Ингрид Фукс – Блокнот новогодних желаний (страница 1)
Ингрид Фукс
Блокнот новогодних желаний
Глава 1
Ева подошла к окну. Последняя клиентка совершенно вымотала её. Типичная проблема: сохнет по мужчине, которому она не интересна, и не хочет осознавать, что просто-напросто теряет время и энергию, проживает свою жизнь зря. Хотя если рассматривать земное воплощение как получение опыта, смысл был даже в неудачных любовных сценариях. Когда все чувства окончательно перегорят, как перегорели они у самой Евы, можно будет переключиться на другие проблемы. Однако клиентки философским подходом к жизни, как правило, не страдали. Едва успев оправиться от прошлой «великой любви», они сразу же находили себе новый объект страсти и вожделения. Одна снова «подсела» на женатого, другая выбрала парня на десять лет моложе и возит ему передачки в армию, просаживает ползарплаты на магические ритуалы и психологов, имея маленького сына, третья влюбилась в «нарцисса», любимца всего женского коллектива в скучном, сером офисе, и он с радостью обхаживает всех остальных, напрочь игнорируя её, и она в очередной раз спрашивает у Евы, не пытается ли он таким образом скрыть свои истинные чувства.
Большую часть клиенток Евы можно было окрестить одним простым словом «дуры». Впрочем, «дураки» тоже попадались, хотя и гораздо реже. Ева никак не могла взять в толк, как такие зачастую солидные люди, занимающие видное место в социуме, не понимают настолько элементарных вещей. Хотя если бы всем всё было понятно, такие, как Ева были бы не нужны.
Морозный узор из снежинок красовался на окне. Когда-то в детстве это было магией. А теперь вот даже нет времени рассматривать. Работа, хобби, эпизодические путешествия и воспитание Оливии поглощали каждую минуту. Чем старше становилась Ева, тем больше ей хотелось придаваться философским размышлениям и писать. И она всё думала, а не продешевила ли она, выбрав такую профессию в своё время. Еве хотелось бы написать трактаты о государственном устройстве, структуре социуме, религии, но она понимала, что бульварный роман о буднях психолога стал бы более удачным выбором для начала писательской карьеры.
Ева боялась пропустить Новый год, как пропускала его уже не раз. Дело не в том, что она его не отмечала, забывала про салат оливье, ёлку, подарки, мандарины, имбирные пряники, а в том, что она не использовала его, чтобы начать всё заново. Подобно тому, как школьник каждый год мечтает, что с первого сентября он вдруг по мановению волшебной палочки начнёт учиться лучше, она мечтала, что однажды придёт чудо, наступит волшебная «перезагрузка» жизни, и желания, которые до этого были запрятаны в долгий ящик, ни с того, ни с сего начнут исполняться. Для этого существовали ритуалы и традиции загадывания этих самых желаний, например, сжигание бумажки и растворение пепла в шампанском под бой курантов. Но Ева понимала, что ритуал, в сущности, может быть любым. Важно уметь словить волну и, что называется, подключиться к коллективному эгрегору праздника, напитать мечты плотной, мощной энергетикой, чтобы наконец дать им ход. Списки из ста желаний она писала уже не раз. Но на этот раз решила ограничить себя не более, чем пятью пунктами. Это были самые важные направления, над которыми она хотела поработать, но не знала, с чего начать.
В последние годы Ева столько работала, что забывала о собственных желаниях. Она стала человеком-функцией, у которого год за годом отваливались ненужные части личности. Социально нормальная ситуация – это когда человек работает, спит, ест и иногда отдыхает. Отдых этот у большинства социальных рабов довольно примитивный и ограниченный, что-то вроде посмотреть сериал или где-то посидеть с друзьями, слетать на курорт или отправиться на шопинг. Ева настолько свыклась с мыслью, что работать – это нормально, а вот стать пианисткой лет в 40-45 – категорически неприемлемо, что стала более или менее спокойно принимать свою судьбу, заглушая постоянно преследующее чувство внутренней неудовлетворённости. Но когда внутренний кризис стал нарастать и в настроении всё чаще начали появляться депрессивные нотки, она решила, что что-то пора менять. Как сказал кто-то мудрый, наши желания – это единственное, что нас привязывает к материальному плану. Ева решила сосредоточиться именно на своих желаниях. Но как быть, если серая, привычная, полная забот действительность год за годом выдавливала из неё всё живое, всё, что, по сути, и составляло ядро её личности? Да, она стала крепким профессионалом, правильно воспитывала усыновлённую дочь, и на этом всё. То есть вообще всё, совсем. Больше в жизни Евы не было ничего. Пустота. Время отдавалось профессии. Бесконечные курсы повышения квалификации, чтение книг, участие в конференциях. Еве казалось, что как только к ней в кабинет входит очередной клиент, она начинает видеть его насквозь буквально с первых движений. Но, помогая другим решать их проблемы, она всё больше убеждалась в том, что не может помочь самой себе.
Звонок вырвал Еву из размышлений. На пороге появился Игорь. Он был важным чиновником, лощёным и напыщенным. Он уверенно уселся в кресле и с минуту пристально смотрел на Еву.
– Вы понимаете, она не любит меня.
– Кто?
– Настенька. Она работает судьёй. Опять связалась с каким-то уголовником, потом рассталась, потом снова сошлась. А я так. Только друг. Как мне всё это надоело. Неужели она не понимает, что лучше меня она не найдёт? И тут ещё бывшая жена пытается вернуться. А я не люблю её. Я люблю Настеньку.
– Как давно Вы знаете Настю?
– Да уже лет 15, с тех пор, как её старший сын Олег был маленьким.
– А сколько лет назад Вы женились?
– Двенадцать лет назад.
– То есть большая любовь к Настеньке жениться Вам всё-таки не помешала.
– Я хотел жить, хотел забыть её. Она жила то с одним, то с другим, и выбор её всегда падал не на меня.
– Что привело Вас ко мне?
– Я хочу быть с ней вместе. Без неё моя жизнь кажется бессмысленной. Я даже её детей готов принять как родных. Олег уже взрослый, ему 18. Я часто помогаю ему по-отцовски, когда он просит у меня денег. А Васька, младший, тот вообще как родной. Наверное, он был моим сыном в прошлых жизнях.
– То есть старший сын Насти Олег тянет из Вас деньги?
– Да поймите же Вы! Мне не нужны деньги! Мне нужна Настя.
– И Вы хотите подобраться к ней при помощи её детей, покупая их?
– Я просто помогаю по-отцовски. Парню некому больше помогать. А он только начал жить с девушкой, ему надо было снять квартиру, обустроить быт.
– Расскажите о своей родительской семье.
– Я ничего не знаю о своих биологических родителях. А приёмная мать меня усыновила. Я часто вижу сны. Вижу разную символику, гербы, атрибуты аристократической жизни. Мне кажется, мои родители были из старого дворянского рода.
– И как же Вы тогда были отданы на усыновление?
– Не знаю, я хотел это выяснить, запрашивал документы в архивах, но на все мои запросы отвечали отказом.
– Игорь, Вы понимаете, что стали эмоционально зависимым от любви, потому что Вас не любили в детстве. Любить чужого ребёнка очень тяжело. Приёмная мать много Вам дала, но она могла не справиться с эмоциональной составляющей отношений.
– Ну и что? Мне всё равно нужна только Настенька! Вы понимаете! Я люблю её! Я жить без неё не могу! Сделайте так, чтобы она была со мной!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.