Инна Демина – Не подарочек? или Новогодний бал для леди Ванильки (страница 2)

Так прошли три стипендиальных года, потом еще один, во время которого я могла оплачивать участие в ансамбле из гонораров, а после танцевальную карьеру пришлось прекратить. Нет, ничего трагичного, просто тогда в полную силу проявился мой магический дар, и пришлось мне, согласно Второму Статуту о магах, отправиться на обучение в Королевскую магическую академию. Конечно, будь у меня выбор, я вряд ли покинула бы Шиннаи, но закон для всех один: проявились магические способности — добро пожаловать в Дрэгонтэйл. Даже звучит жутковато. А выглядит еще хуже! Горы, снег восемь месяцев в году, никакого человеческого жилья на мили вокруг. Хорошо хоть преподаватели — золото, научили меня многому, главным образом, раскрыли мой дар бытовой магии, без которого я вряд ли стала бы той, кто я есть сейчас. Но больше я не танцевала.

Семь лет назад судьба вновь столкнула меня с леди Имоджин. Снова в непростой момент моей жизни. Начала болеть мама. Единственное на весь Шаннаи градообразующее предприятие — металлургический завод — остановило работу на неопределенный срок, папа остался без работы, и, как это бывает с мужчинами, начал заглядывать в стакан. Так что я всерьез намеревалась бросить учебу и вернуться на малую родину, чтобы ухаживать за мамой, приводить в чувство папу, а заодно кормить семью. Статус бакалавра магии я бы получила уже через полгода, и этого было бы достаточно, чтобы устроиться на работу по магической специальности — на тот момент дальнейшее обучение было уже по желанию адепта, это сейчас всем нужно пять лет учиться. И тут в столице, куда приехала за покупками, случайно встретила ее.

Узнать леди Имоджин было легко — она ничуть не изменилась с нашей последней встречи. Я сама окликнула ее, подошла поздороваться, согласилась на чашку глинтвейна и сама не поняла, как выложила ей все о своих проблемах. А на через неделю я получила по почте конверт с приветственной открыткой от леди Имоджин и контракт на трехлетнюю отработку после окончания магической магистратуры в Листорне, отдельным пунктом в котором значился переезд туда членов моей семьи за счет нанимателя — городского магистрата! Причем переехать мои родители могли уже сейчас, не дожидаясь, пока я получу диплом магистра! Большой город, где больше рабочих мест, и опыт металлурга всегда кстати. И климат гораздо мягче, чем в Шаннаи, так что мамина болезнь отступила почти сразу после переезда.

Не знаю, как леди Барквэй умудрилась это провернуть, как власти Листорна пошли ей навстречу. И я тогда даже не смогла связаться с ней и отблагодарить женщину — она ни словом не обмолвилась, где живет теперь, обратный адрес был «до востребования», а само мое письмо с благодарностями через год вернулось мне, так и не востребованное.

Так у меня появилась возможность получить звание магистра, что отныне всегда будет давать мне существенную прибавку к зарплате, на какой бы службе я не состояла. Но самым главным было даже не это!

На последнем курсе академии я сдружилась с артефактором Сиенной Гретчин, и вместе с ней мы сумели за несколько лет довести до ума одно ее ноу-хау, найти ему применение, запатентовать и даже внедрить. Последнее, правда, уже после того, как я открыла «Ванильку». Зато теперь моя кофейня единственная во всем Листорне, где есть услуга доставки горячего кофе с десертом. А все благодаря изобретению Сиенны — стаканчикам и боксам, сохраняющим тепло и свежесть кофе и лакомств в течение нескольких дней.

Теперь Сиенна Гретчин — очень состоятельная женщина, а у меня с владелицей патента контракт на использование изобретения на особых условиях. Пользуюсь в коммерческой деятельности, плата за использование минимальна. Остальные такие пользователи платят куда как больше.

А третий раз леди Имоджин появилась в моей жизни двадцать девятого декабря, за два дня до рокового приема у мэра.

Она влетела в «Ванильку» ранним утром два дня назад, проигнорировав табличку «Закрыто» на дверях кофейни. В модной шляпке, роскошной шубке, дизайнерских украшениях и с модной сумочкой, в облаке дорогих духов и неизменном блеске.

- Ванесса, дорогая! Не прячься, я знаю, что ты уже здесь! Ты всегда была ранней пташкой! А теперь, когда ты живешь рядом с собственной кофейней, даже опозданием не отговоришься!

Я выглянула из цеха, где только что поставила в печь большой противень с круассанами, и глазам своим не поверила.

- Леди Имоджин?! Как же я рада Вас видеть!

И бросилась к ней, раскрыв объятия.

- Ни капли не изменилась! — констатировала я, вдоволь наобнимавшись, расцеловав леди и отстранившись.

И это чистая правда, между прочим! Ни морщинки, ни седого волоска в пышных медно-рыжих волосах, будто и не было этих четырнадцати лет...

