Инга Ефимова – Басё и не снилось (страница 2)

– Давай.

В тот же вечер было куплено недорогое, но очень симпатичное бежевое платье, в пару к нему в очень неплохо подошли лаковые лодочки, купленные по случаю выпускного из детского сада третьего ребенка, надетые только раз ровно на два часа. На сдачу была куплена ярко-красная помада, очень удачно появившаяся в распродаже. Сойдет.

Катя

– Мам, ты не забыла?

– О чем?

– Ну об этой встрече с подругами.

– Ой, Лиза, я не хочу.

– Надо, мама, надо. Я вообще, когда узнала, какие у тебя крутые подруги, просто офигела!

– Лиза! – Катя строго посмотрела на дочь, – мне даже надеть нечего.

– Мам, в моде минимализм. Ну надень джинсы, майку и пиджак. Ты будешь выглядеть круче всех.

– Какой пиджак? Нет у меня никакого пиджака.

– Мой. Смотри. Ну класс же.

– Лиза, ну я совсем не хочу.

– Мам, ну ты же сто лет нигде не была.

– И не хочу, – упиралась Лена, примеряя дочкины вещи.

«А я еще очень ничего, – подумала женщина, глядя на свое отражение и любуясь рыжей копной вьющихся волос, – пожалуй, схожу».

– Ты у меня сама лучшая, – дочурка с радостным смехом звонко поцеловала мать в щеку.

– И ты у меня…

Раскрытие темы

Машина медленно подъехала к большому двухэтажному дому из красного кирпича и остановилась у высоких ворот.

– Приехали, Марина Павловна.

– Я вижу.

Не дожидаясь, пока Юрий откроет перед ней дверь, Марина сама вышла из машины.

– Юра, откатись метров на триста, чтобы не отсвечивать и жди меня. Я тебе позвоню.

– Будет сделано, – привычно отрапортовал Юрий.

Марина толкнула ворота и вошла во двор. По чисто выметенной дорожке она прошла к дому, поднялась на крыльцо, открыла большую массивную дверь и вошла. В длинной прихожей царил полумрак, внутри дома слышались голоса. Марина довольно улыбнулась, она обожала приезжать одной из последних, производя неизгладимое впечатление своим шикарным видом. Не снимая роскошного манто, она прошла по коридору и вышла в большой светлый зал с огромным панорамным окном. Комната была украшена вполне по-европейски. Возле камина стояла высокая ель в разноцветных шарах и гирляндах, над камином красовался рождественский венок. Посреди комнаты вальяжно расположился большой дубовый стол, на котором в идеальном порядке были расставлены приборы для гостей. Марина скинула с точеных плеч шубку и небрежно накинула ее на спинку кресла.

«Ну и что тут японского?» – возмутилась про себя Марина.

Марину встретили радостными приветствиями.

– Мариночка, как всегда чудесно выглядишь, – Ира чмокнула подругу в щеку.

– Привет, – чмокнула в другую Лена.

– Сети так и нет, – пробурчала стоявшая у окна Катя.

– Ну, нет, и не надо, парировала Юля, – я хоть от своих отдохну, никто не будет названивать.

– Ну, что, кажется, все собрались? – Марина окинула присутствующих оценивающим взглядом.

– Ты представляешь, Янка задерживается, – сообщила Марине Лена.

– Да? А кто тогда встречает гостей?

– Ее помощница. Жанна. Она нас встретила, извинилась, и сказала, что Яна скоро будет.

– Так что самой хозяйки вечера еще нет, да и гости собрались не все, – Юля кивнула на стол, – вон там справа, у самого края, еще одно место. Судя по визитке, должна прибыть еще какая-то Люся.

– Люся? Кто это? – Марина подошла к столику и взяла в руки открытку, на которой золотыми буквами было выведено имя, – кто-нибудь знает Люсю?

– Впервые слышу о такой, – пожала плечами Лена.

– Я тоже, – Ира забрала у Марины открытку, повертела в руках и положила на стол.

