Ингрид Карлберг – Альфред Нобель. Биография человека, который изменил мир (страница 75)

Весной 1877 года, когда братья встретились в Берлине, чтобы договориться по поводу нефти, баланс сил между ними явно изменился. Альфред выслушал Людвига и Роберта и решил тем или иным образом принять участие в их бакинских начинаниях¹⁶. После этого Альфред и Людвиг со всем семейством поехали в Париж. Помимо жены Эдлы весной 1877 года семейство Людвига состояло из семерых детей – от 18-летнего Эмануэля до годовалых близнецов Александра и Петера (оба умерли несколько месяцев спустя). Родственники гостили у Альфреда долго, достаточно долго, чтобы Людвиг обнаружил: Альфред обзавелся новой знакомой. Возможно даже, Людвиг невольно стал причиной такого развития событий¹⁷.

Ни одно событие в жизни Альфреда Нобеля не было окутано такой тайной, как его встреча с австрийкой Софи Хесс, моложе его на восемнадцать лет. После смерти Альфреда в 1896 году были приложены немалые усилия, чтобы полностью стереть следы ее присутствия в его жизни. Те, кому выпало заниматься его наследием, считали, что она бросает тень на его память. Проблему решили, фальсифицировав историю. Более пятидесяти лет этот роман, продолжавшийся восемнадцать лет, держался в страшной тайне. У Альфреда Нобеля не было спутницы жизни. Точка.

Друзья и близкие конечно же знали об этом бурном романе, если не до смерти Альфреда, то уж после нее точно. Ибо Софи Хесс пригрозила опубликовать письма Альфреда Нобеля, если ей не заплатят, и душеприказчики купили ее молчание. Пикантная деталь: некоторые письма анонимно процитированы в биографии 1926 года. Читателю внушают мысль, что Альфред Нобель писал их «другу».

В конце концов ложь оказалась слишком тяжким грузом. Под конец жизни душеприказчик Рагнар Сульман страдал от мук совести. Должна ли правда о Софи Хесс умереть вместе с ним – или все же стоит ее рассказать? В своей книге «Завещание», вышедшей в 1948 году, через два года после его смерти, он наконец облегчил душу. Но лишь в 1990-е годы письма эти увидели свет в таком количестве, что стало возможно отследить развитие отношений и постараться что-то в них понять.

По-прежнему неизвестно, когда они встретились. Часто повторяемая «правда» содержит в себе больше догадок, чем четких доказательств. Единственное, что можно точно установить на основании существующих документов, – это то, что знакомство произошло в период между отъездом Берты Кински в конце 1875 года и последними неделями лета 1877-го. В начале сентября того же года, как неопровержимо доказано, Софи Хесс и Альфред Нобель уже стали более чем просто друзьями¹⁸.

В своих отношениях с женщинами Альфред Нобель страдал от заниженной самооценки задолго до неудачной попытки с Бертой, тогда – Кински. Позднее Берта фон Зутнер напишет, что он по каким-то причинам был уверен, что женщины находят его внешность отталкивающей. Альфред Нобель считал себя мужчиной, к которому большинство женщин не могут испытывать симпатии¹⁹. Но теперь 44-летнего изобретателя очаровала 26-летняя девушка из Вены, которая, похоже, нисколько не тяготилась его обществом.

Софи Хесс выросла в еврейском квартале Вены, будучи старшей дочерью в семье Хайнриха Хесса, весельчака, но не самого успешного торговца деревянными товарами. Когда Софи было пять лет, ее мать умерла при родах, а отец вскоре снова женился. Новая семья переехала за 20 миль от Вены, в средневековый город Цилли (ныне Целе в Словении). Родились новые дети. Софи страдала, и Хайнрих Хесс признавал позднее, что мачеха «не была такой приветливой и любящей, какой ей следовало быть». А его дети от первого брака откровенно говорили, что она была злыдней.

Хайнрих был небогат. Семья же росла, и он попытал счастья на бирже, однако его постиг крах. Так что Софи пришлось покинуть дом и устраиваться в жизни самостоятельно. Неизвестно, сколько ей тогда было лет, мы знаем лишь, что это произошло и полноценного обучения в школе у нее за спиной не было. Если верить семейной истории, она устроилась работать в кондитерскую.

Годы уходили, вероятно, к ее большому разочарованию. Софи начала привирать о своем возрасте. При знакомстве с Альфредом Нобелем она сказалась 20-летней, хотя на самом деле ей было двадцать пять или двадцать шесть²⁰. Тут она ошиблась. Альфред Нобель предпочел бы правду. Большая разница в возрасте очень огорчала его.

Как они познакомились? Рагнар Сульман приводит в своей книге версию, которую с годами стали считать истинной, хотя сам он подчеркивает свою неуверенность. Версия сводится к тому, что Альфред Нобель влюбился в Софи с первого взгляда, когда делал покупки в ее лавочке (Сульман предполагает, что это был цветочный магазинчик) в курортном городке Баден (Baden-bei-Wien) летом или осенью 1876 года. Проблема заключается лишь в том, что осенью 1876 года Альфред Нобель проходил курортное лечение в Карлсбаде, в сорока милях от Вены. К тому же представляется маловероятным, чтобы он завел роман с продавщицей в магазине, хотя полностью исключить это нельзя.

