Инесса Шилай – Орлёнок (страница 1)

Инесса Шилай

Орлёнок

– Денис Александрович, что с нами будет?

«Кабы я знал…» – хмуро подумал Денис, потирая отбитые ребра и осторожно, кончиком языка, проверяя целостность зубов.

– Всё будет хорошо. Нас не бросят, – ответил он, старательно изображая уверенность, которой не чувствовал на самом деле.

«У судьбы странное чувство юмора», – подумал он, приобняв за плечо девчонку-практикантку, которую ему доверили пару недель назад. – «Ещё недавно, я сам был в категории тех, кого надо успокаивать, а теперь, обязанность лучиться уверенностью на мне».

Нет, он верил, что их не бросят, и спасут, но вот когда?

Прикрывай их его старая команда, и он бы ни о чем не волновался вовсе, но ребята посчитали, что он «уже совсем взрослый», и выпнули на повышение, а с новым начбезом наладить отношения не удалось. Майор Ли сразу же установил дистанцию между собой и своими подчинёнными и гражданским персоналом, к которому относился Денис. И, судя по взглядам, которые он бросал, когда кто-нибудь из группы технической оценки обращался к нему, уменьшать её он не планировал.

У самого же Дениса на сокращение дистанции попросту не хватало времени. На него свалилось столько бумажной работы, что даже на сон не всегда времени хватало. Ещё и практикантку ему на шею повесили.

Если честно, он уже жалел, что из списка стажёров взял себе девчонку. Тогда это казалось логичным: девочки, по статистике, реже ввязывались в сомнительные аферы, да и на слабо их развести было сложнее, чем парней, но сейчас, оказавшись в камере, он предпочел бы иметь рядом парня.

Внезапная вибрация в районе ключицы отвлекла его от тяжёлых размышлений. Несколько минут он думал, что это может быть, – перед тем как впихнуть в камеру, их тщательно обыскали, отобрав все средства связи – а потом вспомнил об аварийном импланте, который ему вживили несколько лет назад, перед миссией на одном из бандитских миров.

«И как мне его извлечь?» – подумал Денис, массируя место, где начала набухать какая-то шишка. Он быстро оглядел камеру, но в ней было пусто: ровные стены из умного пластика, то ли наследие первых колонистов, то ли подарок более поздних гостей, пара коек, выращенных из того же материала, не имевшие острых углов, да стальная решетка, – более позднее дополнение, времен отката технологий – чьи прутья были абсолютно гладкими. Владельцы темницы явно знали как не дать пленникам досрочно покинуть сей бренный мир.

Взгляд его с обстановки переместился на сокамерницу:

– Катя, можешь дать заколку?

Девчонка, не совсем понимая зачем, покорно сняла с головы крабик, которым скрепляла волосы во время работы. Почему-то, тюремщики, тщательно обшмонавшие самого Дениса, не стали забирать заколку у девушки. То ли в них взыграла галантность, то ли не увидели опасности в дешёвом пластике.

– Что вы… – начала девчонка, когда он, в два движения разобрал крабик.

– Я куплю тебе новый, – отмахнулся мужчина, проверяя пальцем остроту стального гвоздика, скреплявшего детали.

– Да я не об этом, – нахмурилась стажёрка, глядя как он, сняв верх комбинезона, принялся царапать кож. – Если вы решили самоубиться, то царапаете явно не в том месте.

«Сарказм – это хорошо», – подумал он, матерясь сквозь зубы, и пытаясь разодрать внезапно толстую кожу плеча.

– Я пытаюсь достать аварийный передатчик, – пояснил он, взяв короткую передышку. – Мне его вживили, пару лет назад, как раз на такой случай.

– Что-то они не учли, – фыркнула девушка, глядя на его мучения. – Может, я… ногтем?

– Я пришлю рацпредложение в научный отдел, – фыркнул мужчина. – Не замечал у тебя когтей, как у саблезуба.

– Женские хитрости, – фыркнула она, довольно легко взрезав удлинившимся ногтем кожу, изрядно исцарапанную тупым гвоздиком. – Последний писк моды на Гроуве. Для боя не сильно пригодны, но выцарапать глаза конкурентке хватит. И инструкторов, уверенных, что руки механика должны быть похожи на зомби, выкопавшегося из-под земли, не бесит.

