Ингерман – Острова звездного океана (страница 33)

' Бежишь жалкое создание! Нет, далеко не уйдешь!' Санчо решив что паук убегает, зарядил гарпун и развернулся согласно траектории побега. Но паук не бежал, он остановился под летуном и приподнял в его сторону брюшко. Почуяв неладное, Санчо пальнул крупным калибром, но куда угодил гарпун, он не видел. Внезапно возникшее белое облачко, прикрыв паука, очень быстро приближалось навстречу. Санчо сжался в клубок и дёрнулся телом в сторону, пытаясь увернуться от облака, как почувствовал что его что то дёрнуло и потащило в другую сторону, ногами вперёд. Посмотрев в сторону ног, глаза вылезли из орбит от ужаса. Непонятно откуда взявшийся паук, уцепив Санчо за ноги, перебирая лапками подтягивал его ближе. Санчо бросив арбалет, выхватил плётку и произвёл отработанный тысячу раз, коронный удар наотмашь и в ту же секунду почувствовал удар о землю. Чувствуя вонь и давление сверху, Санчо увидел как уродливая, огромная рожа, шевеля хелицерами, приближается ближе к его лицу. Резко выхватив кинжал, он стал наносить сильные удары снизу. Паук растопырив челюсти, заверещал и стал быстро сползать в сторону.

' Попал! Я попал!' Закричало в голове. Санчо вскочил на ноги, подобрал валявшуюся плётку и ринулся добивать раненого монстра.

' Ну здравствуй вошь, рейтузной жизни.

Неужто свиделись опять.

Напрасно ты пришла из мрака,

теперь придется умирать!'

Бедненький паучок, постоянно получая острый шип в морду, пятился задом наперёд. Передних боевых лапок у него не было, камни под ним окрашивались в зеленовато-красный цвет. Помимо этих мучений, его постоянно настигал этот острый длинный шип, торчащий из этого злобного вонючки. Санчо войдя в кураж, бешено прыгал вокруг побитого монстра, стараясь рассчитать траекторию смертельного удара. Как вдруг, его жаркий боевой пыл, охладила нахлынувшая изнутри жалость. Да, ему стало очень жаль, этого маленького, покалеченного паучка, спотыкающегося о камни и с трудом переставлявшего дрожащие лапки. Рубака остановился, вытер о траву плётку и прокричал:

' Возвращайся домой! И не забудь, что сюда ходить не надо! Будешь меня доставать, живым не уползешь! Хотя вряд ли ты оправишься от таких то тумаков. Ладно, вали.' Проводил он арахниду и принялся разыскивать снаряжение. Кортик нашелся быстро, а вот за арбалетом, ругаясь и плеваясь Санчо побегал и попрыгал. Так и не найдя своего лучшего друга, он вспомнил что уже темнеет, в генераторе истлели угольки, а на крыше лачуги тухнет мясо.

Уже в потёмках разбираясь с едой, Санчо просматривал видеозапись минувшего боя, особенно тот момент, когда паук оказался в воздухе.

' Подполз под меня, приподнял брюшко и полетел. Хм… Скорей всего выпустил паутину как парус и прыгнул. Да, это был гигантский прыжок, ведь мы довольно быстро оказались на земле. Это хорошо, что я среагировал и успел уйти от паутины, иначе облепило бы всего и здрасте тётенька паук. Да не, броню он вряд ли прокусит, а в клубок может замотать, совсем как Потного Гарри.' Смеялся Санчо. Параллельно боевых домыслов, на поверхность поднялся кармический гуманизм. Так как других человеков кроме себя, в округе не наблюдалось, пришлось воспринимать насекомуса как равного себе гражданина и отнести его персону, в разряд элиты социального строя этого места.

' Он может просто прогуливался здесь, без всяких гнусных домыслов, а я его торпедами. Сейчас думает обо мне, что ни будь плохое. А вот нечего тут лазать! Я не по своей воле здесь очутился и свою мизерную территорию, буду охранять от любых посягательств со стороны. Будут тут лазать, всякие, пауки!' Прокричал расстроенный Санчо и замолчал. Задумчиво пошурудив в углях он сказал:

' Прости меня козлик и ты паучок прости, не я такой, жизнь такая никчёмная приключилась.'

С утра разыскав арбалет, Санчо проверил снаряжение на работоспособность и набрав воды с едой, устремился ввысь. Лететь он решил поближе к скале, если вдруг снесёт куда, тогда шансы разыскать гору будут больше. Пролетев на ощупь метров триста, Сашка узрел, что над головой появилась скала. Выругавшись, он при помощи газовой системы проверил авиагоризонт и убедившись что находится в вертикальном положении, продолжил движение под скалой. Пролетев почти километр, Сашка чувствуя что голова вот вот лопнет, от сложившейся несуразицы, встал на швартовку.

Что ж за чёрт, точно в медной трубе путешествую, осталось хвостик нарастить, дабы первым финишировать.' Матерился раздосадованный лётчик.

' Сейчас только повернись и всё потерялся! Откуда? Куда? Я уже ничего не понимаю, что за бредятина тут творится. Не уж то и правда под землёй нахожусь. Ладно, до темноты ещё далеко, если судить по пройденному времени, до лачуги примерно километра два в горизонте, попробую повернуть направо и аккуратненько исследую этот участок, может лазеечка найдётся.' Повернув в намеченном направлении, Санчо пролетел вперёд и через несколько сот метров уткнувшись в вертикальную стену, завис в матершинных размышлениях.

