Индира Искендер – Плен (страница 41)

«Отвечай мне, когда я тебя ласкаю! Ты что, сдохла? Ты хочешь к этому уроду?!»

Нескольких таких окриков и пары пощечин оказалось достаточно, чтобы воскресить в ней отрепетированные движения и взгляды.

– Скоро свадьба Лауры, – сказал Эмран, поглаживая ее волосы. – Я не хочу кататься туда-сюда, не хочу ее расстраивать и Альбике. Она все никак не успокоится. Не думал, что для нее это будет так тяжело. Тем хуже для нее. Она начинает утомлять меня своими истериками. Клянусь, не знал, что и она умеет доводить.

– Она может уйти? – опасливо спросила Зара.

– Если она все же рискнет попросить развод, ты станешь единственной, – усмехнулся Эмран и обнял Зару покрепче.

При мысли об этом у Зары волоски на руках встали дыбом. Ни одна женщина в мире так искренне не радовалась, что у мужа есть другая жена. Это давало Заре передышку, иногда довольно долгую, но, если Альбике уйдет, ничего не будет. Каждый день видеть его, улыбаться, когда у тебя на душе невыносимо тошно, играть в постели страстную любовницу…

– Ты, кажется, хотела съездить домой? – сказал Эмран. – Думаю, это самое подходящее время. Побудешь с родителями две-три недели. Тебе же хватит?

– Я могу поехать? – переспросила Зара, и радость в ее голосе не была наигранной.

Она уже не надеялась, что Эмран когда-нибудь куда-нибудь ее отпустит.

– Да, – кивнул он, улыбаясь ее восторгу. – Соскучилась по родным? А по мне будешь скучать?

Вместо ответа Зара обняла его за шею и поцеловала в щеку. Вопрос не требовал ответа. Будет ли она скучать? Разумеется, нет.

– Я закажу тебе билет на самолет в оба конца, – продолжал Эмран, видимо намекая, чтобы Зара и не думала там оставаться. – Три недели максимум. Я ведь тоже буду скучать.

Свадьба позади. Все волнения, суматоха, обсуждения, споры – все позади. Позади все, что мешало сосредоточиться на работе.

Эмран щурился на яркое зимнее солнышко, ласкавшее его лицо, и наслаждался наступившей тишиной. Одновременно с удовлетворением от выполненной миссии «Выдать замуж дочь» он испытывал и легкую грусть оттого, что Лауры больше нет в этом доме. Он бы предпочел расстаться с Сати.

Он встал пораньше, пока все спали. Заварил себе чай, достал из холодильника пирожное. Кроме Лауры, он скучал и по Заре, которая неделю назад улетела к родителям. Пока она оставалась в Москве, Эмран не придавал значения расстоянию. Если бы захотел, он бы мог поехать в московскую квартиру хоть в три часа ночи, и она была бы там, – эта мысль действовала успокоительно, внушая уверенность, которую он так ценил. Теперь же, если вдруг станет ее не хватать, он вынужден будет заказать билет на самолет, добраться до аэропорта, высидеть двухчасовой перелет… Расстояние между ним и Зарой казалось чудовищным. Эмран немного жалел, что разрешил ей улететь, но также и понимал, что невозможно совсем никуда ее не пускать. Тут и до паранойи недалеко.

Любит – не любит. Какая, в сущности, разница? Она верна – вот что главное. Эмран видел этот страх, который он внушил Заре, и остался доволен результатом наказания, хотя первое время она была в таком шоке, что чуть в обморок не падала, когда он заходил домой. Потом все наладилось, она снова стала его нежной милой девочкой, и покой снова окутал его душу.

– Привет! – На кухню зашел заспанный Мика.

Эмран кивнул, не отвечая. Мика прошел мимо отца и полез в холодильник. Эмран потянул носом воздух:

– Куревом пахнет. Ты что, куришь?

– Нет. Ребята курили, а я рядом стоял. Наверное, волосы пропахли.

Эмран бросил на Мику недоверчивый взгляд, но не стал ворошить эту тему.

– Как сессия?

– Завтра экзамен по философии. Потом через три дня английский. И все.

– Неужели наконец-то все успокоилось и не надо ничего решать. Надеюсь, ты пожалеешь меня и завтра не заявишь, что тебе тоже надо жениться. Хотя тебе бы не помешало.

Фраза была брошена без задней мысли. Если бы у Мики завязалось что-нибудь серьезное, об этом бы уже знала вся семья. А о несерьезных похождениях Эмран знать не желал. Мика отвел глаза и молча улыбнулся. Это значило, что, возможно, кто-то и есть, но оповещать об этом пока рано.

Парень тоже налил себе чай и присел рядом. Через минуту появился и Надим.

– А где Сати? – спросил Эмран. – Еще спит?

– Да, дрыхнет без задних ног, – ответил старший сын. – Так храпит, что у меня книги с полок падают.

Мика фыркнул, расплескав чай. Эмран улыбнулся. Они втроем закусывали пирожными, то и дело обмениваясь какими-то комментариями по поводу прошедшей свадьбы, и у Эмрана появилось ощущение, что все наконец наладилось и его жизнь потечет как прежде.

Однако тут на пороге кухни появилась Альбике. Ее поджатые губы выражали решительность, а тоскливый взгляд не предвещал ничего хорошего. Утро перестало быть томным.