Денис смутился. Не то, чтобы он реально считал, что маникюр как-то влияет на профессиональные качества, но, по опыту, знал, что сохранить чистоту рук, работая на объекте, весьма сложно.

Решив не развивать эту тему, он, стараясь не заорать в голос, принялся выдавливать имплант наружу.

«Хорошенько врос, – хмуро подумал он, когда девчонка ещё раз провела ногтем по свежей ране, расширяя её. – Интересно, как его предполагалось извлекать? Зубами выгрызть?»

Справившись с делом, он обтер небольшой кругляш о штанину рабочего комбинезона.

– У вас кровь, – неодобрительно произнесла стажерка.

– В курсе, – отмахнулся мужчина, счищая с импланта остатки рубцовой ткани, наросшей вокруг кругляша за годы простоя, и натягивая рабочий комбинезон. – Комбез справится.

Активировать устройство удалось лишь с третьей попытки.

– Дебелый на связи. Приём, – произнёс Денис, и затаив дыхание прислушался к эфиру.

Секунд десять ничего не происходило, навевая нехорошие мысли, но потом кругляш засветился ярче, хотя голо-проекция так и не проявилась.

– Денис. Рад тебя слышать, – раздался голос Роша, в котором звучало облегчение, но тут же его перебил другой, требовательный голос:

– Доложите о состоянии.

– Со мной стажёр, мы целы. Находимся в камере, скорее всего, проходим как шестисотые. Контакт с сержантом Риз утрачен. Был бой. Мы разделились. Статус группы мне неизвестен, – как мог коротко, изложил он ситуацию.

– Её идентификатор не отвечает, – ответил майор Ли. – Остальные уже доложились. Двухсотых нет.

– А что вообще происходит? – решил уточнить Денис, потирая плечо в проекции раны, чтобы ускорить заживление, за которую уже взялась умная ткань.

– Хунвейбины развлекаются, – буркнул Ли. – Революция здесь, некультурная.

Ситуация была из тех, что попадают в учебник. Прямо иллюстрация к закону Мерфи.

Пару сотен лет назад колонисты заселили эту планету, и успешно деградировали до уровня средневековых сельскохозяйственных общин. Так бы они и жили здесь, без достижений современной медицины и образования, если бы одна из корпораций, лет пятьдесят назад, не нашла неподалеку залежи чего-то очень нужного им.

Возить рабочих издалека было не выгодно, поэтому корпы решили обучить туземцев на месте. Для чего, за бусы и новый трактор, из крестьянских семей выкупали лишние рты. Корпорация построила, точнее, расширила, единственный на планете город, устроила в нем кучу учебных заведений, готовивших специалистов в различных областях, нужных компании.

Смертность на шахтах, конечно, была бешеная, но крестьянские семьи обычно были плодовиты, и долгое время нехватки рабочих рук не ощущалось. Тем более, что «добрые» дельцы улучшили качество медицины, снизив детскую смертность.

– Но всему приходит конец, – продолжил ликбез Ли. – Кто-то из молодых менеджеров, назначенных на данный участок, возмутился тому, что местных «эксплуатируют», и стуканул в ОсУ. Те примчались сюда, восстановили «историческую справедливость».

Майор чуть ли не выплюнул последние слова.

– Корпорантов выгнали, вернув власть предыдущим правителям. Вот только не учли местной специфики. За годы изоляции, ребята скатились в жутчайший феодализм, граничащий с рабовладельческим строем. Ну, там где хозяин может делать с крестьянами что угодно, хоть насиловать, хоть резать, хоть младенцев в кипятке живьём варить, а те ему и слова поперёк сказать не могут.

Корпы, хоть и сволочи изрядные, подобного не допускали, а без них, местные царьки, полвека державшие на привязи свои мерзкие повадки, тут же пошли в разнос. Многие из них еще помнили времена вседозволенности, бывшие до прилета иноземцев, и были не прочь их возобновить.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.