Ingini – Пороки (страница 6)

– Обычно старшие ученики лучше владеют собой, поэтому до седьмого класса мы не преподаем сложную магию, – словно отвечая на ее мысли, пояснила Лакес. – Но как это будет в вашем случае – мы пока не знаем, – в голосе преподавательницы не было ни сочувствия, ни особого интереса, но Мейз отчетливо видела сомнение в ее глазах.

"Ты убила отца. Сожгла человека. Они знают об этом", – внутренний голос звучал в голове, хотя Лимб, сидевший на столе, лишь наслаждался ее мыслями. Мейз старалась не отвлекаться.

– Поэтому сегодня посмотрим, как вы себя проявите, а затем сделаем выводы, – закончила Лакес, обводя взглядом детей, уставившихся на взрослую девушку.

Урок начался с того, что преподавательница провела рукой, словно снимая невидимую завесу, и в пустом классе появилось шесть свечей на подставке. Четвероклассники заняли места у стен. Мейз встала в конце первого ряда.

– Краткое пояснение для мисс Барнс, – начала Лакес. – Свечи – лучший индикатор контроля над магией. Они помогают дозировать энергию. Мистер Уолт, продемонстрируйте.

Мейз обернулась к маленькому мальчику. Тот сосредоточенно поднял руки. Было видно, как напряглись его плечи, как дрожали пальцы. Затем он резко выбросил руки вперед, будто посылая воздушную волну.

Они стояли слишком далеко, чтобы обычный жест мог повлиять на пламя, поэтому дело было в магии. Как ни старался мальчик – а усилия были видны – огонек лишь дрогнул, но не погас.

– Не у всех получается с первого раза, – с едва уловимой мягкостью сказала Лакес. Уолт кивнул, сжав губы в грустной улыбке. "Как долго он уже пытается?" – Мы учимся этому неделями, а то и месяцами, через внутреннее равновесие и самопознание.

– Йогой и медитацией?

– Вроде того, – подтвердила Лакес. – Но сначала, мисс Барнс, попробуйте сами. Возможно, мой курс вам и не понадобится.

Она жестом пригласила Мейз, и все дети с любопытством уставились на новенькую. Та вздохнула – слишком много внимания…

Барнс посмотрела на свечу. Как это работает? Вызвать магию по желанию? Она никогда сознательно не использовала силу. "Магия не подчиняется жестам. Нужно особое состояние ума, но какое?"

Мейз попыталась вспомнить ощущения, когда магия проявлялась раньше. Ярость. Ненависть. И сила – та самая, что струилась по венам, заполняла глаза, жгла кончики пальцев… Сила, которая помогла осознать главную цель.

И вот она здесь. В академии, которая научит управлять этой силой. Даст время на план. Барнс пройдет через все. Чтобы каждый. Горел.

– О Боже! – чей-то крик вернул ее в реальность.

– Черт!

Она резко опустила руки, прижимая их к груди. Ладони горели. И не зря.

Выброс магии был настолько сильным, что свеча не просто погасла – поток огня обрушился на стену. К счастью, та была зачарована от подобных случаев. Теперь Мейз понимала, почему они стоят лицом к стене…

✧

– Да, первый урок магии прошел не лучшим образом.

После огненного шквала Лакес смотрела на нее с неподдельным ужасом, сбросив маску строгости. В классе повисла гробовая тишина, лишь один мальчик прошептал восхищенное "вау".

Мейз понимала мысли преподавателя. "Неужели связь с Адом настолько сильна, что я извергаю только адское пламя?"

Остаток урока она лишь наблюдала за другими. Лакес сказала, что сначала нужно научиться контролировать эмоции. Этим Мейз займется сегодня же.

Теперь она шла на вводную лекцию по основам магии. Суми ждала в кабинете за главной лестницей. Когда Мейз села напротив директрисы, Лимб развалился в угловом кресле, сияя от восторга. Суми – нет.

– Во всяком случае, результаты демонстрируют твою силу, – Мейз исподлобья взглянула на женщину. Та улыбалась, но в темных глазах стоял арктический холод. – Вероятно, это моя ошибка. Следовало отправить тебя к психологу.

– Обсуждать два убийства? – прямо спросила Мейз. Суми внимательно посмотрела на нее.

– Пойми, Мейзакин, – директриса встала и подошла к окну. – Убийство не считается преступлением в нашем мире. Это вопрос человечности, – Мейз округлила глаза. "Серьезно?" – Но начнем с начала.

Хотя Мейз больше интересовала тема убийств, выбора не было. Суми начала рассказ, глядя в окно. Дождь все еще шел.

Магия родилась вместе с дочерью Каина. Убив брата, он связал себя с девятым кругом Ада, запятнав весь род. Его потомки оказались привязаны к первому кругу как непрощенные – без шанса на Рай.

Эта связь давала им магию – возможность черпать энергию первого круга, безграничную по своей природе.

До смерти Авеля у него родился сын – начало "чистой" линии. Но со временем линии смешались, появился третий тип людей – способных попасть в Ад через грехи.

