Индира Искендер – Плен (страница 12)
– Какой мила-а-шка!
– Тась… – Зара перешла на шепот, боясь, что Эмран проснется и услышит ее из спальни. – Он противный. Он весь волосатый! И старый. И толстый! И лезет целоваться с языком – просто фу-у! Я чувствую себя просто… ужасно. Я не смогу его полюбить!
В трубке раздался нарочитый вздох.
– Тебе и не надо его любить. Уважай его. Слушайся. Давай ему. И живи своей жизнью.
– Легко сказать!
– Видишь, он дал тебе время. Это хороший знак. Ты для него не игрушка. Наверняка, если бы захотел, он менял бы женщин каждый день. Он в тебя влюблен! Все твои капризы будет исполнять.
– Надо было тебя за него отдать.
– Это точно. Я бы сейчас в Москве шиковала, а ты бы тухла в нашем Отстой-юрте. Слушай, ну хоть поцеловалась нормально?
– Нет! Говорю же, противно.
– Ну слушай, напрягись. Неужели это так сложно? Рот открыла и языком, языком так крутишь…
– Я знаю! – Заре вдруг представилось, что губы Сайларова – это вантуз, который насаживается на дырку в раковине и вытаскивает из нее все нутро. – Не могу себя заставить.
– Оф, какая ты…
Тут в дверь ванной постучали, так что Зара подпрыгнула от неожиданности.
– Зара, ты там?
«Нет, на Марсе!» – с досадой подумала Зара, но вслух сказала:
– Да. Сейчас выйду.
– Нет, ты не торопись. Просто думал, все ли в порядке.
Зара включила воду, чтобы заглушить разговор.
– Ой, какой он заботливы-ы-ый, – засюсюкала в телефон сестра. – Тебе крупно повезло. Привыкнешь, я отвечаю. К хорошему мужчине легко привыкнуть, даже если он некрасивый. А с этим делом не затягивай. Это как зуб больной выдрать. Раз прошел, и уже не страшно. Потом еще больше привяжешься, и все будет нормально.
– Ты так рассуждаешь, как будто сама замуж выходила, – прошептала в ответ Зара. – Много ты в этом понимаешь. Все, давай! Потом позвоню.
Она сбросила звонок и полезла в душ, но так как Эмран уже проснулся, сполоснулась побыстрее, чтобы не занимать ванную. Она снова надела ночную сорочку, вышла из ванной и прислушалась – откуда-то из кухни доносилось бряцанье посуды.
– Зара! – Прошмыгнуть в комнату не получилось. – Иди сюда. Я приготовил чай.
– Я сейчас оденусь…
Эмран мгновенно выглянул из-за угла. Зара автоматически прикрыла руками вырез сорочки, но он подошел ближе и снова, как вчера, заставил ее их опустить.
– Вот так, – сказал он недовольно. – Перестань меня стесняться. Чтобы я этого больше не видел. А что это за тряпка? Я хочу, чтобы ты носила красивое белье, поняла меня?
Тут Эмран бесцеремонно задрал подол ее сорочки.
– Это тоже смени, – велел он. – Забыл вчера сказать. Я люблю красное и черное. И чем меньше ткани, тем лучше.
Он как ни в чем не бывало удалился на кухню, оставив сгоравшую со стыда Зару в покое.
– Я через час уезжаю на работу, – донеслось до нее. – Оставлю денег, чтобы ты купила продукты и что еще тебе нужно. Сегодня не вернусь. Обвыкайся пока.
Зара не смогла сдержать вздох облегчения и впервые подумала об Эмране с благодарностью. Переодевшись, она вышла на кухню, где ее уже ждал налитый в чашку чай и пара бутербродов.
– Готовить я не умею, – сообщил уже сидевший за столом Эмран. – Да и не из чего. Я тут не живу… Точнее, не жил. – Он погладил Зару по руке и улыбнулся. – Теперь, конечно, буду заезжать почаще, так что все тут должно быть как дома. Я живу за городом, с первой женой и детьми. Детьми их, конечно, назвать трудно… – Эмран задумался, потом рассмеялся. – Тебе сколько? Девятнадцать? Даже мой младший сын старше тебя.
Из блога Мики Зара прекрасно знала, где и с кем живет Сайларов-старший. Маму парень не снимал, зато часто фоткался с братом Надимом и сестрами-близняшками Сати и Лаурой. Надима подписчики уважали. Он заканчивал институт и казался умным парнем. У него даже были свои поклонницы, заваливавшие каждую его фотографию на странице брата тоннами сердечек. Сати казалась взбалмошной и грубой, Лаура – надменной и холодной. Когда-то Зара мечтала со всеми ними познакомиться, а теперь при мысли об этом аж волосы встали дыбом. От взрослых детей первой жены наверняка не стоило ждать ничего хорошего. Если бы Зара узнала, что отец взял вторую жену, точно бы выцарапала ей глаза за маму.
– Они сюда не приезжают? – с беспокойством спросила она.
– Очень редко. И всегда спрашивают разрешения, потому что второй комплект ключей у меня. Так что не волнуйся. Без моего слова сюда никто не приедет, а я, конечно, никому не разрешу.
Эмран допил чай и поднялся, потянулся и звучно зевнул.
– Я должен поработать, потом поеду в офис. Чувствуй себя как дома… Впрочем, это и есть твой дом.
