Ингрид Вэйл – Колодец смерти (страница 20)

– А что у вас что-то серьезное запланировано? Предложение будешь делать?

– Хотел было, но Аделина не советует.

– Что так?

– Сказала, что Ирен к такому шагу еще не готова.

– Она же любит тебя. Может тебе все-таки стоит позаботиться о кольце. Увидит твоя ледяная принцесса бархатную коробочку в сильных мужских руках и растает?

– Кольцо-то у меня уже есть, вот только думаю, что совет Аделины исходит из собственных уст Ирен.

– Я бы на твоем месте рискнул.

– Не знаю даже. Вообще-то я ей сережки купил, – Тим задумался на момент, – я вот, что решил. Коробочка у подарка маленькая, точно такая же как у кольца. В один карман положу кольцо, в другой сережки. Подарю сначала серьги, если увижу на лице разочарование, тогда рискну с кольцом.

– Неплохо придумал. Смотри не перепутай, – засмеялся Грэг, – хотя если честно, я думаю Ирен для замужества созрела, просто сама пока этого не осознает.

Мужчины задумались каждый о своем. Несмотря на гололед и плотность движения, скорость оставалась приличной и через полчаса они рассчитывали быть дома. Тим размечтался о предстоящем вечере с Ирен, а Грэг, поглядывая на впереди идущий мини-вэн о смысле жизни. На заднем стекле автомобиля красовалась наклейка – в машине дети. Семья рисованных человечков дружно держалась за руки.

Вопрос ребенка у них с Аделиной на повестке дня не стоял. Им было хорошо вдвоем, к тому же работа, занятость и темпы современной жизни не позволяли пока думать об этом серьезно, но мысль такая у него иногда проскальзывала. Точнее, он старался понять, чтобы почувствовал, если бы вдруг Аделина сообщила ему новость такого рода.

Но тут, мысли молодых людей были мгновенно прерваны ситуацией на дороге. Впереди по ходу, на встречную полосу вылетел автомобиль. Резко затормозивший мини-вэн, понесло к ограждению, в сторону Гудзона. Автомобиль Грэга, тоже начало крутить и мотать, но он каким-то чудом справился с управлением. А вот мини-вэну повезло меньше. Пробив ограждение, он вылетел на реку и под собственной тяжестью начал погружаться под лед. Жуткая, леденящая душу картина, разворачивалась на глазах в считанные секунды. Не долго думая, Грэг с Тимом скинув куртки выскочили из машины.

– У меня в багажнике бейсбольная бита, – крикнул Грэг на ходу.

Тим моментально среагировал и быстро вытащив биту, рванул вслед за другом. Тот уже прыгнул в воду и пытался открыть двери.

– В машине полно детей, – крикнул он подоспевшему Тиму, – все пристегнуты в креслах. Нужен нож.

На набережной тут же собрались зеваки, кто-то вызвал полицию и скорую, но времени ждать помощи не оставалось.

– Нож, быстро, кто-нибудь, – крикнул в толпу Тим.

Вдвоем, мужчины довольно быстро справились с задним стеклом. Разбив его, они насколько могли очистили раму от торчащих осколков. Грэг первый нырнул под воду.

Женщина-водитель, самостоятельно перебравшаяся с переднего сиденья мешалась под руками и голосила так, что Грэг понял, пока дети не будут в безопасности, ее из машины вытащить не будет никакой возможности.

Малыша из кресла он выдернул сам не понимая как. Видимо комбинезон намокнув чуть уменьшился в размерах и ребенок выскользнул из-под ремня безопасности после одного хорошего рывка. Тим лежа на животе, подхватил его и передал дальше по цыпочке двум отчаянным парням, которые тоже не стали дожидаться помощи извне. Один из них принес Тиму нож, которым тот сразу же прыгнув к Грэгу, разрезал ремень второго детского кресла.

Как раз вовремя. Тот безуспешно бился над ним. Вытащив ребенка, мужчины принялись выталкивать женщину. Та, видимо устав сопротивляться сдалась и протянула руки спасающим парням на льду. Грэг погрузился за старшим ребенком, который все еще оставался на переднем сиденье. Судя по тому, что тело было без движения, существовала вероятность того, что он погиб при столкновении. Вопреки всему, Грэг с Тимом спускались под воду вновь и вновь, но несмотря на перерезанные ремни безопасности, тело мальчика было зажато между передней панелью и смятой дверью. Удар пришелся именно на эту часть машины.

Поняв, что шансов больше нет, Тим вылез из воды и заставлял Грэга прекратить бесполезные действия. Ледяная вода обжигала кожу и они давно превысили допустимую норму времени пребывания в ней.

В это время появились спасатели, и оттеснили Тима от проруби.

– Там мой друг, – закричал он, – испугавшись, что Грэг до сих пор не вылез наружу.

Опасения Тима подтвердились. При последней попытке вытащить оставшегося пассажира, у Грэга судорогой свело ногу и он был уже не в состоянии выбраться самостоятельно. Спасатели действовали нерасторопно, к тому же машина полностью ушла под воду. К тому моменту, когда они наконец вытащили Грэга, тот был уже без дыхания. Тим бросился к нему, но спасатели вновь оттеснили его, взяв на себя массаж сердца и искусственное дыхание. Погрузив бессознательное тело в карету скорой помощи, медики не позволили ему сопровождать друга. Укутав его одеялами, они затолкали его в следующую неотложку.