- Ах, Ванесса, ты мне льстишь, — притворно отмахнулась леди Имоджин.

Но по лицу ее стало понятно, что мой комплимент ей приятен.

- Присаживайтесь! — засуетилась я. — Кофе? Или, может, чай? Выпечка осталась только вчерашняя, сегодняшняя будет готова только минут через двадцать...

Имоджин грациозно бросила шубку на ближайший стул, туда же пристроила шляпку.

- С удовольствием выпью кофе по твоему фирменному рецепту. Только без сливок, на ореховом молоке. А вот от выпечки, пожалуй, воздержусь.

Замолчала на миг, вдыхая доносящиеся с кухни ароматы, сглотнула слюну, тяжело вздохнула.

- Наверняка это очень вкусно. Но, к сожалению, каждый из нас рано или поздно понимает, что от булок лучше воздержаться. Так что оставляю выпечку вам, молодым. Наслаждайтесь, пока можете.

И рассмеялась.

А отказаться от самого диетического нашего — творожного, с ягодами и овсяными хлопьями — она все же не смогла.

Я убежала на кухню варить кофе. Мимоходом поприветствовала своих девочек-поваров, как раз явившихся на работу, и отметила, что в кухне все в порядке, выпечка в печах, таймеры активированы. Две девочки колдовали над второй партией выпечки, еще одна занималась подготовкой овощей и фруктов. Овощи не идут в пирожные? Зато неплохо идут в омлет, запеканки и салаты для завтраков. В остальном, сеть заклятий бытовой магии работала без сбоев: венчики взбивают сливки и яйца на омлет, кофемолка трещит, размалывая зерна, на медленном огне томится каша. Ждут своего часа банки с вареньем и джемом, замороженные ягоды и прочие вкусные добавки. Медленно топится на водяной бане шоколад. И еще много чего происходит, по результатам чего к открытию витрины «Ванильки» заполнятся вкусностями, А воду и молоко кипятить еще рано... Что ж, у меня есть полчасика на беседу.

Кофе для Имождин я решила сварить сама, в джезве.

- М-м-м, восхитительно! — леди Имоджин едва не замурлыкала от удовольствия, попробовав «Ягодное облако».

И поднесла к лицу чашечку из тончайшего фарфора, наслаждаясь ароматом.

- Корица и ваниль, идеальное сочетание, как и всегда, — похвалила она и сделала глоток. — О, Ванесса, если хоть что-то должно оставаться в этом мире неизменным, то почему бы не твой талант варить кофе!

Однако, стоило леди Имоджин поставить на треть опустевшую чашку на блюдце, тон беседы сразу изменился.

- Ванесса, я в курсе твоих проблем.

Вот так, коротко и по-деловому. Взгляд ярко-зеленых, обрамленных пышными, умело накрашенными ресницами глаз вмиг стал каким-то холодным, цепким и, я бы даже сказала, расчетливым.

- Эм-м... — я от столь резкого переключения на миг дар речи потеряла.

- Что твой женишок тихой сапой переоформил договор на право использования патента госпожи Гретчин на себя и сбежал.

Ощущения мои в тот момент были сродни тому, что мне на макушку полился кипяток. Вот, казалось бы, эмоции уже улеглись, первая боль от такого предательства притупилась, ан нет — одно напоминание, и снова грудь разрывает от боли.

С Тером, Терренсом Лоузли, я познакомилась еще в столице — он тоже ехал в Листорн по распределению, правда, не от Дрэгонтэйла, а от Тельсорийского университета естественных наук. Я магистр бытовой магии, он — инженер. Встретились на вокзале, ехали на одном поезде. Тер уверял меня, что влюбился с первого взгляда, и, наверное, так оно и было. Мне он понравился, правда, не сразу, симпатия зародилась лишь через несколько месяцев настойчивых ухаживаний, роман завязался чуть позже. А еще через год мы с Тером официально объявили о помолвке. Со свадьбой, правда, решили не торопиться, хотели сначала заработать на свой дом и мою мечту — кофейню...

Наверное, тогда Тер и начал отдаляться, да только я, увлеченная созданием «Ванильки» этого не заметила. Не поняла и не почувствовала, как потом упрекали меня мама с папой. Не предотвратила и не стала бороться за него...

В общем, летом любимый мужчина, без пяти минут муж, неожиданно поставил меня перед фактом: мы расстаемся, он уезжает в Тельсор, оставаться в Листроне ему не хочется. У него контракт как раз истек, ничего его больше в провинции не держит. А я? Оказалось, я в его планы больше не вписываюсь — из Листрона с ним не уеду, так как, во-первых, мой контракт будет действовать еще год, и, во-вторых, никуда я, курица, от своего «яйца» не уеду. Это он так про «Ванильку».

- Не унижайся, Ванесса, — холодно закончил Тер тот разговор. — Не стоит умолять меня остаться, обещать, что исправишься и будешь уделять мне больше времени. По факту, это будет ложь. Я принял решение и не изменю его.