Инди Видум – Падение (страница 49)
— Серый, у тебя не осталось ненужного накопителя? — уточнил я, почти ни на что не надеясь.
— Ненужного нет, только нужные, — грустно пошутил он, доставая пару совсем крошечных из кармана. — Таких хватит?
— Хватит, — обрадованно ответил я. — Я по твоему столу пошарюсь? Тебе же на артефакт, ничего лишнего не возьму.
Не дожидаясь его ответа, я выдвинул первый ящик и принялся изучать содержимое. Запасливый, однако, он маг…
— Смотрю, ты у нас специалист широкого профиля, — проворчал Серый, с грустью глядя на выбранный мной накопитель. Второй–то он сразу прибрал.
— А как иначе? — удивился я. — Маг должен владеть всеми аспектами. Чем–то лучше, чем–то хуже, но при необходимости использовать все.
В столе нашелся подходящий моток проволоки, и я начал увлеченно выплетать нужную конструкцию. Хорошая штука, как оказалось, мячики для гольфа. Не попадись они мне, глядишь, сейчас было бы куда сложнее работать, а так и гибкость и сила пальцев уже не те, с которыми мне досталось это тело.
Артефакт был простенький и закончил я его быстро. Правда, пришлось пару правок внести: сначала почему–то просвечивал автоклав, а потом пришлось увеличить плотность. Но в целом получилось достойно.
— Класс! — восхитился Серый. — Когда я так смогу?
— Через год, если все пойдет по плану, — ответил я ученику и вспомнил, что давно не слышно ученицы.
Нашел я ее на кухне, где она убористым почерком заполняла уже второй лист, не иначе как сообщая сестре, что случилось, пока та отсутствовала дома.
— Ермолина, от тебя требовалось написать короткую записку в духе «Подателю сего письма верить, как мне», а не писать сочинение на тему, как прошло твое лето без любимой сестры.
— Но такое достовернее…
— У меня не будет времени ждать, пока она прочитает. А у нее может не быть возможности спрятать письмо, а значит, придется уничтожать, — пришлось пояснять очевидное. — По–твоему, что лучше сжевать: короткую записку или пачку листов?
— Маг может по–другому уничтожить бумаги, — с насмешкой сказала Полина. — Испепелить, а потом развеять.
— Может. Но если там стоит система контроля магических возмущений, то твоей сестре придется отвечать на вопрос, что и зачем она испепеляла. Кроме того, из свежего пепла можно восстановить листы вместе с тем, что на них написано. Даже если пепел как следует перемешать.
— Что, правда? — удивился Серый.
— А ты не знал? — в свою очередь, удивился я.
— Впервые слышу.
— Тогда поверь на слово, что можно. Всего пару часов, конечно, но тем не менее.
— Поняла. — Полина оторвала полоску от недописанного второго листа и аккуратно вывела: «Ярослав от меня. Полина». Так?
— Добавь что–то на случай, если она забыла твой почерк. Вопрос, на который ответ знаете только вы двое, а мне ты скажешь. — Она покосилась на Серого, пришлось добавить: — По секрету.
Серый хмыкнул и вышел, а Полина дописала: «Он знает, что я хотела в подарок на НГ». Я мучился незнанием недолго, Полина сразу сообщила марку телефона, который ей очень хотелось, но который был слишком дорогим для нее.
После этого мы наконец разошлись. То есть разошлись мы с Полиной, Серый остался дома бдеть за автоклавом. Я немного отошел от дома Серого и позвонил Глазу.
— Кто из вас сдал мой артефакт Мальцевым?
В том, что это случилось, я был уверен: Серый в продажу не успел пустить ни одного, а вот я уже сделал и отдал этой троице переговорные, и это не считая того, что был у сестры Хрипящего. Переговорные были уникальными: достаточно было лишь подумать, транслируя мысль адресату, и у него в голове возникал голос, неслышный посторонним. Чужой таким не воспользовался бы — все три артефакта были привязаны к владельцам намертво. Но вот выковырять накопители смог бы самый никчемный маг.
— Ты че, Ярослав? — после длительной паузы ответил Глаз. — Мы не идиоты.
— У Мальцевых один из моих артефактов. Они есть только у вас.
— Счас выясню.
Я отключился, не став ожидать результата. И без того понятно, что ушел артефакт Ольги, те три соединены в сеть, поэтому Глаз бы уже знал, если бы один стал неактивен. Подозрения подтвердились буквально через несколько минут. Звонок был с неизвестного мне номера, но когда я ответил, оказалось, что это Хрипящий.
