Иман Кальби – Твой первый. Будет больно, но тебе понравится (страница 9)
— Не кипяшуй, сейчас я уделаю эту корову, — когда я уже хотела уничтожить его хотя бы умозрительно, он прислал то, что не могло меня подкупить...
— К вопросу о приоритетах... Дядя Анзор, хотел звонить вам на неделе, но раз уж мы тут. Хотел попросить у вас разрешения вытащить Алию в составе других членов академической группы на небольшой практикум в Дубай. Вопрос безопасности беру на себя. С нами летит профессор Лазарян и ещё трое доцентов. Хочу, чтобы ребята поприсутствовали на сделке по слиянию с Арабия-парт. Возможно, даже попереводили переговоры. Хороший опыт. Что скажете? С деканатом я говорил, это часть программы. Такие инициативы уже не первый раз организуются в рамках учебного процесса.
— Я не против, — говорит отец, заставляя меня открыть рот. — Мы с Радой, возможно, тоже сможем прилететь. Давно хотели выбраться.
И хоть родители это обозначают, внутри всё равно раздрай. Не хочу оставаться наедине с Камиловым. А это наедине. И пусть вокруг ещё куча народу...
Если бы не Джабраиловы, тут же послала всех на фиг и ушла бы с протестом.
— Но Алия... — вдруг подаёт голос Миляд. — Ты говорила, что в Дубай не хочешь...
— При чём здесь гулька и работа? — раздражённо рявкает Камилов. — Поражаешь...
Они переглядываются — враждебно и явно меряясь тем, что есть у мальчиков. То, какого там размера у Тимура, я сегодня чувствовала бедром, а вот Миляд... Там и чувствовать не надо... Верхняя губа Миляда презрительно дёргается. Молчит... Смотрит и молчит. Тимур хмыкает.
Телефон рядом опять дзинькает.
— Капец, Алия. Я сижу в двух метрах от тебя. Рядом куча людей, в том числе тех, кого я уважаю больше жизни, а у меня на тебя каменный стояк. Просто от одного твоего взгляда. А знаешь, что я делал после того, как ты смылась из аудитории?
Глава 13
Белая кожа кресел, бар с подсветкой, ковёр с изумительно мягким ворсом. Когда папа говорил, что Алихановы купили себе новый самолёт, который переплюнул даже наш, я не верила. Неплохо так.
Девчонки пищат, парни матерятся шёпотом от восторга, смотря на роскошную жизнь уже не со стороны, а вроде как изнутри.
Нас семеро. Двое пацанов и пятеро девчонок. По какому принципу он нас отбирал — не понимаю. Есть две зубрилы, но остальные...
Короче, всё это мне больше напоминает не стажировку, а съёмку шоу «Холостяк»...
— Боже, вы видели туалет? Он как моя гостиная дома! — орёт Катя.
— А я думала, это миф, что в самолётах бывает душ, — Марина уже снимает сторис. Восторг тотальный.
Все смеются. Я — нет.
Потому что веселиться сложно, когда знаешь, кто вот-вот появится.
Отец, на удивление, отпустил меня без допросов и морали. «Езжай, будет полезно». И да, черт возьми! Доверил Алиханову! Как?!
Когда я обратилась с этим вопросом к Саиду, он был тоже спокоен — Тимур тебе точно ничего плохого не сделает. Он дал слово мужчины...
Знал бы ты, братец, что уже сделал... Сделал! Что же он со мной сделал в этой чёртовой аудитории!
— Где, кстати, сам организатор бала жизни? — интересуется Кирилл. — Тимур Алиханович же с нами летит? Хотел бы с ним по программе пройтись.
Кирилл как раз из мозгов нашей академки. Парень из глубокой провинции совмещает не только учёбу, но и подработку, неплохие такие деньги делая на Ай-Ти. У него светлое будущее, я уверена. Но давно пора к дерматологу, а то даже за миллионы рытвины на лице не удалит...
— Да, правда! — подскакивает Катя. — Где Тимурка?
Закатываю глаза. Какой он Тимурка?!
— Возможно, выбирает, с какой стороны солнце падает на его самодовольство, — бурчу я под нос.
И как будто по команде — за окном появляется чёрный гелик.
