Ингрид Юхансен – Фьорды. Ледяное сердце (страница 54)

– Простите, фру Ольсен. Меня не известили, что у вас посетитель. Я торопился сообщить вам хорошую новость – вы достаточно окрепли, чтобы продолжить лечение дома. Ваш адвокат и ваш… знакомый приехали за вами.

Справа от доктора сверкал очками Дидрик, из-за его плеча выглядывало резкое лицо Делии, а с другой стороны стоял Андрес и держал на руках Малыша. Материнский инстинкт заставил меня вскочить, подбежать и выхватить ребенка из его рук.

Что я про него знаю? По-прежнему ничего. Мы толком ни разу не поговорили, нас не связывает ничего, кроме секса! Я понятия не имею, как он относится к моему ребенку и вообще к детям.

– Мы хотели устроить тебе сюрприз! – объяснил Дидрик, поправил очки и виновато добавил: – Я понятия не имел, что вы с Олафом помирились…

– Помирились? Дидрик, ты что – шутишь? Он сюда проник вообще незаконно, и ты как адвокат меня должен оградить от этого социально опасного типа! – Я отпихнула Олафа так, что он отлетел к стене, сшибив медицинский столик, и заорал:

– Ну все, фру Ольсен, забудь, что можешь получить развод запросто!

Делия, решительно цокая каблуками, пересекла палату и клещами впилась в локоть моего бывшего супруга.

– Сейчас я тебя огражу от этого человека, Лени! – Она потащила Олафа к двери, вытолкала в коридор и шипела при этом, как змея: – Пойдем со мной. Сейчас же, Олаф! Ты знаешь, сколько я только что заплатила за твое такси? Ты в своем уме? Нет? Так сидел бы в дурдоме… Ладно, я договорюсь, чтобы тебя вычеркнули из списка психов… Терплю тебя исключительно ради выставки, – их голоса стихли в дальнем конце коридора.

Доктор долго смотрел им вслед, потом взял Дидрика под локоть и повел утрясать какие-то детали с документами на покрытие страховых взносов и налоговыми вычетами. Мы с Адресом остались одни в тишине больничной палаты, если не считать Малыша и новенького плюшевого медведя, которого сыночек усердно тискал в руках. Я устроила обоих маленьких медвежат на своей кровати, вынула из ящика часы и протянула Андресу:

– Вот, возьми.

Он застегнул чуть подпорченный ремень на запястье.

– Лени, прости меня…

– За что? – по большому счету, это мне следовало извиниться за то, что привязала его в отеле и столько времени не верила ему. Да и сейчас не слишком верю. Нет, конечно, стыдно не верить человеку, который спас тебе жизнь, не дав утонуть в ледяной воде, а потом пытался предостеречь от глупых, необдуманных поступков. Хотя, с другой стороны, как я могу знать наверняка?

– Полиция запретила посылать тебе цветы с именными карточками, мне тоже пришлось валяться в больнице из-за ноги. Спасибо, что сберегла мои часы от троллей. – Он попытался улыбнуться и протянул мне изящную ювелирную коробочку. – У меня тоже есть для тебя подарок.

– Что там? – Я взяла коробочку и ощутила ее приятную фактуру и форму.

– Открой.

– Сейчас…

С большой осторожностью я подняла крышечку и обнаружила там кольцо со сверкающим камнем цвета морской волны, покоившимся среди россыпи брильянтиков поменьше. Они сияли, рассыпая по стенам радужные блики, а у меня сперло дыхание от их красоты и внушительного размера.

Выглядит не просто роскошно, но очень респектабельно, практически так же солидно, как костюм, в котором Андрес пришел меня навестить. Драгоценности для настоящей леди, из тех, которые передают по наследству. Но я нисколько не чувствую себя «леди», наверное, поэтому не решилась примерить кольцо сразу и подняла глаза на дарителя, который усердно пытался встать на одно колено:

– Андрес! Перестань, это лишнее! Пожалуйста, встань! Нет, лучше сядь. Сядь сюда. – Я пододвинула к нему стул, а сама устроилась на кровати рядом с Малышом.

Он послушно опустился на стул, взял меня за руку:

– Лени, извини, но я слышал, как ты сейчас беседовала со своим бывшим супругом и хорошо сказала, что двое людей должны стать семьей, если им никто не нужен, кроме друг друга… – Ничего такого я не говорила даже близко, то есть сказала, но в совсем обратном смысле. Но от неожиданности я не стала перебивать Андреса. – Мне никто, кроме тебя, не нужен, правда. Давай останемся вместе, давай поженимся…

Он взял колечко и медленно надел мне на палец – оно было холодным, как кусочек льда. Я чувствую себя ужасно глупо – стою перед самым красивым мужчиной, которого встречаю, в больничной пижаме и не знаю, что ответить. В поисках поддержки оглянулась на Малыша – он пытается добраться до печенья, мало интересуясь моими сомнениями.

Я вздохнула и погладила камень: бриллианты не умеют принимать тепло солнечного света или человеческого тела и всегда хранят свой ледяной холод.

