INDIGO – Третий. Том 6 (страница 28)

— Всё равно не поеду. Без него.

— Там нужен снайпер, хороший снайпер. Водитель там не нужен. Вы туда полетите.

— Полетим?

— Да, короче четвертная ставка и иди вооружаться.

— Ладно, — с явной неохотой отправился в оружейку.

Не нравилось мне это задание, сильно не нравилось. Что за скалы? Откуда они здесь? Может другая планета?

Оружейная на базе располагалась в самом нижнем подвальном уровне. Дежурный — флегматичный тип с квадратной челюстью и глазами человека, который видел всё и давно перестал этому удивляться, молча выдал мне мой стандартный комплект: кобура с бластером, нож в ножнах на голень, запасные магазины, и плюс длинный чехол с винтовкой.

Дежурный смотрел на меня без выражения, ожидая подписи в электронном журнале. Расписался и двинулся обратно наверх.

— Иди быстрее, тебя уже Рейна ждёт, — сказал на прощание кладовщик.

— Рейна… — но он уже ничего не ответил, к нему подошёл один из техников.

Когда я вернулся в комнату к Ори, чтобы сообщить ему новость о том, что он сегодня остаётся без меня, и, признаться, не знал, как он это воспримет, потому что Ори умел обижаться, но оказалось, меня уже кто-то опередил.

Девушка.

Она стояла посреди комнаты и о чём-то разговаривала с Ори таким высокомерным тоном, каким обычно говорят с людьми, которых едва замечают.

Несколько секунд я стоял на пороге, рассматривая её.

Одета она была в облегающий чёрный комбинезон, явно боевой, с усиленными вставками на плечах и предплечьях, с парой небольших кармашков на бёдрах, застёгнутых на быстрые застёжки. Телосложение хорошо просматривалось сквозь костюм, отлично тренированное, с той скупой мускулатурой, которая появляется не от зала, а от постоянной работы в поле. Волосы тёмные, коротко стриженые. Возраст сложно сказать сзади, на вид лет двадцать пять, может, чуть больше, но я уже давно понял, что здесь женщины и под сто лет могут выглядеть на двадцать. На поясе — кобура. На запястье правой руки неизвестный мне хронометр с несколькими дополнительными шкалами. Явно дорогой.

Ори стоял напротив неё с видом человека, который бы охотно оказался сейчас где-нибудь в другом месте.

— Ну и где этот придурок Клим ходит? — произнесла она, не меняя тона, словно спрашивала о погоде.

— Он стоит за твоей спиной, — ответил ей Ори с тщательно выверенным спокойствием, — и, судя по всему, был совсем не в настроении.

Я ждал, что она обернётся. Она не обернулась.

— Ну наконец-то появился, — сказала она в пространство перед собой. — Думал, может, сбежал уже, как последний трус.

Горячая волна злости поднялась откуда-то из живота, знакомое ощущение, которое я так и не научился гасить в нужный момент.

— Трус? — я услышал собственный голос и не узнал его — Не нарывайся, деточка, пока я тебя на куски не порвал.

Она резко повернулась. Глаза — тёмные, острые, с тем неприятным прищуром человека, который оценивает противника и уже заранее знает результат.

— Да я тебя одной левой положу, малолетка! — в её голосе не было злости. Хуже. В нём читалось снисхождение.

— Попробуй, — я сделал шаг вперёд. — Посмотрим, кто кого положит.

— Клим, — сказал Ори предупреждающим тоном. — Клим, успокойся.

Но я его уже не слышал. Вернее, слышал, но мне было плевать.

— Ой, как страшно, — протянула она насмешливо, и в уголке её рта обозначилась усмешка. — Подросток с кучей комплексов угрожает взрослому специалисту. Может, сначала научишься нормально стрелять, а потом будешь рот раскрывать?

— Стрелять? — в ответ я только усмехнулся, и злость неожиданно сделала меня чуть холоднее. — А ты умеешь, что-то, кроме как языком трепать? Или тебя сюда только поговорить со мной прислали? Хотя я понял, ты специалист совсем по другому виду услуг! Судя по тому, как ты работаешь языком, я даже догадываюсь по какому.

Что-то изменилось в её лице — очень быстро, почти незаметно. Рука дёрнулась к поясу.

— С большим удовольствием я покажу тебе, как воюют настоящие профессионалы!

— Эй! — Ори, в два шага оказался между нами, раскинув руки, как человек, который пытается остановить два несущихся навстречу друг другу транспортных средства. — Прекратите оба! Вы что, совсем озверели?

Ори был выше меня на полголовы, уже в плечах, и в другой ситуации его присутствие, наверное, имело бы значение. Но сейчас уже нет.