Он подъезжает к трапу, и я даже через звук заведённых турбин слышу саундтрек: что-то с пафосными барабанами и гитарным риффом.
Из машины выходит Тимур.
Кожанка поверх чёрной футболки, очки-авиаторы. Бесит! Лёгкая улыбка, словно бы говорящая что-то в стиле «я знаю, что вы на меня смотрите, и да, я неотразим».
А рядом — блондинка. С губами, как спасательные круги, если вдруг кто-то утонет в его эго...
Я фыркаю так громко, что Катя прыскает в ладонь.
— Что? — спрашивает она.
— Да ничего. Просто думала, что он полетит один. А оказалось, прихватил ручной багаж. Хотя скорее половой...
Поднимается по трапу, будто это подиум.
— Доброе утро, дамы и господа, — тянет, оказавшись в салоне и принеся с собой фирменный запах парфюма. — Извините за задержку, пробка...
— Позвольте представить, — он делает театральный жест в сторону блондинки. — Моя помощница Лика. Она будет помогать вам по логистике в рамках практикума.
— Он точно с ней спит... — выдыхает Катька.
Как же они умеют всё меня выбесить.
В момент, когда я как раз об этом думаю, наши взгляды с Тимуром пересекаются.
На секунду воздух будто густеет.
Он кивает мне и чуть поднимает уголки губ.
Садится впереди, Лика рядом.
Взлетаем быстро и спокойно.
Стоит лайнеру набрать высоту, атмосфера становится ещё более расслабленной...
Девчонки уже орут, что хотят шампанское, бегают по салону и фоткаются, усиленно пытаясь создать себе контент в стиле эскортниц, который гордо будут постить ещё несколько месяцев в соцсети.
— Что такая злая, Алия? — слышу насмешливый голос надо мной.
И взгляд сверху вниз.
Наглый, тёплый, слишком близкий.
Я откидываюсь в кресле.
— Пытаюсь понять, в чём же всё-таки суть практики. Пока этот перелёт больше похож на доставку девчонок на Ибицу... Тривиально.
— А мы доставим их в Дубай... Ещё более тривиально.
— Может, ты рабовладелец, Тимур?
Его взгляд нагло чертит по мне линии.
— Рабовладелец... Так мне с тобой нравится больше...
Глава 14
Голова слегка покруживается после подъёма на скоростном лифте.
Всегда ненавидела эти резкие подъёмы вопреки законам гравитации и вестибулярной системы организма.
Я на каблуках — ноги слегка подрагивают, когда прохожу по просторному фойе, утопающему в свете и блеске мрамора, к стеклянному конференц-залу, где уже почти полностью расселась команда Камилова и мои согруппники. Я не стала жить в любезно предоставленном его высочеством моим однокашникам отеле и сразу из аэропорта уехала в апартаменты, принадлежащие моей семье. Смешно, что на моё предложение поехать со мной все девчонки из группы ответили категоричным отказом. Все мечтали урвать внимание «султана Сулеймана», очевидно. Потому и решили, что коморка в его гареме это внимание может на какой-то процент всё же обеспечить...
В зале человек тридцать. Я захожу и чувствую на себе много внимания.
Успешные на вид молодые мужчины в шикарных костюмах и белоснежных рубашках, ухоженные женщины с подкачанными губами. Одна из них — коршуниха Лика, нависает над сидящим во главе огромного стола Тимуром, показывая ему на разложенных по нему бумагах какие-то цифры. Её рубашка расстёгнута на три пуговицы, почти вываливая грудь наружу. Не остаюсь незамеченной никем. Интерес мужчин, раздражение и пренебрежение женщин. Ещё бы. Для них я практикантка, ещё и опаздывающая...
Поправляю свою безукоризненно сидящую юбку-карандаш три четверти, присаживаюсь на крайний свободный стул.
Тимур бегло бежит по залу, пока Лика продолжает ему что-то втирать, ловит меня глазами. Задерживается, но не кивает. Он сейчас серьёзнее и важнее, чем обычно. Надо признать, футуристическая роскошь этого города ему к лицу.
— Простите, это моё место, — слышу сверху писк девицы с большим стаканом кофе. — А вам придётся постоять. Вы же практикантка? Вот, держите.