Ингрид Вэйл – Тринадцатая… (страница 8)

Но уже в столь юные годы Полина обладала не по-детски сильным характером. Трудности подобного рода не могли ее остановить. Она решила дойти до наименее глубокого места канавы и там выбираться наверх. Оставалось только подобрать раненую собаку. Но при первой же попытке девочки протянуть к ней руку, та злобно зарычала. И хотя жетон с кличкой собаки и адресом хозяев отсутствовал, наличие ошейника указывало на то, что она не бездомная, а значит, не дикая. Полина догадалась, что та рычала от боли, и, судя по всему, очень сильной. Речи о том, чтобы взять ее на руки, даже не шло. Разложив на земле плащ и присев на корточки, Полина принялась ласковым голосом уговаривать животное позволить ей оказать помощь. Сколько прошло времени, прежде чем та дала девочке дотронуться до себя, трудно сказать, но терпение ребенка было поистине безгранично. Промокшая до последней ниточки, она, несмотря на холод и жуткую усталость, продолжала упрашивать животное. Чем бы дело закончилось, неизвестно, но в какой-то момент несчастная псина отключилась, и Полина тут же приступила к решительным действиям. Перетянув собаку на плащ, она сначала тащила ее вдоль канавы, а затем, выбравшись наверх, поволокла через насаждения, пробираясь к дому прямым путем, через чужие дворы. Свой рюкзак она давно бросила где-то под кустами ― слишком неподъемным он оказался для нее. Добравшись наконец до дома, она загнула края плаща и, обхватив двумя руками обмякшее тело животного, зашла в лифт.

Сама толком не понимая, каким образом ей удалось вытащить собаку из канавы и приволочь домой, она несколько минут смотрела на неподвижно лежащее на кухонном полу животное. И тут она представила реакцию мамы на всю эту историю! Мало того, что ее ненаглядная дочурка промокла и продрогла и, возможно, теперь заболеет, так еще она шла домой без сопровождения взрослого! И пусть страх за жизнь своих детенышей у большинства родителей рождается не на пустом месте, учитывая статистику по бесследно исчезнувшим детям, ее мама в этом вопросе была особенно чувствительна. Она переживала по поводу и без и считала, что ее дочурку на каждом шагу подстерегают всевозможные несчастья и опасности. Конкретно в данном случае опасность исходила от какой-то непонятной псины, которая могла в любую минуту очнуться и укусить ее кровиночку. И тут Полина вспомнила о рюкзаке, брошенном где-то под кустами, да еще и с промокшими книгами внутри. Все это придется как-то объяснять. Слишком много непозволительных поступков совершила она в один день. От страха и пережитого волнения ей чуть не стало дурно. Не зная, что делать дальше, она набрала номер телефона Люка.

– Люк… я… – и она взахлеб изложила ему всю историю.

– Боже мой, Полина, дождь льет как из ведра. На тебе наверняка сухого места не осталось, – первое, что воскликнул он, когда девочка сделала паузу, чтобы перевести дыхание. – Отправляйся немедленно под горячий душ. Я уже выезжаю. Мы вместе решим, что делать дальше. Не волнуйся, милая.

Ей очень не хотелось оставлять собаку без присмотра, но ослушаться Люка она тоже не осмелилась. Он был прав. Ей надо было хоть чуточку согреться и переодеться в сухую одежду. Накинув на Несчастную Милашку – так мысленно она называла собаку – свое одеяло, она поспешила в ванную комнату. Но стоять под горячей водой и наслаждаться теплом, расходящимся по телу в тот момент, когда рядом страдало животное, Полина не могла. Как только ее зубы перестали отстукивать чечетку, она выскочила из душевой кабинки и обмоталась полотенцем. Оставляя на полу влажные следы, босиком помчалась на кухню, чудом не поскользнувшись по дороге. Там Полина присела над Несчастной Милашкой и погладила ее между ушами. В таком положении ее и застал Люк, открывший дверь своим ключом. Бросив все свои дела, он приехал гораздо быстрее, чем Полина рассчитывала. Увидев ее мокрые волосы, с которых стекала вода, он не удержался от взволнованного возгласа:

– Полина, да что ж это такое?!

Кинулся к шкафу и, вытащив оттуда два полотенца, одним укутал ей плечи, а вторым обмотал голову.

Мигом оценив ситуацию, он первым делом поставил на плиту чайник и велел ей пойти одеться в толстовку и самые теплые штаны, какие она только сможет отыскать в своем гардеробе. Пока грелась вода, он осмотрел Несчастную Милашку и пришел к неутешительным выводам. Собака выглядела так, словно была на последнем издыхании. Но он не врач и вполне мог ошибаться. Внешних ран на теле псины он не нашел. Скорее всего, несчастная животина при ударе получила только внутренние повреждения. Крови тоже нигде не было видно, только оранжевые разводы глинистого цвета. Ничего необычного для штата Джорджия, где почва вся красная из-за высокого содержания глины. Заварив чай, Люк выслушал переживания девочки по поводу того, что скажет мама о грязи, которую она развезла на кухне, мокрой одежде и полудохлой собаки, лежащей на полу. Он, как умел, успокоил ее и уверил, что разговор с мамой берет на себя.

