Ини Лоренц – Непокорная (страница 44)

– Так ему и надо! Фадею следовало бы оставить своих товарищей в покое. Зачем ему здоровая рука?

«При чем тут рука?» – хотела спросить Йоханна, но промолчала, ведь, будучи молодым человеком, наверняка должна была бы это знать.

Дверь приоткрылась, и Карл просунул голову внутрь:

– Я видел, как ты идешь со своими одеялами. Почему ты не остался в своей комнате, брат?

– Я не останусь под одной крышей с Фадеем, и тебе не советую, – сказала Йоханна.

– Не понимаю…

– Фадею захотелось продырявить гладкую мальчишескую задницу, – объяснил Карлу Лешек. – У твоего брата еще нет волос на подбородке, значит, и на заднице их быть не должно. В любом случае, тебе тоже следует держаться от Фадея подальше. Хоть у тебя уже и появился пушок возле рта, задница наверняка все еще гладкая как шелк.

– Но это же страшный грех! – воскликнул Карл.

– Здесь, на границе с татарами, грехи имеют не такое уж большое значение. Тем не менее мужчина должен уметь себя контролировать. Будем надеяться, что капитан скоро вернется. В противном случае в крепости дисциплина полетит к чертям. Не знаю, что нашло на Фадея, но ему не следовало разрешать подчиненным пить. На месте Азада Джимала я прибыл бы сюда со своими воинами и прибрал бы крепость к рукам. Удержать ее с этими пьяницами было бы невозможно…

– Что же нам делать? – испуганно спросил Карл.

– Для начала соберите толковых парней и установите караул. Если их наберется достаточно, можно будет отправить в поле разведчиков, которые смогут вести наблюдение за нашими татарскими друзьями. А что касается тебя, Кароль, положи свои одеяла рядом с вещами своего брата. Здесь твоя задница будет целее, чем в доме, где Фадей непременно решит ею воспользоваться. – Лешек ухмыльнулся, как будто все это было очень забавно, но близнецы поняли: он говорит абсолютно серьезно.

Чуть позже в казарму вошел разгневанный Игнаций.

– Фадей сошел с ума! – крикнул он с негодованием. – Это не крепость, а свинарник! Я только не пойму, откуда у ребят взялось столько водки?

– Мы получили ее несколько дней назад из Львова. Это подарок от благодарных торговцев за то, что мы не позволяем татарам нападать на их обозы. Я думал, этой водки хватит на год. Но если так пойдет и дальше, она довольно скоро закончится. Вот капитан обрадуется, когда вернется!

Лешек сердито махнул рукой. Затем они с Йоханной, Карлом и Игнацием стали совещаться о том, что можно сделать, чтобы хоть как-то поддержать обороноспособность крепости.

2

Йоханне и ее единомышленникам удалось найти лишь два десятка людей, которые способны были поддерживать дисциплину; они составляли менее одной пятой от количества людей в гарнизоне. Остальные предпочитали пьянствовать и бездельничать.

Фадей вышел из своей комнаты лишь на следующее утро. На лбу у него была большая шишка. Он щурился, потому что яркий свет его слепил. Присмотревшись к казаку получше, Йоханна заметила, что у него красные глаза и неуверенная походка. Фадей засунул голову в бочку с водой, отряхнулся, как собака, и поплелся обратно к дому Османьского. У двери он обернулся:

– Есть какие-то новости от капитана?

Йоханна не могла в это поверить, но, судя по всему, Фадей совершенно забыл о том, что было вчера. Карл и Игнаций тоже выглядели озадаченными.

Наконец Мышковский сделал шаг вперед:

– Капитан Османьский отправил нас обратно в крепость, а сам поехал кого-то разыскивать. В его отсутствие мы должны охранять границу. Меня и Кароля он назначил своими заместителями.

– И кто может это подтвердить? Наверняка только вы двое, – с издевкой ответил Фадей.

– Мы можем это подтвердить!

Пятерых всадников, которые сопровождали Йоханну, Карла и Игнация, разозлило то, что Фадей усомнился в правдивости слов Мышковского.

– Ну и ладно! – Казак пожал плечами и скрылся в доме.

К всеобщему удивлению, через четверть часа он снова вышел, полностью одетый и вооруженный, и присоединился к близнецам, которые стояли на одной из башен, всматриваясь вдаль.

– Ну что, не видно татар? – спросил Фадей гораздо дружелюбнее, чем раньше.

Карл покачал головой:

– Отсюда – нет.

– Но это не значит, что их там нет. Поэтому мы отправимся на разведку. Вы с Игнацием найдите себе по напарнику, а я поеду вместе с твоим братом.