Первое сохранившееся письмо из переписки между Альфредом и Софи не датировано, однако на основании упоминаемых там деловых встреч может быть отнесено к первой половине 1877 года²¹. Так что же писал Альфред Нобель, 43 лет, Софи Хесс, 26 лет (хотя он думал, что ей 20)? А вот что:

Дорогое мое прекрасное дитя,

уже перевалило за полночь, и только теперь директора закончили третье за сегодняшний день заседание. То, что занимает нас, все та же старая история, Тебе хорошо известная. Завтра мне предстоит ехать в Пресбург [ныне Братислава], где мое присутствие крайне необходимо. Мне представляется, что все дела здесь ужасно запущены, и мне нужно бы остаться подольше, если бы только не было бы все это столь противно моему существу. Но в обществе этих господ мне не по себе, я мечтаю скорее выбраться отсюда домой. При первой же возможности я телеграфирую или напишу Тебе, где и когда мы сможем встретиться; до того же посылаю Тебе тысячу сердечных приветов и желаю Тебе всего самого лучшего, Твой преданный друг

Альфред.

Что же можно вычитать из этого письма? Независимо от того, каким оно было по счету – вторым или третьим, в каждой строке чувствуется начало новых, осторожных взаимоотношений. По содержанию я вижу, что, скорее всего, Альфред писал это письмо, находясь в Гамбурге. Вне всяких сомнений, его отвращение относится к немецким партнерам. Германия, первая половина 1877 года, именно тогда, в конце марта или начале апреля, братья Нобель встретились с ними в Берлине, чтобы договориться относительно нефти²².

Всплывают разрозненные факты моего журналистского расследования. По крайней мере, то и дело встречается одна и та же фамилия. Из переписки Софи и Альфреда явствует, что у Софи есть близкая подруга по имени Ольга Бётгер. Сведения очень интересные, ибо по письмам 1860 года я помню, что у Людвига Нобеля был близкий друг и деловой знакомый, которого звали именно Бётгер. Среди прочего, их жены вместе путешествуют²³.

Совпадение становится еще более интересным, когда я в более позднем письме от Людвига к Альфреду нахожу, что он «конечно, знаком» с Софи Хесс (то есть не только через Альфреда, как можно догадаться). Софи, в свою очередь, иногда представляла Ольгу Бётгер новым знакомым как «племянницу Альфреда». Это последнее не следует истолковывать буквально, но оно дает намек, что Ольга Бётгер имеет какое-то отношение к Людвигу Нобелю, которое Софи любила подчеркивать. Может быть, это зацепка?²⁴

Судя по пробелам в книге Альфреда, где хранятся копии писем (до того, как он обзавелся дорожным набором для письма), можно остановиться на том, что письмо Софи он отправил в период между 13 и 28 мая 1877-го²⁵.

Собрав все мое мужество, я выдвигаю альтернативную теорию: Софи Хесс вовсе не была незнакомой продавщицей из магазина или, по крайней мере, не совсем. Альфред Нобель познакомился с ней – прямо или косвенно – через брата Людвига и его семью, возможно, в связи с тем, что братья встретились для обсуждения вопроса о нефти весной 1877 года. Но это могло произойти и раньше. (Впрочем, эта версия не дает ответа на вопрос, почему Ольга Бётгер – одно из немногих частных лиц, наряду с Софи Хесс, – получила по знаменитому завещанию Альфреда Нобеля солидную сумму денег.)

Весной и летом 1877 года между Софи Хесс и Альфредом Нобелем стало что-то намечаться. Это нам известно доподлинно. Начинающийся роман вызывал у Альфреда дискомфорт, очевидно из-за ее юного возраста. В сентябре 1877-го они встретились в Вене. Вряд ли это была их первая встреча. Людвиг был настолько в курсе происходящего, что в письме того же периода шутливо ворчал, дескать, «enfant mamsell Sofie»[42] мешает Альфреду навестить его.

Альфред, в свою очередь, к этому моменту ощутил потребность формально оградить себя от возможных обвинений в совращении Софи. Можно исходить из того, что он надиктовал ей текст, когда во время сентябрьской встречи она написала ему следующее:

Настоящим заверяю, что господин Нобель уговаривал меня вернуться к моему отцу в Цилли и что не его вина, если я этого не сделаю.

Вена, 10.09.77

Софи Хесс²⁶.

В последующие годы будущий нефтяной проект братьев Нобель стал в основном заботой Людвига и Роберта. Альфред оставался в роли советчика. Он помог Роберту раздобыть в Англии паровой насос, но в целом интересовался делом лишь на расстоянии. Людвиг же, напротив, с головой окунулся в нефтяные дела. Он изучал вопрос и писал длинные заметки о насосах, транспортировке и хранении. Прочтя об американцах в Пенсильвании, перекачивавших нефть по трубам (pipelines), он осознал, какая отсталость – разливать нефть в бочки и грузить на телеги, как делали в Баку. Через Альфреда он связался с поставщиком труб для американских производителей нефти. Новые трубы Нобелей произвели в Баку фурор.