В зал вошла Жанна, неся в руках ведерко со льдом, в котором поблескивала матовым блеском бутылка. Ловко разлив шампанское по бокалам, она ушла, но тут же вернулась с большим подносом, на котором были аккуратно расставлены красивые японские салатницы. Разобравшись с приборами, она обратилась к гостьям:

– Яна Владимировна просила пригласить всех к столу. С минуты на минуту она прибудет.

– Ну, если она скоро приедет, может, мы ее еще немного подождем, – возразила Катя.

– Нет, нет, Яна Владимировна просила ее не ждать. Она приносит свои глубочайшие извинения, – сложив руки по-японски домиком и склонившись в легком поклоне, прощебетала Жанна.

– Я думаю, все идет по сценарию. Наверняка, это какие-то японские штучки, поэтому давайте сделаем то, о чем нас просят, – Ирина прошла к столу и заняла сове место.

– Действительно, если Яна просит и приносит свои глубочайшие извинения, значит, так оно и должно быть, – Марина последовала примеру Ирины.

Вскоре все гостьи заняли свои места. Разлив шампанское по бокалам, Жанна тихо удалилась. Все пять женщин, собравшихся за одним столом, ощущали себя неуютно в отсутствии хозяйки. Каждой было непривычно сидеть в такой обстановке, не понимая, что происходит и где задерживается хозяйка, которая по этикету любой цивилизованной страны должна первой встречать и развлекать гостей. Выпив шампанского, гостьи откровенно заскучали. В их разномастной компании не находилось общих тем. Юля с Леной иногда перешептывались между собой, перебрасываясь только им понятными шутками, Ирина вяло ковыряла вилкой в тарелке с салатом, Катя изо всех сил старалась казаться незаметной, Марина откровенно скучающим взглядом смотрела в окно. Пятнадцать минут прошли совершенно бесполезно. Наконец Ира не выдержала:

– Я, конечно, мало что понимаю в Японии и ее традициях, но думаю, что Яна нам все объяснит. Наверняка, она уже где-то совсем близко.

– А может, в Японии особый стиль гостеприимства, – пошутила Юля.

– Странный какой-то японский стиль, если честно, – отпив из бокала, задумчиво произнесла Марина.

– Ой, Марина, ну что ты знаешь о Японии? – не удержалась от колкости Лена.

– Сакэ, сакура, суши, самурай, – усмехнулась Юля, – все на с.

– Хайку, – отозвалась Катя, держа в руках открытку со своим именем.

– Что? – хором спросили сразу несколько голосов.

– Хайку или хокку. Японские трехстишья.

– Точно! Я помню, в девятом классе наша Софья Алексеевна ими просто упивалась! – Юля возвела глаза к потолку и попыталась вспомнить, – нет, не могу. Нет, ну ерунда какая-то, а не поэзия, честное слово.

Марина, наблюдавшая за Катей, потянулась к своей открытке, перевернула, шевеля губами, что-то прочла, потом молча сунула открытку под свою тарелку.

Остальные тоже, как по команде, перевернули цветные картонки со своими именами. На некоторое время за столом воцарилось полное молчание. Казалось, все внимательно читают, пытаясь осмыслить написанное. Первой встрепенулась Марина, глядя на внимательно читающих подруг, она, усмехнулась:

– Можно подумать, что тут собрались любители японской классической поэзии. В хокку всего три строчки. Что вас так увлекло?

– Как мило! Японские хокку, как послание. Янка всегда отличалась оригинальностью, – улыбаясь, Юля повторила действие Марины, просунув под тарелку адресованную ей открытку.

– А что у тебя там? – Лена попыталась заглянуть через плечо Ирины.

– А у тебя? – Ира поспешила спрятать написанное от глаз приятельницы.

– Хокку!– отшутилась Лена.

Все, кроме Марины, дружно засмеялись. Марина подняла бокал, щелкнула по тонкой стенке изящным ноготком и объявила:

– Мне кажется, пришло время поднять бокалы за отсутствующую здесь виновницу торжества!