Инди Видум – Договор (страница 26)

К сожалению, наше знакомство не дало мне никаких преимуществ: я точно так же платил по полтиннику за занятие, как все остальные, а занимались мы три раза в неделю. Как мне объяснили товарищи по занятиям, такое расписание объяснялось тем, что вечерами во вторник, четверг и субботу проводились лекции по разным аспектам зоны, которые посещали многие из занимающихся фехтованием. Лекции были бесплатными, поэтому я решил, что и мне они не помешают. Пока они не проводились, поскольку старт всех образовательных курсов начинался одновременно.

Занятия проходили на тренировочном оружии, свое Козырев приносить не разрешал. А если бы разрешил, я бы не стал брать саблю лжевоенного. Не знаю почему, но держать ее в руках было неприятно.

— Я планирую использовать эти знания для самозащиты. Место здесь опасное: даже если не идешь в Зону, она приходит к тебе сама. Сам в зону я не собираюсь.

— И правильно, сын мой. Все, кто туда ходят, рискуют бессмертием души. И я слышал, что искажение открылось прямо в твоем доме…

Держать священника дальше у калитки было нельзя, иначе запишут в пособники сатаны, и я предложил:

— Отче, дозволено ли мне будет обратиться к вам с просьбой освятить дом после открытия в нем искажения? Я вычистил все следы тварей, но не уверен в чистоте самого дома.

Священник, представившийся как отец Тихон, разумеется, не отказался осмотреть мой дом изнутри. Отметил все: и чистоту, и разложенные учебники. Валерон же предусмотрительно спрятался и не травмировал своим видом святого отца. Об освящении помещения я забыл предупредить своего помощника, но понадеялся, что при опасности тот успеет скрыться.

Отец Тихон весьма основательно окропил всё не такое уж большое помещение, особое внимание уделив месту, где, по моим словам, лежали твари. Раньше следов там не было никаких, после святой обработки — расплылась лужа.

— Запомни, сын мой, в вопросах потусторонних тварей нет и не может быть такого понятия, как избыточность, — важно сказал он. — Все, что может быть сделано, должно быть сделано. Лучше бы вообще не касаться этой грязи.

— Бог даровал мне магию, — возразил я. — Кто я такой, чтобы решать, развивать ее или нет?

— Бог дал тебе испытание, сын мой, — снисходительно пояснил священник. — И только от тебя зависит, как ты его пройдешь. Если ты полностью отстранишься от грязи, будешь вознагражден.

Когда вознагражден, он не договорил, но и без того было понятно, что речь идет о полном отказе от всего, связанного с магией, ради эфемерного посмертного дара от бога. Один у меня уже был, и с ним пришло понимание, что от богов, как и от их даров, стоило держаться подальше.

Отец Тихон прочитал длинную лекцию о спасении души, взял пять рублей за оказанную услугу по освящению жилища, напомнил о необходимости посещения воскресных молебнов, после чего ушел. Я его проводил, потом сразу метнулся назад смотреть, что там с Валероном. Очень уж меня беспокоила лужа перед кроватью.

Похоже, вода была не слишком святой, потому что Валерон от нее даже не почесался и не чихнул ни разу.

— Сказки это все, — ответил он на мой вопрос об опасности для него святой воды и зевнул во всю свою широченную пасть. — Мне не только брызги не опасны, я могу с головой в нее погружаться без последствий. Но не буду. Бессмысленное деяние. Не о том ты думаешь. Появление этого типа в рясе говорит о чем?

— Он узнал, что у меня есть деньги.

— Это тоже. Но главное — ты уже здесь обжился, примелькался и можешь начинать выполнять план по получению реликвии.

Пока я обзаводился знакомыми, при этом старательно избегал мест вблизи княжеского дома и вообще никак не выказывал интерес к княжеской семье, зато присматривался к тому, насколько часто здесь появляются новые люди. Осторожно присматривался, памятуя о том, что меня уже дважды пытались убить. И если я до сих пор жив, то это не потому, что убийцы были плохо подготовлены. А потому, что мне банально повезло. Или, скорее, не повезло им, поскольку они куда лучше были подготовлены к моему убийству, чем я — к своей защите.

Валерон по городу ходил только в бесплотном виде, поскольку мы посовещались и решили, что будет лучше, если о нем никто не узнает, приметный слишком. Роль невидимого шпиона Валерону чрезвычайно нравилась, потому что свой вид во плоти вызывал временами у него уныние и желание как можно скорее его изменить. Он приносил интересную информацию, но не по осколкам: в княжеский дом ему хода не было. Жаль, что держался в бесплотном виде он максимум шесть часов, после чего ему требовалась дополнительная порция моей энергии.

— Не рано? Нужны посторонние, на которых можно было бы списать исчезновение.

