мало студентов.

― Давай так, я беру свои вещи, а ты свои, ― предложила я. ― Доносим до выхода, кто-то из нас остаётся сторожить, а кто-то возвращается за вещами.

― Жаль, что в этой дыре нет носильщиков, ― простонала Стелла, взваливая на себя рюкзак и взяв две стопки книг в руки.

У меня поклажа меньше. За первый раз я почти всё взяла, кроме котла. Не надевать же его на голову, право слово.

С горем пополам мы выбрались из поезда самыми последними. Стелла, навьюченная, как наш ослик в поместье, стояла с печальным видом и ждала, чтобы кто-нибудь ей помог найти экипаж. Кажется, она совсем не приспособлена к жизни вне семьи.

― Яра, Стелла, ― услышали мы голос Ветрова, ― вы едете со мной.

Вот ещё! Но лучше так, наверное, заводить знакомства я успею и в академии.

Мы дождались, когда все студенты рассядутся по своим экипажам. Грумы закрепили многочисленный багаж первокурсников. И наконец-то в сумерках мы отправились в академию.

― Неужели нельзя было договориться с железной дорогой, чтобы поезд прибывал днём? ― Спросила я, с опаской выглядывая в окно.

В лесу сумерки превратились в кромешную тьму. Путь освещали только фонари на экипажах.

Мы сидели со Стеллой на одной скамье. Ветров пристроился напротив.

― Спасибо, кстати, что придержал для нас экипаж, ― снизошла до благодарности Стелла. Мы видели, что в кареты набивалось по шесть человек. А мы сидели вольготно втроём

― Кстати, пожалуйста, ― уколол её Ветров. ― И вообще, я ваш куратор, желторотики могли бы быть и повежливее.

Стелла фыркнула, а я уставилась в окно. Пока он ведёт себя нормально, но вспоминая школу, я вздрагиваю. Что будет, когда я окажусь в его власти? Об этом я предпочитала не думать.

Мысль материальна, считала мама. Поэтому не стану навлекать беду на свою головушку. Сейчас проблем и без Ветрова хватает.

Стелла что-то говорила ему, но я не слушала. Они смеялись, исподтишка поглядывая на меня.

А мне было не до них. Страх сжал сердце холодной рукой.

Что ждёт меня в академии?

Особенно меня волновало проживание со сводным братом. Получается, что сын отчима — мой сводный.