Уходя на работу, Эмран приобнял Зару за талию и поцеловал в лоб. Она напряглась, но уже не отстранялась, заставляя себя привыкать к его прикосновениям.
– Точно наваждение, – вполголоса проговорил муж. – Никогда бы тебя не отпускал.
Он достал бумажник и выдал ей три пятитысячные купюры.
– Возьми пока. Надо завести тебе отдельную карточку. С наличкой у меня обычно туго. Купи все, что надо. И про белье не забудь. – Рука Эмрана еще немного ее пощупала, но быстро отпустила. – Я не буду ждать долго и хочу, чтобы в этот день ты была неотразима, поняла меня?
Закрыв за мужем дверь, Зара привалилась к ней спиной и вдохнула полной грудью. Невесомые купюры приятно жгли руку и успокаивали. Как только Сайларов исчез из поля зрения, ситуация снова показалась ей не такой уж плачевной.
Убирать в просторной двухкомнатной квартире оказалось нечего. Обстановка везде была спартанской по количеству мебели, но не по ее стоимости. Зара не без дрожи застелила супружеское ложе, протерла и без того чистые комоды в спальне и гостиной, большой письменный стол в другой комнате, везде пропылесосила мягкие ковры с толстым ворсом, потом засобиралась за покупками.
Эмран не объяснил, где находятся магазины, и, выйдя на улицу, девушка немного растерялась. В итоге после некоторых поисков ей удалось найти большой супермаркет, где она потратила аж две из трех купюр. Кроме привычных продуктов в набитых пакетах у Зары покоились дорогие конфеты, швейцарское мороженое, банка красной икры, пачка маринованных морепродуктов и другие деликатесы, которые она давно мечтала попробовать.
Зара помнила, что говорил Сайларов насчет публикаций в интернете. И хотя очень хотелось похвастаться баночкой мороженого перед всем миром, она отправила фото только Тасмике.
«Началась новая жизнь, да?» – тут же написала кузина.
В ответ Зара, хихикая, послала фото бутерброда, густо намазанного красной икрой.
«Ой, да ладно. Этим не удивишь!»
За это Тасмика получила фотографию манго и питахайи.
«Ты много не жри, а то растолстеешь! Следи за собой. Лучше бы чего из косметики купила».
«Он не показал, где тут магазины, – ответила Зара. – Я еле нашла продуктовый. Тут огромная улица, а кругом одни банки и салоны. А он велел купить красное или черное белье».
«А у тебя нету, что ли?»
«Я же не успела ничего купить в приданое. Он видел, в чем я, и сказал, что это ему не нравится».
«Чем хавать икру, ты должна салон белья искать и купить что-то бомбезное, чтобы у него крышу снесло!»
Тасмика еще поругала Зару, но та не решилась снова выходить из квартиры – боялась заблудиться. Да и тратить последние деньги на трусы не хотелось – мало ли что. Она до сих пор до конца не могла поверить, что все это – не чья-то дурная шутка.
Глава 7
Настроение у Эмрана было великолепное. Он неторопливо ехал по просторному шоссе в загородный дом, к семье. Сердце и вся сущность его рвались в другое место, но он не хотел вызывать лишних подозрений и потому должен был появиться сегодня дома. Белый «Мерседес» мягко летел по ровному асфальту. Сайларов даже включил какую-то радиостанцию и замурлыкал под нос старый хит.
Зара наконец-то стала его женой. И даже тот факт, что она заартачилась прошлой ночью, не мог испортить ему настроение. Работа спорилась, дела решались легко и непринужденно. Остатки возбуждения пекли внутри, но даже это ощущение ему нравилось. Сайларов представил себя в роли кота, поймавшего мышку и теперь игравшего добычей, чтобы разогнать аппетит. Зара всецело принадлежит ему, и он может вволю побаловаться с нею, завестись до предела, а потом взять положенное и вдосталь насытиться ее телом.
Эмран знал, что, надави он сильнее, и мог бы добиться своего даже через ее протест. В конце концов, она же не боролась с ним, не сопротивлялась, просто ныла, как маленькая. Его малышка. Но ему не хотелось заниматься сексом с мечтой, разукрашенной слезами и соплями. Разумнее выждать, дать ей привыкнуть, а уж потом он сможет ласкать ее, не сталкиваясь постоянно с неприязнью и страхом в ее чудесных глазах.
Сайларов довольно ухмыльнулся, представляя стонущую под ним молодую жену. Неделя максимум. Не больше. Надо сделать ей еще пару подарков, которые окончательно докажут его любовь. После которых она поймет, что просто обязана вести себя нормально.
– Любовь, – вслух произнес Эмран, резко став серьезным. – Я люблю ее?
Мотор ровно урчал в ответ. Эмран тяжело сглотнул.
– Я люблю ее… – повторил он более уверенно, смакуя слова. – Я обожаю тебя, Зара. Ты сводишь меня с ума… Я люблю тебя. Люблю, как не любил никогда в жизни.
Чертыхнувшись, Эмран притормозил и подал назад. В разговорах с самим собой он пропустил нужный поворот. Усмехнувшись своей беспечности и отогнав неожиданно нахлынувшие романтические мысли, сосредоточился на дороге. То, что творится в сердце, не должно мешать делам. Надо все же держать себя в руках, а то улетит на встречку, и никакой тебе первой брачной ночи.