— Присмотреться-то ты можешь? — возразил Валерон. — Тебе придется подобраться на расстояние действия заклинания.

— Намекаешь, что смогу вытащить осколок через стену? — хмыкнул я.

Похищение кусков реликвии до сих пор было самым слабым местом моего плана, потому что навыками ниндзя я не обладал, а обманувший меня бог не выдал ничего подходящего для скрытного проникновения. Какое-нибудь размягчение материи стен при прохождении через них или временное превращение себя в дым. Не подумал он о столь важных для выполнения его поручения вещах.

— Почему намекаю? — не понял Валерон. — Прямым текстом говорю, что все куски, которые окажутся в зоне досягаемости, переместятся в меня, где соединятся. Если недостачи осколков не будет, то сразу активируешь реликвию. Не забыл, что для этого будет нужна курица?

— Не забыл. Предлагаешь купить?

— Разумеется. Будет подозрительно, если ты сегодня покупаешь живую курицу, а завтра ее обнаружат под реликвией.

— Я за собой уберу.

— Не уверен, что успеешь. По идее, активация незамеченной не пройдет, линять надо будет сразу. И вообще, лучше не одну курицу купить, а сразу десяток.

Валерон выглядел настолько озабоченным куриным вопросом, что у меня невольно появились подозрения.

— Жрать будешь?

— Не без этого, — скромно потупился он. — Но я больше по яйцам. Бери яйценоских. Сразу определим будущую жертву по плохим показателям.

— Чую, ты их так запугаешь, что они трижды в день нестись будут.

— Всё съем, — уверил меня прожорливый помощник. — Или всех. Это уж как получится.

— Есть-то ты будешь, а уход на мне.

— Я с тобой поделюсь. — Он стукнул лапой себя в грудь. — Душа просит чего-то такого, понимаешь? Из яиц и рыбы получается самая подходящая для меня энергия. И вообще, иметь возможность завести кур и не завести — это вообще ни в какие рамки. На тебя соседи косо будут смотреть.

Про рыбу он тактично умолчал. И было почему: несмотря на то, что река протекала совсем рядом, пользоваться ее дарами никто не торопился. Дело в том, что перед этим она протекала через зону, из которой заплывали весьма опасные создания. А тех, кого это не пугало, отпугивала сама рыба, мутировавшая и накапливавшая в себе всякую дрянь.

— Какие соседи? — усмехнулся я. — Мне иногда кажется, что за дом я переплатил, если не сказать чего погрубее.

Потому что соседей у меня не было ни с одной, ни с другой стороны. И даже с того участка, с которым я граничил сортиром, позавчера мужик выехал.

— Нужно смотреть в будущее с оптимизмом, — вывернулся Валерон. — Соберешь реликвию — здесь вся недвижимость в цене вырастет. Так что есть смысл прикупить, пока соседские домишки стоят копейки.

— Нафига мне еще один участок с домом?

— Ты ж собрался эти — как их там? — о, автомобили — делать. Нужен простор. Нужна мастерская хорошая, со станками и отапливаемая, а не этот сарай, где валяется железяка. Еще нужна кузня, а ее никто не позволит ставить рядом со своим домом, поэтому в идеале тебе все пять примыкающих, даже углом, участков надо иметь в собственности.

— Зачем мне кузня?

— Чем больше деталей ты делаешь сам, тем с большей вероятностью из твоей самоходной повозки получится артефакт. Личный артефакт. А сродство к кузнечному делу мы найдем.

Валерон выразительно растянул передние лапы в стороны, пытаясь объять необъятное. Авантюрность натуры моего помощника заставляла относиться к его словам с изрядным скепсисом, и все же я поневоле задумался над перспективами. Машина-артефакт — это была крайне интересная задача, которую мне захотелось решить.

— Не факт, что я здесь задержусь. На мне договор висит. С печатью Бога, чтоб его.

— Он предполагал сборку одной реликвии. Соберешь — считай, выполнил. Только сначала землю прикупи, а то цена сразу попрет.

— Главное условие договора — возможность воплощения для бога в этом мире.

Валерон задумчиво пошкрябал задней лапой за ухом.

— При встрече апеллируй к тому, что он тебя обманул: не сообщил о смерти при активации реликвии. Я так понимаю, соберешь — печать станет меньше давить, сможешь дотерпеть до новой встречи в Лабиринте. И вот там ставь вопрос ребром: обманул — пусть снимает печать, а то жалобу отправишь.

— Куда отправлю? — опешил я.

— Он сам додумает и испугается. И это не отменяет покупки земли. Придется уехать — продашь с прибылью. Знаешь, сколько ты на этом сделаешь? А если не уедешь, у тебя будет свой производственный корпус.

Валерон необычайно возбудился от открывающихся возможностей и размахивал всем, что было не жестко прикреплено к основному туловищу: лапами, хвостом, головой и отдельно — ушами.