Ингрид Сеймур – Принц, что так жесток (страница 7)

Она с энтузиазмом покивала.

– Все мы прекрасно владеем оружием. Крин, конечно, тот еще засранец, но ты просто его игнорируй. Джондар – мой любимчик, Сильвер с Цилией тоже очень классные.

– В пути мы можем… ввязаться в бой?

Арабис поджала губы и покачала головой из стороны в сторону, словно обдумывая мой вопрос.

– Мы стараемся не вступать в прямые конфронтации. Ну, стараются все, кроме Крина, но он, как мы уже выяснили, засранец, так что… Не беспокойся об этом. И вообще, забудь, что я говорила.

– Я не могу здесь остаться. Пожалуйста, помоги мне вернуться домой. – Она казалась мне самой милой из всех, и я обязана была попытаться.

– Мне бы очень хотелось помочь, Дани, но важнее этого ничего нет.

Важнее этого ничего нет. Будущее моего народа висит на волоске.

Правда ли это? Все настолько серьезно? Как бы то ни было, меня это не касалось. Их проблемы меня не волновали. Единственное, что имело значение, – это моя простая жизнь, моя семья и маленькие пациенты, которые нуждались во мне. Было глупо просить Арабис о помощи. Мое жалкое существование ничего не стоило. Я была для них не более чем букашкой, которую они могли раздавить по пути к горам Руин и даже не заметить.

Здесь у меня не было союзников. Выбираться придется самой.

Арабис встала и подошла к стулу, на котором оставила сверток.

– Нам нужно выдвигаться в путь, пока солнце еще высоко. Я принесла тебе одежду. Она подойдет для верховой езды, и в ней ты не будешь так… выделяться. Я вернусь через несколько минут.

Она ушла, задвинув за собой полог в шатер. Мне очень не хотелось это признавать, но она была права. Моя одежда пропиталась по́том и грязью, а ехать верхом в балетках тоже казалось не лучшей идеей, поэтому я раскрыла сверток и осмотрела вещи, которые принесла Арабис.

Поверх аккуратно сложенной туники и легинсов лежала пара высоких сапог из мягкой кожи с красивыми вышитыми цветами на манжетах. Нижнего белья здесь не было, и как бы мне ни нравилась мысль остаться в грязном, выбора другого у меня не было.

Вернувшись в свой угол, я быстро сняла балетки, джинсы и футболку и надела одежду фейри. Мягкие, как шелк, коричневые легинсы подчеркнули каждый изгиб моего тела и прекрасно подходили к свободной коричневой тунике, доходившей до середины бедра. По воротнику шел искусно вышитый узор в виде виноградной лозы – подобную вещь не найдешь в моем королевстве.

Вскоре вернулась Арабис и, увидев, что я переоделась, довольно улыбнулась. Она взяла мою грязную одежду и сунула под мышку.

– Мы сохраним ее. Наденешь, как вернешься. А теперь следуй за мной.

Она вышла из шатра, оставив сверток позади. Я направилась вслед за ней и обнаружила, что все уже сидят на лошадях, готовые выезжать. Принц сидел на огромном черном жеребце чуть поодаль и смотрел прямо перед собой; его спина была напряжена. Джондар поприветствовал меня улыбкой. Сильвер и Цилия помахали мне, а Крин проигнорировал меня, притворившись, что увлеченно вычищает грязь из-под ногтей.

Два небольших шатра собрали и, судя по всему, закрепили на двух лошадях вместе с другими припасами.

Арабис указала на маленькую пятнистую лошадку, похожую на гигантского далматинца.

– Это Маргаритка. Она хорошая и очень послушная. Ты умеешь ездить верхом?

Я покачала головой и огляделась по сторонам, всерьез обдумывая, не попробовать ли снова сбежать. Если они увезут меня еще дальше от Фаровина, то мне будет гораздо сложнее найти дорогу домой. Но какие у меня шансы против пяти фейри верхом на лошадях? Нулевые.

– Это совсем не сложно. Ты быстро привыкнешь. Вот увидишь. Просто поставь правую ногу вот сюда. – Арабис указала на стремя. – Потом закинь другую ногу и хватайся за дужку. – Она ткнула пальцем на выступающую ручку на седле.

Я сделала, как она велела, и ухитрилась с первого раза забраться в седло, не выставив себя при этом на посмешище. Наверно, оказавшись на таком большом животном, я должна была испугаться. Все-таки я выросла в городе, привыкла к автомобилям и, что самое отважное, к велосипедам, но, сидя на лошади и осматривая лагерь, ничего не чувствовала.

Казалось бы, верхом на лошади мои шансы на спасение возросли, но все было совсем наоборот. Очень велика вероятность свалиться задницей в колючий кустарник, если я попытаюсь перейти на что-то другое, кроме медленной рыси. К тому же Арабис ни на секунду не выпускала поводья моей лошади. Она держала их даже тогда, когда забиралась на светло-рыжую кобылку с черной гривой и хвостом.

