Инна Балтийская – Убийства нейросети (страница 2)

Меня в тот день в городе не было. – парень словно через силу выдавливал из слова. – Я электрик, обслуживаю электроподстанции. Накануне уехал в командировку на два дня. Поэтому сначала не знал. Звоню ей днем – а телефон отключен. Сначала подумал, что ушла на работу и забыла зарядить мобилу. Она часто так делала. Растяпа, что тут скажешь. Вечером позвонил – то же отключен. Но такого быть не может! Она в соцсетях постоянно сидела. С подружками болтала. Как могло быть, что она так и не зарядила мобильник?

Вадим звонил невесте весь вечер и всю ночь. Наутро сказал начальству, что заболел и работать не может, и под угрозой увольнения поехал домой. Разумеется, Лизы там не было.

Но вы узнали, в магазине 2 июля она работала?

Нет! – словно выплюнул он. – Они ее в тот день даже не видели. Тоже звонили, пытались понять, что с ней. Телефон был отключен.

Вы уехали 1 июня вечером? Во сколько? Что делала Лиза? – я тоже решила поддержать беседу.

Уехал в 17.30, за мной служебный бусик заехал. – парень больше не смотрел мне в глаза. Уставившись на свои кроссовки, он словно мучительно вспоминал события. – Лизы еще не было, ее смена заканчивается в восемь. Я узнавал в ее отделе, она доработала до конца, не отпрашивалась. Закончила, как обычно, и пошла домой.

Да, у нашего клиента идеальное алиби, промелькнула невольная мысль. Есть свидетели, во сколько он уехал из города, и свидетели, что в это время его невеста сидела за кассой, и освободилась лишь через два с половиной часа. Впрочем, чего это я? Какое алиби? Пока что нет никаких свидетельств, что произошло преступление.

Но кто может быть уверен, что она пошла именно домой? – вступил в беседу Рядно. – Она могла поехать к подруге. Или вообще уехать из города к маме.

Она бы мне сообщила. – отрезал Вадим. – От меня у нее секретов нет. Маме я сразу позвонил. Ее подругам тоже. И уж в любом случае, куда бы она ни поехала, она зарядила бы телефон. Современные девчонки… вы что, не знаете, что соцсети им дороже всего?

Шеф сокрушенно покивал в ответ. Я задумалась. Сегодня 6 июля, прошло уже 5 дней, а девушка так и не включила телефон? Да, все же странно. Ладно, надо узнать подробности про странный ролик.

Я в тот же день отправился в полицию. – теперь Вадим говорил быстрее, явно нервничая. – Мне сказали, чтоб не валял дурака. Мол, девчонка нагуляется и сама вернется. Нечего тут кипишь поднимать. Я вернулся, всю ночь заснуть не мог. А наутро ее подруга позвонила, Людка. Она чокнутая, обожает разные каналы про преступления, пробует в криминальный отдел нашей газеты пробиться. Но слишком тупая, так что зря старается… Ладно, не суть. Она сообщила, что в телеге, где она вечно тусуется, на канале Тру-крайм выложено видео. И прислала мне его. Вот то самое…

Мы с Рядно переглянулись. Видео было сделано без всякой помощи нейросети, в этом я готова была поклясться. Но моя уверенность в том, что это простой прикол, как-то улетучилась. Девушку и впрямь могли похитить, запугать, и заставить наговорить на камеру любой текст. Правда, я не заметила в ее глазах паники. Но эта слишком ровная, почти механическая речь, со странными заминками, словно она забыла текст и с трудом вспоминает слова… Может, девушку накачали транквилизаторами? Надо еще раз внимательно просмотреть видео.

А с этим роликом в полицию пробовали обратиться? – быстро спросила я, заслужив от шефа неодобрительный взгляд. Боится, что потеряем клиента? Зря он так волнуется, не возьмется полиция за это дело.

Еще как! – парень нервничал все сильнее. – Меня оборжали там. Дежурный даже регистрировать ничего не стал. Сказал, что я лох, девчонка просто решила меня таким образом бросить, чтоб не искал.

В глубине души я была согласна с дежурным, но вслух этого сказать не решилась. Ладно, договор подписан и даже оплачен, пора браться за дело. Сейчас запишу координаты подруги, приславшей видео, телефоны других подруг и матери Лизы, и отыщу пропажу.

Глава 6

Глава 2

Мила, я частный сыщик, работаю в фирме “Шерлок”. Меня нанял ваш знакомый, Вадим Артамонов. – я представилась по всей форме, чтобы произвести впечатление на девушку, помешанную на тру-крайме.

Продавщица ювелирного магазинчика Людмила Величко “просто Мила, пожалуйста!” была еще симпатичнее пропавшей Лизы. Миловидная, худенькая, модельного роста, со слегка раскосыми глазами, с пышными каштановыми волосами, уложенными в модное каре до плеч, и в приталенном шелковом платье с пышной юбочкой сильно выше колена, она напоминала сказочною принцессу из мультика. Услышав, кто я, она кокетливо потупила глазки, потом оглянулась, пытаясь понять, слышал ли кто-то мои слова. В маленьком ювелирном магазинчике на втором этаже супермаркета покупателей не было, лишь ленивый толстый охранник уныло сидел на неудобном деревянном стуле, не отрывая взгляда от телефона. Мы стояли возле витрины с массивными золотыми браслетами, на каждый мне пришлось бы работать минимум год.