– Эмран, мы должны поговорить, – пока еще ровным тоном сказала она.

– Что, прямо сейчас? – поморщился Сайларов.

– Ты обещал, что мы все решим после свадьбы Лауры, – напомнила Альбике. – Что ж, свадьба прошла. Я жду от тебя конкретного ответа!

– Еще дня не прошло с тех пор. Дай мне прийти в себя-то!

– Прийти в себя, чтобы решить вопрос, который ты мусолишь уже не первый месяц?!

Эмран бросил взгляд на Мику и Надима, а те притихли в ожидании очередной ссоры. Проклятье! А еще позапрошлой ночью все было так хорошо.

– Выйдите, – велел Эмран. – Ваша мама хочет опять закатить скандал.

– Я не хочу скандала! – вскипела Альбике. – Я просто хочу знать, собираешься ли ты сдержать обещание!

Эмран снова указал сыновьям на выход, и они, прихватив чашки, поспешно вышли из кухни. Альбике прикрыла за ними дверь и снова обернулась к нему.

– Ну? – спросил он. – Чего ты от меня ждешь?

– Когда ты прекратишь это? – Голос Альбике звенел, как натянутая тетива. – Еще не наигрался?

– Нет. Не наигрался, – жестко ответил он.

Претензии Альбике его вконец доконали.

– То есть ты не собираешься разводиться?!

– Нет, не собираюсь.

И что теперь? Что она сможет сделать? Эмран подавил презрительную усмешку.

– Я не желаю больше оставаться в этом доме! – вскричала Альбике, снова заливаясь слезами. – Расти сам своих детей! Приводи сколько угодно женщин! С меня довольно! Я не могу больше так жить!

Эмран поднялся из-за стола. Он тоже не мог больше так жить.

– Ты разведена.

Альбике мгновенно замолчала, словно кто-то выключил звук у телевизора. Ее руки застыли на драматическом взмахе и потом, как осенние листья, медленно опали. Она смотрела на него недоверчивым взглядом. Можно подумать, взгляды умеют возвращать брошенные ненароком слова. Пауза затянулась. Эмран и сам уже пожалел, что произнес слова развода, но отступать не собирался. В конце концов, чего она добивалась, угрожая ему? Пусть не думает, что может им манипулировать! Возможно, это всем пойдет на пользу. Альбике уедет, подумает над своим поведением, одумается, вернется и станет вести себя поскромнее. А пока им не помешает перерыв.

Сайларов подошел к ней.

– Теперь довольна? – так же невозмутимо спросил он, хотя внутри клокотало от гнева. – Ты этого хотела? Уходи, я тебя не держу. Чтобы к вечеру тебя не было в моем доме, поняла меня?

Альбике закрыла лицо руками, и он поспешно вышел из кухни, чтобы не стать свидетелем очередной истерики. По ту сторону двери никого не было. Даже странно, что Мика не грел уши, подслушивая перебранку. Эмран удалился в свой кабинет, надеясь хоть там обрести покой. Он гадал, что теперь будет делать Альбике. Требуя развода, она должна была продумать, куда уйдет, но Эмран знал наверняка, что такие мысли ее вряд ли посещали. Какая жалость. Значит, далеко она не уедет. В Москве у Альбике жила родная сестра с семьей, еще несколько более дальних родственников остались на родине. Все они также имели семьи и детей, и она не сможет поселиться в чужом доме навечно. Логичный вывод, который следует из этой ситуации, – она помыкается по родне несколько дней, от силы пару месяцев, и вернется. Как хорошо, что он в свое время не пустил ее работать – тогда она могла бы еще пободаться, построить из себя гордую и независимую.

Эмран раскрыл ноутбук, чтобы посмотреть последние новости. Какие бы волнения ни происходили в его жизни, если ему удавалось просчитать дальнейший ход событий, он чувствовал себя спокойно. Поведение Альбике его возмутило, взбесило, но это был лишь шторм на поверхности океана, тогда как воды в глубине продолжали размеренное движение по течению. Переждать бурю в надежном укрытии, ликвидировать последствия, жить дальше.

Глава 30

С утречка одна сигарета уже прошла – чисто чтобы взбодриться. Плевать, что отец дома, так даже круче. Пикантнее. Все равно он вряд ли заглянет в комнату так рано.

Мика старался не злоупотреблять, но после того, как Эмран выставил их с Надимом из кухни, он почувствовал, что должен покурить еще немного, чтобы успокоиться. Он не стал слушать ругань родителей и быстро поднялся к себе.

Опершись на подоконник, парень зажег сигарету и разблокировал телефон, проверить сообщения. Шакира желала ему доброго утра и плодотворного дня, даже прислала фото в обнимку со своим котиком. Мика почувствовал острую зависть к животному, ничем не заслужившему такой тесный контакт с его девушкой, – он бы не отказался сейчас от ее нежных объятий. Разборки родителей сразу отошли на второй план, и он вступил в непринужденную переписку, то и дело прикладывая сигарету к губам для очередной неглубокой затяжки. Само общение с Кирой действовало умиротворяюще. Они до сих пор не перешли в официальную стадию «парень-девушка», поддразнивая друг друга и посылая туманные намеки. Впрочем, пора бы уже выходить на новый уровень…