Как только мы уселись на лошадей, принц пришпорил коня, и в мгновение ока мы выехали с поляны и понеслись по роскошной равнине, устланной сочной травой и яркими полевыми цветами. Над нами простиралось темно-синее небо, сплошь затянутое облаками, а вдалеке возвышались огромные серо-голубые горы.

После нескольких часов, проведенных в жестком седле, у меня начала болеть спина. Я поворачивалась то в одну, то в другую сторону, пытаясь устроиться поудобнее, но все было тщетно.

– Ты привыкнешь, – с улыбкой повторила Арабис, заметив, как я ерзаю в седле.

– Как скажешь.

Несмотря на мой грубый ответ, она не перестала улыбаться. Если она лишь притворялась дружелюбной, то у нее хорошо это получалось. Я не любила грубость. Если она и правда была такой милой, как казалась, то мы могли бы даже поладить. Вот только меня не интересовала дружба ни с ней, ни с кем-либо из их компании. Я думала лишь о родном доме, о маминых теплых объятиях и о том, как мы с Тони часами напролет обсуждали работу, мужчин и чрезмерную опеку мамы. Кроме того, у меня была младшая сестра, которая уехала в колледж и которой часто требовалась моя помощь. Что будет с ней? А что, если ей понадобится моя помощь и она не справится без меня?

Когда солнце поднялось высоко над головой, мы остановились под кронами больших деревьев. Горы вдали казались такими же далекими, несмотря на несколько часов верховой езды.

Я неуклюже слезла с лошади; с непривычки казалось, будто по заднице хорошенько прошлись плоской палкой. Поморщившись, я повертела бедрами, потому что с непривычки у меня жутко болела поясница. Нет, я никогда к этому не привыкну. Я чувствовала себя как выброшенная на берег рыба. Размяться было приятно, но еще лучше стало, когда я пустила волну исцеляющей магии прямо в позвоночник, и боль отступила.

– Мы перекусим, дадим лошадям отдохнуть и снова отправимся в путь, – сообщила мне Арабис.

– Мне нужно… – Я огляделась и увидела поляну, окруженную несколькими большими валунами. – Ну, знаешь.

– Конечно. Я пойду с тобой.

– Что?

– На случай, если ты попытаешься сбежать. – Она улыбнулась. – Джондар рассказал, что ты вчера учудила. Очень умно.

– Как я сбегу пешком? Я даже не знаю, где мы находимся.

Она пожала плечами.

– Уверена, ты разберешься. Ты же умная. – Она откинула густые золотисто-каштановые волосы за плечи и направилась к скалам.

Я последовала за ней, кипя от злости. Неужели мне нельзя даже уединиться? Я зашла за самый большой валун и, приподняв бровь, уставилась на Арабис. Она не отвернулась.

– Я не могу пи́сать, когда ты смотришь.

Она закатила глаза и отвернула голову.

– Ладно.

Чувствуя себя совершенно униженной, я постаралась сделать свои дела как можно быстрее. Когда мы вернулись, Сильвер предложил нам полоски вяленого мяса, ломтики свежего яблока, большой кусок сыра и хлеб. Я поела, внезапно обнаружив, что за время пути чертовски проголодалась. Я практически вдыхала еду и с наслаждением жевала каждый кусочек. Даже обычные яблоки сейчас оказались вкуснее, чем все, что я когда-либо пробовала дома.

Все то время, что мы сидели в тени одного из деревьев, принц держался в стороне. Он поел в одиночестве и начал нервно вышагивать туда-сюда перед своим жеребцом, который беспокойно бил копытами землю. Они оба вели себя так же, как я вчерашним вечером: метались словно львы в клетке, из которой не видели выхода. Принц заметил, что я наблюдаю за ним, и бросил на меня злобный взгляд.

И тебе того же, приятель.

– Значит, туда мы едем? На гору Руин? – спросила я, указывая на далекий горный хребет, к которому мы, казалось, направлялись.

Крин прыснул.

– Даже не близко. – Он прислонился к дереву, вытянув перед собой длинные ноги, и жевал травинку.

– Сначала мы заедем в Летний двор, – сообщил Джондар. – Ко мне домой, – добавил он с гордостью.

– Летний двор? – переспросила я.

Джондар кивнул.

– И долго мы там пробудем? – спросила я.

– Калилл должен выразить свое почтение Летнему королю и обсудить с ним… важные вопросы. Это займет всего несколько дней.

Несколько дней, которые добивались к моему приговору. Проклятье!

– Сколько времени займет дорога от Летнего двора до горы Руин? – спросила я, опасаясь услышать ответ.

– Кто знает, – ответил Сильвер. – Недели три.

Крин фыркнул.

– Это если мы вообще туда доберемся.

– Заткнись, Крин! – рявкнула Арабис. – Мы обойдемся и без твоего пессимизма.

– Это не пессимизм, милая. А реализм.

– Я уже тысячу раз просила тебя не называть меня милой. – В голубых глазах Арабис вспыхнуло раздражение.

Крин ухмыльнулся, довольный тем, что разозлил ее.

Арабис закатила глаза; казалось, она была недовольна, что позволила ему разозлить ее.