' Да это уже издевательство! Тут что, лабиринты кругом? Вы, нехорошие человеки, хотите довести меня до полного идиотизма⁉' Прооравшись, Санчо устремился вверх, но опять наткнулся на горизонтальную скалу. Уже кипя от бешенства, он стал метаться влево, вправо, вверх, в итоге постоянно натыкаясь на эту проклятую стену. Она была везде. Обессилев от злости, Санчо отключил генератор и пустился в свободный полёт.

' Что же делать? Это какая то бездонная дыра, тут с хвостиком на ощупь бесполезно шнырять. Получается, что если двигаться в сторону моря преград нету, а в верх и по сторонам всё перекрыто. Однако?' Размышляя над обнаруженной проблемой и бесполезностью своих действий, Санчо ведомый тяжестью тела, очнулся над морем рядом с местом своего появления на острове. Лениво шевеля крыльями, он двигался параллельно проклятой стены. Никуда и ничего не хотелось. Уныние захватило разум, мозг выискивая варианты побега, постоянно натыкался на скалу.

' Остаётся ползти в пещеру и штурмовать оставшийся неизведанным уголок, но почему то имеется такая уверенность, что там так же как и везде будет та же самая, проклятая стена!' Скрутившись в калачик и уткнувшись лицом в грубую шерсть шкуры, пускал слёзы угнетённый узник.

' Уже и на крыло так хорошо встал… Для чего, чтоб козлов пасти? Бред. В пещеру так не хочется лезть, а если не хочется значит там делать нечего сто процентов. А что делать?!! Лететь параллельно вертикалу в море? Хм… идея. Но сколько так пролечу? День, два. Ну сделаю подвесы, буду как летучая мышь висеть по ночам. Опять же но: Можно потеряться. Да, чем дальше улетишь, тем дольше возвращаться. Да и сколько воды на себе упрешь? Ну десять литров, возможно. Это постоянно крылами шевелить. Нет, бредовая идея, как то тяжело это всё. Это самолёт, если бы под задницей был, тогда можно хорошо затариться провиантом. Самолёт… А я же над этим думал. Хм… А почему нет то? Я же полетел? Полетел. А самолёт, почему не полетит? Полетит! Ещё как полетит!

Глава 34

Глава 34

Будучи любознательным ребёнком, Сашка в летнее, свободное от школы и домашней работы время, постоянно что ни будь да конструировал. Досточек, поэлителеновой плёнки и прочных верёвок для скручивания скошенной травы в рулоны, в колхозе было навалом. Поэтому совершив вечерний рейд, типа на рыбалку, ватага малолетних грабителей постоянно возвращалась к дому с целым ворохом всевозможного, строительного материала. Так что, просмотрев очередную картину буржуазного кинематографа и треугольных подобий дельтаплана, за одну неделю выпускалась не одна модель. А так как свободных от векового леса, гор в районе его проживания не было, приходилось сигать с подходящих деревьев. Этот нюанс отражался на переломах, постоянных ссадинах и многочисленных ушибах. Иногда после неудачных приземлений, приходилось по часу отлёживаться, ощупывая рёбра, либо отказавшую от удара ногу. Зато как это было здорово: Забраться на самую высокую макушку, поднять своё сильное, лёгкое тело, на тонких веточках и словно орёл, разглядеть окрестности поверх зелёной кроны.

Затем, зарядившись небесной энергией, спустится ниже кроны, дабы не запутаться и не повиснуть на ветвях, и сигануть, в подходящее для полёта и приземление пространство, получив в награду очередной кровоподтёк. Желание почувствовать себя небесной птичкой на несколько секунд, заставляло вновь и вновь карабкаться вверх на дерево, на верёвке волоча за собой треугольную чудо-технику. А какие воздушные змеи иногда получались. В ветреную погоду эти монстры поднимались до еле заметной точки в небе, с лёгкостью поднимая и ненадолго увлекая за собой восторженного оператора.

' В ту давнюю забытую всеми пору, деревья были огромными, рыба ловилась в каждой луже, а воздух после дождя был липкий, тёплый и вкусный на запах.' Вспоминал Санчо то время, когда он очнулся от младенчества и понял, что умеет работать руками и головой одновременно.

' Что? Выстругать деревянное ружье тупым топором? Да пять минут делов. Чего? Коня запрячь? Да с закрытыми глазами. Всего то чересседельник с хомутом местами не перепутать и сбрую под хвост заправить.' Да, были времена чудесного застоя.

' Так что действуйте сэр, в тюрьме сидеть вам не гоже. Валить отседова надо и валить как можно побыстрее! А куда валить? Да хотя бы в сторону тех звёзд, там всяко, что то да будет. Ну если и там нет ничего, то с противоположной стороны по любому есть. Не может быть, чтоб этот остров был единственной метаморфозой этого места. Каждый наш путь может быть разным, но смысл будет один и тот же. А будет транспорт — будет жизнь. Здесь же оставаясь на месте, нас ожидает только медленная, но верная дигродация и неминуемая гибель личности.' Поэтому воспарявший духом путешественник, ничего дельного не придумав, но установив проектировщику вектор на усиленную обработку поставленной задачи, решил, что за месяц другой суперкомпьютер создаст крылатое чудо, способное перевезти его тушку как можно дальше отседова и новый день просто необходимо, начинать со строжайшей экономии провианта.