– Я в порядке, и доберусь до госпиталя сам. У нас машина на дороге брошена, – кричал он сердито, за то, что ему не разрешили ехать с Грэгом.

– У вас шоковое состояние, молодой человек. Вам грозит обморожение, а для друга вашего делается все возможное, так что успокойтесь пожалуйста, – они силой удерживали его на месте.

Только когда дверь автомобиля закрыли, Тим перестал спорить.

– Дайте хотя бы телефон. Мне надо его жене позвонить, – проворчал он.

*******

Долгожданный вечер настал. Накрытый стол был готов к торжеству, и огонь пылающих свечей отражался в хрустальных бокалах.

Вдруг, жуткий звук скрежета тормозов автомобиля пронзил слух Аделины. Выглянув на улицу, она пыталась объяснить себе то, что происходит у нее в голове. Но никаких аварий за окном она не обнаружила. Холодок тревоги пробежал у нее по спине. Схватив телефон, она набрала номер Грега.

– Странно, куда он запропастился и почему не отвечает на звонок? – подумала она, повторяя вызов.

Он всегда сообщал ей, если вдруг задерживался. Его молчание заставляло ее безумно волноваться. Необыкновенные часы, ее подарок мужу, лежали перед ней на столе, и в ожидании звонка она, словно завороженная, следила за стрелками на циферблате. Внезапно, словно споткнувшись, они замерли на месте. В это же мгновение сердце ее сжалось острой болью. Похолодев от ужаса, она почувствовала пришедшую беду всей душой.

– Господи, что с ним!? – в ужасе подумала она.

Предчувствовать несчастье являлось одной и составляющих ее дара. Но, как правило, не зная точно с какой стороны ожидать удар, поставленная перед фактом неизбежности происходящего, она все равно никак не могла повлиять на ситуацию.

Все еще питая призрачную надежду, что Грэг все-таки позвонит, рассудком сознавая, что людям не дано предвидеть смерть, Аделина уже точно знала, что его больше нет. Чувство опустошенности проникло в нее со всей безжалостностью.

Через некоторое время, ей позвонил Тим.

– Что с ним? – тут же спросила она.

Не задаваясь вопросом, каким образом она почувствовала трагедию, он сразу начал излагать.

– Они его везут в госпиталь нижнего Манхэттена. Думаю, что в отделение реанимации. Аделина, ты только не нервничай. Я сам толком не знаю в каком состоянии Грэг. Мы спасали людей, они тонули, – сбивчиво объяснял он, – он должен был выплыть сразу за мной, но что-то случилось. Его вытащили, но без признаков жизни. В общем подъезжай в госпиталь, только возьми такси. Дороги ужасные, не садись сама за руль, ты не в том состоянии, чтобы управлять машиной.

Слова Тима о том что Грэга везут в госпиталь, вселили в нее надежду. Крошечную, едва теплящуюся, но все же надежду. Несмотря на все то, что чувствовало ее сердце, она молилась о том единственном шансе на спасение, который, пусть редко, но в этой жизни кому-то выпадает.

– Господи, сделай так, чтобы в этот раз он выпал Грэгу, – собираясь в впопыхах, просила она.

Но уже в госпитале, встретившись взглядом с реаниматологом, Аделина поняла, что ее молитвы не были услышаны.

– Мы сделали все, что смогли, – оправдывался тот, – примите наши самые искренние соболезнования.

– Нет! О Боже, нет! Такого не могло случиться! Только не с моим Грэгом! – в холодном ужасе вскричала Аделина. Сжавшись в комок, она в полуобморочном состоянии забилась в рыданиях. Жестокое слово смерть, проникая в сознание, выворачивало всю душу наизнанку, безжалостно уничтожая ее настоящее, будущее и что самое страшное, любовь всей ее жизни. Никакое спасение чужих людей не оправдывало в ее глазах уход Грэга и то жуткое одиночество в котором ей теперь предстояло существовать. Как ей теперь с этим жить?

Всего час назад она ждала его домой, мечтала оказаться в его нежных руках, почувствовать тепло губ и увидеть ласковую улыбку. И вот она прижимается щекой к неподвижной, бездыханной груди мужа, не слышит биения его сердца, сжимает холодную руку и гладит пряди волос, которые уже никогда не колыхнет ветер. Нет ничего более страшного на свете, чем держать в объятиях безжизненное тело своего самого дорого и любимого человека. Она проклинала смерть, кричала в агонии, плакала, умоляла вернуться его из небытия. Ее насильно оторвали от него.

Все, что происходило после этого, мозг Аделины не фиксировал. Откуда-то появился Тим, за ним Ирен, вся в слезах. Друзья утешали ее, как могли, но сами с трудом воспринимали происходящее. Ирен отвезла ее к себе, напоила успокоительными и долго-долго уговаривала примириться с обстоятельствами. Шептала что-то о превратностях судьбы, выборе отдать свою жизнь во имя спасения другого, права на жертву, и плакала вместе с ней.