– Андрес, я не могу. Я не могу… так сразу, – я попыталась стянуть кольцо, но оно село очень плотно, буквально впилось в кожу. Я смотрела на холодный зеленый холодный камень и думала, что нас связывает. Действительно, почти ничего личного – мы с ним постоянно оказывались в каких-то стрессовых ситуациях и почти не разговаривали. Например, я не знаю, что он предпочитает на завтрак или как зовут его матушку. Единственная ниточка, что нас связывает, – это секс. Как по мне, слишком мало для долгой и счастливой совместной жизни. Но просто так взять и вышвырнуть его из своей жизни, потерять раз и навсегда я тоже не готова. Это будет слишком жестоко – для нас обоих. Я вздохнула и неопределенно протянула: – Понимаешь…

– Да, Лени, я понимаю. Мы очень разные люди. Но нам всегда было хорошо вместе, правда? Этого достаточно, – он оплел мои пальцы своими и нежно сжал. От этого прикосновения все хорошее, что было между нами, сразу всплыло в моей памяти. В уголке глаза закипела слезинка, я с трудом удержала ее.

– Нет, не в этом дело… Мне надо сперва… получить развод!

Да, именно так.

– Я готов ждать, сколько потребуется. Лени, пожалуйста, давай будем считать этот день нашей помолвкой?

Полиция рекомендовала мне поселиться в квартире, которую они предоставляют важным свидетелям. Я была не против – другого дома у нас с Малышом пока нет.

Не знаю, сколько мы здесь задержимся, но за это время мне придется решить, что делать дальше. Вернуться в родной поселок на Вестеролене и заниматься тетушкиным отелем? Переехать к Андресу? Сейчас он живет на яхте, либо в отеле – сомневаюсь, что там будет комфортно Малышу. Подыскать жилье в Осло? Нам, всем троим?

Задумавшись, я наблюдала, как темнота поглощает оставшийся без дела дисплей компьютера. Андрес – насколько можно доверять такому человеку?

Позволить ему всегда быть рядом с собой? Рядом с Малышом? С моим ребенком! Можно ли помочь ему измениться и однажды забыть свою темную сторону?

Чтобы окончательно разобраться, я в тот же вечер написала заявление, что желаю возобновить занятия на факультете психологии, и отправила в университет Бергена.

Не знаю, сколько мы здесь задержимся, но за это время мне придется решить, что делать дальше. Вернуться в родной поселок на Вестеролене и заниматься тетушкиным отелем? Переехать к Андресу? Сейчас он живет на яхте, либо в отеле – сомневаюсь, что там будет комфортно Малышу. Подыскать жилье в Осло? Нам, всем троим?

Задумавшись, я наблюдала, как темнота поглощает оставшийся без дела дисплей компьютера. Андрес – насколько можно доверять такому человеку?

Позволить ему всегда быть рядом с собой? Рядом с Малышом? С моим ребенком! Можно ли помочь ему измениться и однажды забыть свою темную сторону?

Примечания

1

Фру – сокращение от «фрекен»: сударыня, госпожа, дама – обозначение или обращение к замужним или уважаемым женщинам в Скандинавских странах.

2

Дрис ван Нотен (Dries Van Noten) – европейский модельер и дизайнер, происходящий из Бельгии.

3

В Норвегии действует 37 часовая рабочая неделя ( прим. переводчика ).

4

Конунг Эрик Рыжий Торвальдсон (950–1003) – исландский вождь и мореплаватель, основатель первого поселения европейцев в Гренландии, герой народных саг. Прозвище получил за цвет волос.

5

Дезабильё ( фр .) – в одном белье, без пристойной одежды.

6

Республика Сало – вымышленное фашистское государство, служащее фоном для событий в экранизации романа маркиза Де Сада «100 дней Содома», осуществленной П. Пазолини в 1975 г.

7

Джеймс Джойс – ирландский писатель, Эдмунд Берк (1729–1797) – консервативный философ ирландского происхождения.

8

«Sarah» («Сара») – псевдобиографический роман о мальчике-проститутке, изданный под псевдонимом JT LeRoy в 2000 году издательством Bloomsbery. Одна из самых шокирующих и высокотиражных литературных мистификаций, созданных в нулевых годах.

9

Шпанская мушка – природный афродизиак, особенно популярный во времена маркиза де Сада. В большом количестве может вызвать токсическое отравление, даже смерть.

10

Флогер – плетка для «эротической порки», с узелками или бусинками на нитях.

11

Спанкинг – удары по ягодицам специальной шлепалкой или подручными плоскими предметами.

12

Никола Ретиф де ла Бретонн – писатель и философ эпохи Просвещения, скандализировал общество романом «Совращенный поселянин», изобиловавшим откровенными сценами совокуплений. Специфика этих сцен в сочетании с именем писателя дала название сексуальной девиации «ретифизм» – использование обуви, конской сбруи, кожаной одежды и аксессуаров как сексуальных фетишей.

13

«Аббатство Даунтон» – британский сериал, изображающий идиллическую картину взаимоотношений хозяев и прислуги в начале ХХ века.