Йоханна догадалась, что он задумал, и ответила, казалось, с сожалением:

– Я бы с удовольствием поехал, но не могу: капитан Османьский строго-настрого запретил мне покидать крепость.

Фадей махнул рукой:

– Османьский далеко!

– Если он обо всем узнает, то пристрелит меня. Капитан угрожал это сделать, если я снова его ослушаюсь.

Фадей знал Османьского достаточно хорошо и поверил словам Йоханны.

– В таком случае со мной поедет Людвик, – заявил он.

Казак спустился с башни и подозвал к себе молодого воина. Людвику было двадцать лет, но он все еще походил на мальчишку. До сих пор он был всадником нижнего ранга и потому гордился, что Фадей выбрал его в напарники.

Йоханна хотела было предупредить Людвика, но Карл положил руку ей на плечо:

– Не совершай необдуманных поступков. Фадей подобен дикому зверю. Он обвинит тебя в том, что ты его оскорбила, и безжалостно пристрелит на месте. До тех пор пока он здесь командует, ему ничего за это не будет.

– А как же Людвик? – спросила Йоханна.

– Людвику придется самому о себе позаботиться. Ни ты, ни я не сможем ему помочь. А теперь мне нужно поторопиться: я еще не нашел товарища, который поедет со мной.

– Возьми Добромира. Он рад будет снова выехать в степь, после того как Фадей навязал ему ссору, а затем приговорил к службе в крепости. Османьскому пришлось согласиться, чтобы репутация его заместителя не пострадала.

– Будь осторожна! – сказал Карл.

Он подозвал Добромира. Фадей сердито посмотрел на Карла, и тот смущенно улыбнулся:

– Мне нужен спутник, который не выпадет из седла, а Добромир почти протрезвел.

– Поступай как знаешь, – ответил казак.

Он подождал, пока к ним присоединится и Игнаций со своим товарищем.

– Вы вдвоем поскачете на запад, Кароль и Добромир – на восток, а мы с Людвиком отправимся на юг в поисках татар. Только держитесь подальше от границы, понятно?

Карл, Игнаций и их напарники кивнули. Указания Фадея были вполне разумными. Так они смогут обследовать бóльшую территорию, а в случае необходимости – вернуться в крепость и привести с собой подкрепление.

«Если люди, оставшиеся там, будут достаточно трезвыми», – подумал Карл.

По приказу Фадея открыли ворота крепости, и шестеро разведчиков выехали наружу. Казак обернулся:

– Закройте ворота, да как следует, вы, пьяные свиньи! Не хотелось бы, вернувшись, увидеть над крепостью бунчук хана Азада Джимала.

– Не переживайте, мы будем начеку! – крикнул Лешек и приказал закрыть ворота. – Надеюсь, все будет хорошо, – сказал он Йоханне.

– Мне не нравится, что Людвику приходится ехать вместе с Фадеем, – призналась она.

– Ты бы предпочел оказаться на его месте? – насмешливо спросил старый ветеран. – Здесь, на границе, каждый отвечает сам за себя.

– Да, понимаю, но…

– Никаких «но», паренек. А теперь принеси мне бутылку водки. Я не собираюсь оставлять хороший шнапс этим пьяницам. Не переживай, я не напьюсь, разве что чуть-чуть. – Лешек усмехнулся и посмотрел вслед Йоханне, спускавшейся по крутой лестнице.

«А ты храбрая девчонка, – подумал он. – Интересно, известно ли об этом капитану? Наверняка известно – не зря он предоставил ей отдельную комнату. Хотелось бы мне знать, что заставило ее притвориться юношей и почему брат ей в этом потворствует?»

Когда Йоханна вернулась с бутылкой, Лешек посмотрел на нее более пристально. Ее обман был продуман до мелочей, и старик понял: она должна была родиться мужчиной. Лешек уже и не помнил, что именно заставило его усомниться в том, что Ян юноша. В любом случае эта девица ему нравилась и он был рад тому, что она сумела избавиться от приставаний Фадея. Теперь черед Людвика доказать, что он тоже на это способен.

Лешек прогнал мысли о Фадее и его напарнике. Старик решил обсудить с Йоханной, что они могут сделать для того, чтобы поддержать дисциплину в крепости.

3

Во время поездки желание Фадея развлечься со своим напарником стало слабее. Степной дух, знакомый с детства, освежал его, и казак уже проклинал водку, которая превратила его в болвана, спотыкающегося о собственные ноги. Кроме того, Фадей не помнил, что произошло, пока он был пьян. Одной из загадок была шишка у него на голове. Возможно, он ударился о столб или…

– Скоро мы окажемся на татарской территории. Мы ведь не собирались пересекать границу! – Голос Людвика вырвал Фадея из раздумий.