Всегда мечтала поработать Шерлоком. – понизив голос до интимного полушепота, выдохнула она. – Даже на Ватсона согласна. Скажите, у вас есть вакансии?

Ага, полно вакансий, только зарплаты нет, подумала я, но вслух ответила, выжав из себя полуулыбку:

Получить лицензию сыщика можно только с высшим образованием. Желательно, юридическим. Так что у вас все впереди.

Да, всего-то. – девушка заметно погрустнела. – На бюджет мне не поступить, оценки подкачали. А для платного папик нужен. Или вот магазин наш грабануть…

Она чуть прищурилась и обвела хищным взглядом витрины с золотыми и серебряными украшениями. На всякий случай, я решила разговор не продолжать. Если девица хочет начать карьеру юриста с криминала – что же, это не мое дело.

Мила, вы за эти несколько дней получали какие-то вести от Лизы Паниной? Может, она выходила с вами на связь?

Так ее же убили? – девушка слегка прищурилась, и мне никак не удавалось расшифровать ее взгляд. – Какой-то маньяк убил, записал с ней ролик и выложил в телегу. Как она могла выйти на связь? Разве что с помощью нейросети.

Вы так спокойно об этом говорите. – я тоже пыталась сохранить спокойствие.

Да бросьте. – но в ее голосе по-прежнему не слышалось особых эмоций. – Я по потолку сперва бегала, как увидела. Вадьке послала то видео, он в полицию побежал. А там его бортанули. Мол, нет тела – нет дела.

Расскажите про этот канал. – попросила я, понимая, что разговор пошел не туда. Что-то я упускаю, но что?

Тру-крайм? А чего там рассказывать? – она оглянулась на охранника, но тот был полностью погружен в телефонные новости. Тогда она сделала шаг вперед, склонилась к моему уху и горячо зашептала: – Я хочу в журналисты податься. Криминальщики. А в том канале постоянно выкладывают ролики с разных происшествий. Вот наехал какой-то урод на человека, его на телефончик прохожие засняли, и туда бросают. Или гопники пьяные на девушку напали. Народ у нас такой – на помощь не бросятся, где-то за углом затихарятся и на телефончик потихоньку снимают. И снова видео на канал бросают.

На канале нет админа? Любой может выложить видео? – спросила я.

А там много админов. Любой, кто хотя бы неделю подписан, получает права автоматом. – Мила хитро улыбнулась. – Я и сама сколько раз там всякое выкладывала.

Что именно? – заинтересовалась я.

Девушка ненадолго задумалась, потом рассказала о вполне журналистском расследовании.

В небольшом сквере возле ее дома весь май кто-то планомерно травил собак. По обочинам выгоревших на солнце лужаек лежали небольшие кусочки докторской колбасы, с капсулами какого-то жутко ядовитого для псинок лекарства внутри. Стоило хозяевам отвернуться, как домашние собачки, не чуя беды, заглатывали лакомство, и через пару часов в мучениях погибали.

Полиция нехотя принимала заявления, советуя пострадавшим хозяев обратиться в городской управе, чтобы в парке развесили видеокамеры. Но управа тормозила, а вот догхантер оказался трудолюбивым, и каждое утро на лужайках появлялась все новая отрава.

И вот я взяла свой Айфон, накинула темный плащ, и села с ночи в засаде. – обаятельно улыбнулась девушка, явно не подозревая, что сильно рисковала. – Чуть дубу не дала от холода, не ожидала, что в мае можно замерзнуть

Она не взяла с собой никого для подстраховки, лишь поставила возле выхода из сквера велосипед. Закутавшись в незаметный в темноте плащ, она, скорчившись от холода, сидела и дрожала в кустах, пока около 4 утра в парке стало потихоньку светлеть, и на дорожках появилась сутулая худая фигура в сером худи с капюшоном. Капюшон был широкий и надвинут слишком низко, чтобы она могла разглядеть лицо, зато хорошо увидела пластиковый прозрачный мешочек в руках незнакомца. Мешочек был заполнен чем-то розовым. Когда первые шарики колбасы полетели на лужайку. Мила потихоньку вылезла из кустов и защелкала айфоном. А вот дальнейшее оказалось для нее неприятным сюрпризом.

Услышав щелчки, незнакомец ниже нагнул голову и бросился в ее сторону. Девушка побежала к велосипеду, но, хотя и надела для засады кроссовки, а не туфли, добежать до выхода из сквера не успела – сильный удар кулаком в голову ее слегка оглушил, затем она оказалась на асфальте лицом вниз, из разбитого носа шла кровь, а рядом валялся мобильник с треснутым экраном. Нападавший еще раз с силой наступил на несчастный телефончик огромным ботинком, ударил носком по голове девушку, и быстро удалился. Рыдающая от боли и обиды Мила так и оставалась лежать на земле, пока к ней не подошел первый собачник с веселой рыжей таксой.