Так среди обычных людей появились ведьмы. Они старались держаться вместе, образуя тринадцать ковенов.

В каждом ковене выбирали сильнейшего – Верховного, входящего в Совет Тринадцати. Самый многочисленный ковен становился Первым – его глава чувствовал магические потоки по всему миру.

– Наш ковен всегда был главным, – Суми вернулась к столу. – Поэтому каждая Верховная – обычно женщина – становилась Первой.

– Как выбирают Верховных? – Суми задумалась.

– Предыдущая чувствует силу каждого и знает преемника, – ее взгляд пронзил Мейз. Улыбка не скрывала ледяного расчета. – Одни уступают добровольно. Другие умирают, не передав титул. Третьих убивают конкуренты.

У Мейз оставались вопросы, но она решила отложить их. Лучше спросить Сандру.

– Продолжим, – Суми сжала губы, будто выпила что-то горькое. – Совет существует до сих пор, но собирается редко. Некоторые ковены изменили традиции – например, перешли на вуду.

– Как они это сделали?

– Это зависит от источника дополнительной энергии. Первый круг бесконечен, но дает ограниченную мощность. Для серьезных заклинаний нужно больше.

– Жертвы? – разговор вернулся к главному.

– Мы редко к этому прибегаем. Удобнее использовать силу стихий, – Суми указала на дождь за окном. – Но для серьезной магии нужна мощь – не обычные волны, а цунами. Этого дождя хватило бы на… – она подумала, – разведение огня в камине без дров. Но об этом тебе расскажут на уроках.

Мейз не понравился ее оценивающий взгляд. "Она намеренно не договаривает. Боится меня?"

– Сейчас все твое обучение сконцентрируется на контроле. Пока не очень получается, да? – усмехнулась она, сладко улыбаясь. Мейз чуть не вырвало. Лимб же откровенно насмехался весь разговор. – Если ты видела расписание, то там стоит также психология – важно понимать не только себя, но и других.

Далее директриса рассказала, что, как только Мейз научится контролировать себя, начнется обучение легким заклинаниям, а уже потом сложным. А пока в расписании есть руноведение, травология, зельеварение и история магии. Вот только полный курс рассчитан на четыре-семь лет, так что Суми предположила, что Мейз здесь задержится.

"Ни за что".

После этого она, наконец, перешла к обсуждению жизни в академии. Для начала выделила, что из-за размера классов учителя уделяют внимание каждому ученику, поэтому в мир выходят хорошо обученные люди, которые также получают почти полное финансирование в колледжах.

Также о деньгах: в академии есть стипендии. У Мейз сразу же возник вопрос: "Откуда деньги? Если их создавать магией, то это, вероятно, плохо сказывается на экономике". Но Суми успокоила, сказав, что все по-честному, как и у других частных школ Америки.

Выход из здания разрешен с родителями, а также всем с шестнадцати лет, если они умеют контролировать себя, – специально добавила Суми, как бы намекая, что Мейз пока нельзя.

Из невозможности выйти вытек очевидный вопрос, на который директриса ответила на удивление быстро.

– Мы понимаем, что в стенах академии буквально чуть больше пятидесяти подростков, которым нужно выплескивать энергию, поэтому у нас есть различные кружки, на которые можно записаться, или просто получить оборудование, если, к примеру хочешь играть на гитаре, – сообщила Суми. – Чем-то увлекаешься?

– Рисую, – Мейз понимала, что тетрадей ей не хватит, чтобы записать все свои мысли. Ей нужна бумага. И еще она бы правда порисовала.

– Хорошо, – кивнула Суми, делая пометку на листке, а затем продолжила. – Также постоянно устраиваются спортивные состязания, по вечерам обычно все играют в футбол или что-то еще, – как бы предлагала она. – Дискотек у нас нет, но вечеринки в комнатах не запрещаются, если, разумеется, они никому не мешают.

Мейз кивнула. Вероятно, используются такие же символы на соли, чтобы ничего не было слышно.

– Теперь поговорим о жизни после академии, – сказала Суми. – Как я сказала ранее, многие поступают в колледж после выпуска. Насколько я знаю, ты уже сдала SAT?

– Да.

– Хорошо. Мы также их сдаем. Заявления в колледж отправляют, когда приходит время. В основном все метят в Лигу Плюща. Ты уже выбрала?

– Я собиралась подать документы в Йель или Колумбийский.

Она не собиралась поступать. Потому что предполагала, что минимум десяток лет просидит в тюрьме. Колледжа не было в планах.

– Что ж, очень хорошо, – кивнула Суми. – Насчет оплаты не волнуйся. Детям без родителей… – она осеклась, но Мейз кивнула, отводя взгляд. "Конечно". – Мы полностью оплачиваем обучение.

– Что-то еще? – ей хотелось уйти отсюда.

– После выпуска ты все еще будешь состоять в ковене. И если что-то в жизни не получится, то можешь вернуться сюда, – улыбнулась Суми. – Академия и ковен – твоя семья.