— Ярослав, я не знал, — сразу заговорил он с таким отчаяньем, словно я уже направлялся к ним для мести. — Это Ольга. Она отдала.
— И зачем она это сделала?
— Случайно засветила, мальцевский заинтересовался и отобрал.
— То есть это норма почти у невесты наследника клана отбирать вещи? — удивился я.
— Да какая она невеста? Мальцева вон со Ждановой видели.
— Приползет еще, — буркнул я. — Но я сейчас не о том. У нее вообще никакого статуса у Мальцевых нет, что ли?
— Неа. Ну дура она, что ж ее убивать теперь за это?
— Если всех дур убивать, вся жизнь потратится не понятно на что, — согласился я.
— То есть ты ее не тронешь?
— Я похож на того, кто воюет с беременными бабами?
— Мало ли… — Он помолчал и добавил: — Ярослав, мой косяк, не проследил. Чем смогу, искуплю.
— Мне нужна машина на эту ночь.
— На всю?
— Не знаю. Как получится.
— Куда ехать?
— По месту определюсь. Часам к двенадцать подгонишь что–нибудь?
— Как штык буду, — обрадовался он. — А Ольга?..
— Не трону, я ж сказал, — уже раздраженно ответил я и отключился.
Придя домой, я сразу лег спать, и это была единственный оставшийся пункт в подготовке к ночной операции.
Проснулся я в запланированное время. Прислушался. Мама еще не спала, смотрела, лежа на диване, какую–то легкую комедию. Пришлось бросить на нее
Желудок заворчал, напоминая, что перед выходом нужно поесть. Бунт собственного организма не способствует выполнению любой миссии, особенно если она столь серьезна. На кухонном столе нашлась записка: «Ужин в микроволновке», осталось только разогреть. Порция оказалась приличной, хотя я бы к пюре предпочел не тефтели с рисом, а полноценные котлеты, толстенькие, поджаристые, ароматные, как любое мясо, когда на нем образуется корочка. Но тефтели тоже были неплохи. Да вообще почти все, когда хочешь есть, — отличная замена голоду. К чаю я себе добавил бутерброд, удовольствия от которого уже не получил, поскольку время подпирало, а с Хрипящим мы договаривались ровно на двенадцать. Но честно проглотил последний кусок перед уходом — кто знает, когда придется опять поесть?
Автомобиль гордой марки «Вал» за время, что я его не видел, не стал целее. Показалось, что на нем даже прибавилось царапин и ржавчины. Но ехал он в любом случае быстрее, чем я бегал, так что выбор был очевиден.
— Ярослав, — выскочил при моем появлении Хрипящий, — не держи зла на Ольгу, а?
— Да забыли уже, — рявкнул я и сел на пассажирское место. — Поехали. Не собираюсь я с ней разборки устраивать.
— И правильно. Ну дура она, что сделаешь, — заискивающе сказал он, но наверное, что–то в моем взгляде узрел, потому что тему быстро свернул и спросил уже по–деловому: — Куда едем?
Я махнул рукой, показывая направление.
— А поточнее? Чтобы мне дорогу получше выбрать.
— А поточнее узнаем только в дороге. Возможно, даже не в городе. — Я открыл на телефоне корту Белоорска. — Вот и дорога подходящая из города выходит. Скорее всего, нам туда.
Укрепляющие машину заклиная почти развеялись с последней моей поездки. Пришлось подновить, особенно усилив днище: если уж выпадать из машины, то с ним, а не через него. Когда мы подъезжали к выезду из города, я наконец активировал флакон с зельем.
— Лампочка? — уточнил Хрипящий. — Типа фонарика?
— Нет. Типа артефакта. Только разряжающегося быстро.
— Слишком заметный.
Из флакона выходил четко выраженный зеленый луч. Кроме того, он сам сиял ровным зеленым светом, озаряя салон и делая нас похожих на свежевыкопавшихся умертвий. Хрипящего ненужная подсветка наверняка отвлекала от дороги и мешала управлять машиной, поэтому я молча убрал в карман ветровки, через ткань которой свет не проходил, и сконцентрировался на карте.
Примерное направление было известно еще по прошлому поиску, судя по интенсивности сияния нового зелья, расстояние было уже небольшим, значит, можно было прикинуть, куда лежал наш путь. Собственно, вариантов оказалось не так много. Точнее — всего один. Остальные располагались либо очень далеко, либо сильно в стороне. Я еще рас сверился с картой и сказал:
— Нам нужен поселок Огурцово.