– Люк, она умрет? – дрожащим от волнения голосом спросила Полина, беря из его рук чашку.

– Попробуем ее спасти, милая. – Притащив из ванной комнаты корзину для белья, он уложил в нее плед так, чтобы часть его свешивалась с краев. – Надевай куртку и сапоги, повезем ее к ветеринару.

Повторять дважды не пришлось, Полина мгновенно собралась и, дожидаясь Люка, в нетерпении топталась у двери. Наблюдая, как аккуратно он приподнял с пола несчастное животное и положил его в устроенное в корзине гнездышко, а затем укрыл уголками пледа, она верила, что он на самом деле постарается сделать все возможное для спасения Милашки. Так и получилось. Нарушая все правила движения, значительно превышая скорость, он добрался в круглосуточную клинику неотложной помощи для животных в считаные минуты. Подняв на ноги весь персонал, Люк добился того, чтобы доктор осмотрел их Милашку без очереди. Полина не понимала всех терминов, которые вылетали из уст доктора, но разобрала, что собаке сначала сделают рентген, а затем возьмут уйму разных анализов, и стоить это все будет целую кучу денег. Только диагностика выльется в несколько сотен долларов, а что уж говорить об операции, если она вдруг понадобится ее псинке. Но еще до того, как Люк увидел в глазах Полины слезы, он протянул кредитную карточку девушке, озвучивающей стоимость услуг. Полина заволновалась: несмотря на юный возраст, она знала цену деньгам.

– Люк, а Люк, – потянула она его за рукав, – это ведь дорого… Что мама скажет?

– Скажет, что она гордится тобой. Ты смелая и добрая девочка, Полина. Главное, чтобы доктор смог помочь твоей Милашке, а деньги… Это всего лишь бумажки. Они ничто по сравнению с жизнью… даже собачьей. И потом, я беру оплату на себя, так что не волнуйся по этому поводу. – Он ласково тронул пальцем кончик ее носа.

– Когда я вырасту, Люк, я обязательно тебе все верну, правда-правда. Все до последнего цента. – В порыве благодарности она крепко обняла его, а он нежно похлопал ее по спине.

С этого момента ее сердце оттаяло. Она признала, что бородатый ухажер мамы – великодушный, сострадательный и славный человек. Мужчина, который всегда позаботится о них и никогда не бросит в беде. Даже в десять лет ребенок в состоянии понять, что по отношению человека к братьям нашим меньшим можно судить о качествах его души.

– Ты знаешь, – сказала она, поднимая на него взгляд, в котором выражалась глубокая признательность, – я не против того, чтобы ты был другом моей мамы. Ты можешь приглашать ее на свидание сколько угодно. Я больше не буду устраивать концерты… Даже если Милашку не спасут.

Он нагнулся и приложился губами к ее макушке.

– Я люблю твою маму, Полина. И тебя люблю как родную. А Милашку… Давай не будем предполагать худшего, а дождемся, что нам доктор скажет.

И они ждали. Очень долго ждали, сидя в обнимку на лавке у стены в приемной комнате клиники. Время тянулось так медленно, словно его кто-то специально остановил. Люк чувствовал, что девочке нужен отдых. Слишком много волнений свалилось на нее сегодня. Уложив ее поудобней, он свернул свою куртку в виде подушки и положил ей под голову, а сам отошел в сторону, чтобы позвонить Лере, у которой в это время как раз заканчивалась смена в госпитале. Полина знала, что разговор ему предстоит не из легких. Но также она была уверена в том, что он защитит ее от маминого гнева. Более того, он, скорее всего, уговорит маму принять Милашку в семью, в том случае, конечно, если той суждено выкарабкаться из лап смерти. Подумав об этом, Полина слегка успокоилась и почти сразу задремала.

Люк разбудил ее посреди ночи. Ласково погладив девочку по голове, он сообщил, что доктор закончил операцию, которая все-таки потребовалась ее найденышу. Несколько сломанных ребер вызвали внутреннее кровотечение, но собаку привезли вовремя, и хирургическое вмешательство спасло ей жизнь. Через несколько дней ее можно будет забрать домой, и, по прогнозам доктора, животное скоро пойдет на поправку.

– Так что Милашка твоя отныне далеко не Несчастная. Придется тебе теперь ей новое имя подбирать, – широко улыбаясь, сказал Люк. – Например, Милашка, Которой Крупно Повезло, или Милашка-Везунчик. Ведь если бы не ты…