— Уйди, Ори! — в моём голосе прорезалось, что-то нехорошее. — Эта сука сама напросилась! Сейчас я её на куски порежу. Она ещё не знает, с кем связалась!

В комнате стало очень тихо.

— Сука? — голос Рейны упал до низкого, ровного регистра — того тона, который бывает у людей за секунду до того, как они перестают сдерживаться. — Повтори-ка это ещё раз, недоросль.

— Су-ка, — произнёс я по слогам. — Хорошо расслышала? И что ты мне сделаешь?

— Сейчас узнаешь.

Она выхватила нож — движение быстрое, отработанное, без лишних жестов. Я был готов, и вытащил свой одновременно с ней. Ори отпрыгнул в сторону, что-то, выкрикнув, но я его уже не слушал.

Мы стояли в метре друг от друга, и я думал: Ножом она владеет. Это не просто поза. Движение выверенные, отточенные.

— Давай. Попробуй.

В этот момент дверь распахнулась.

Финир вошёл без стука — так входят люди, которые давно перестали считать, что их появление требует предупреждения. Его лицо было мрачнее тучи. Он окинул взглядом комнату. Двое с ножами, третий у стены с видом человека, который молится о телепортации. В глазах Финира появилось то выражение, которое, как я уже успел заметить, предшествовало крупным неприятностям для всех присутствующих.

— Что здесь происходит? — спросил он ледяным тоном.

Мы с Рейной застыли, не опуская ножей. Одновременно я посмотрел на камеру в углу комнаты, которая всё снимала. Это значило, он видел всё и появился здесь непросто так.

— Твой подопечный, — процедила она сквозь зубы, чуть повернув голову в сторону Финира, но не спуская с меня глаз, — демонстрирует свой истинный характер.

— А твоя специалистка, — ответил я, — показывает своё истинное лицо. Которое у неё очень смахивает за задницу.

Понял, что она сейчас пустит нож в ход. Только присутствие Финира как-то останавливало её. Что-то в его молчании было такое, от чего инстинктивно не хотелось делать лишних движений.

Финир встал на её сторону. Разумеется.

Это меня ещё больше возмутило и явно порадовало её: уголок рта дёрнулся вверх, совсем немного. Мне было приказано выполнять все её задания и приказы, что зацепило меня даже сильнее, чем сама ситуация. Мои возражения Финир даже не захотел слушать — просто поднял руку коротким жестом, и на этом всё. Аргументов не требовалось. Их попросту не существовало.

Во двор мы вышли втроём — Финир проводил нас до техплощадки, и только там, убедившись, что мы покидаем территорию, а не продолжаем выяснять отношения, счёл свою миссию выполненной и вернулся внутрь.

Нас дожидался гравицикл.

Машина стояла у невысокого бетонного пандуса. Приземистая, обтекаемая, выкрашенная в матовый тёмно-серый цвет. Двухместная, с открытым верхом. Рейна взлетела в седло без малейших колебаний. Движением разумного, который делал это тысячу раз. Мне же пришлось сообразить, куда можно пристроить чехол с винтовкой, не рискуя потерять его при манёврах.

Я ещё возился с крепёжным зажимом, когда мы уже взлетели.

— Если вздумаешь меня лапать или хвататься за меня — пожалеешь, — сразу пояснила она.

В ответ я посмотрел на её спину. Потом — вниз, на удаляющуюся землю. Потом снова на неё.

Вот оно, — понял я с каким-то мрачным удовлетворением. Вот он мой момент мести!

— Не волнуйся, — сказал я громко, перекрывая шум турбин. — Я совсем не собирался хвататься за твой жир или твой целлюлит.

Гравицикл мотнуло так, что я едва удержался одной рукой за поручень — пальцы побелели. Чехол с винтовкой рванулся в сторону, я успел поймать его за ремень. Затем машину мотнуло в обратную сторону — с такой силой, что я почти повис в воздухе, держась на одних руках.

К третьему рывку я уже был готов: вцепился в поручень обеими руками, чехол намертво прижал к себе, вдавил подошвы в опоры до хруста в суставах.

Больше она ничего не говорила.

Я тоже, но понял, ничего не кончено.

Мы летели в сторону центра города. Была ночь. Но на горизонте уже проступала узкая полоса. Местное светило не прозрачно намекало, что скоро явится из-за края планеты. Смотрел на горизонт, держался за поручень и думал о том, что это задание мне нравится всё меньше.

Мы совершили посадку в одном из дворов, и я, наконец, смог разжать затёкшие пальцы.

Место было нехорошее. Старый жилой дом, сейчас непонятно жилой или нет, света не было ни в одном из окон, с двором. Густо заросшей высокой травой и несколькими деревьями, и вокруг всей территории одни высокие заборы.