Ильза Мэдден-Миллз – Дорогая Ава (страница 10)
– Серьезно? Ты выбираешь «Никто не поставит Бэби в угол» вместо световых мечей и джедаев? Ау, ты же парень, вам нравятся звездолеты и убийства! Используй силу, Нокс! Выбирай «Звездные войны».
Он бросает на меня презрительный взгляд.
– Плевать на световые мечи! В «Грязных танцах» есть аспекты, о которых можно написать. Например, как Бэби способствует воссоединению семьи…
– Пф! – фыркаю я. – А как же Люк Скайуокер и принцесса Лея? Чуи и Хан Соло? Вот настоящая семья, а не богачи на отдыхе…
– Две социально-экономические группы: гости и работники отеля Келлермана…
– Господи, ты даже название отеля знаешь! А словечками-то какими бросаешься! «
– А что, ты таких слов не знаешь? Это ты тут ботанка, Тюльпан, а я – просто качок.
– Еще раз меня так назовешь…
– Лучше так, чем как тебя называют все остальные…
– …получишь по лицу.
Мы сверлим друг друга взглядом и молчим. Только потом Нокс качает головой:
– Язык у тебя без костей.
– Привыкай.
Миссис Уайт поднимает руку, оглядывает нас с Ноксом и слегка хихикает.
– Не ожидала, что вы будете так жарко отстаивать свои мнения. Все в порядке?
О, я уступать не планирую.
– Да.
Нокс вздыхает.
– Отлично! – улыбается миссис Уайт. – Мне нравится ваш… энтузиазм. Так, дайте подумать… О, идея! Я загадаю число от одного до десяти. Кто окажется ближе, тот фильм и выберет…
– Один, – перебивает Нокс, сверля меня взглядом.
– Пять, – огрызаюсь я.
Она смотрит на меня виновато.
– Я загадала один. Прости, Ава, будете смотреть «Грязные танцы». Выбор темы оставлю на ваше усмотрение, но мне нравится идея Нокса о социальном неравенстве. Или можете поразмыслить, почему любовная линия покорила сердца нескольких поколений…
– Социальное неравенство, – выбираю я.
– Любовная линия, – перебивает Нокс.
Мы сверлим друг друга взглядом.
«
«
Миссис Уайт смеется.
– Решайте сами! Можете придумать что-нибудь более оригинальное. На сочинение у вас две недели, начиная с сегодняшнего дня.
Она уходит, и Нокс отворачивается.
– Она всегда загадывает один, кстати. Выкуси! – Он мрачно усмехается, а я скалюсь.
– Предпочел световым мечам любовную линию? И какой ты после этого парень?
– «Терпение должен иметь ты, мой юный падаван».
Я пялюсь на него.
– Ну ты и
Он хмыкает и издает многострадальный вздох.
– Мир не крутится вокруг тебя! Мама любила Патрика Суэйзи. Постоянно пересматривала «Привидение».
– Любила? – переспрашиваю я. Он вдруг поджимает губы. – Что?
– Ничего, – бормочет он.
Я щурюсь. «Ничем» тут даже
– Ну ладно, не говори, если не хочешь. – Я кручу в руках ручку. – Не нужны мне твои секреты…
– Она умерла, когда мне было двенадцать. – Он прикрывает рот, будто слова вырвались непроизвольно.
Я быстро моргаю и пытаюсь восстановить в мыслях образ загадочного Нокса Грейсона. Как я могла этого не знать?
– Ты еще не училась в «Кэмдене».
Значит, он потерял маму.
Не жалей его, Ава. Не смей! Это же Нокс, «акула»! Он не заслуживает…
Он коротко кивает, вырывая меня из мыслей.
– Люди умирают. Жизнь коротка и может оборваться в любую секунду. Но всем плевать. Никого это не волнует.
– Мрачные у тебя взгляды, Нокс, – говорю я, кашлянув. – Так, насчет задания…
– Я понимаю, ты не собираешься смотреть со мной «Грязные танцы». Просто притворимся, что смотрели их вместе.
– Я не хочу оставаться с тобой наедине.
Нокс молчит, и я оборачиваюсь. Он смотрит в ноутбук невидящим взглядом, рассеянно водя пальцами по серебристой клавиатуре, а потом хмурится, и в его глазах появляется странное выражение.
– Потому что боишься? Это был
Я изучаю его вьющиеся шелковистые волосы. Они темные, как у парня, который меня изнасиловал. Вроде. Возможно, я ошибаюсь и не могу доверять этим воспоминаниям.
– Ты мне просто не нравишься, – тихо говорю я.
– Слава богу! – Он вырывает тетрадный лист, пишет свой номер и передает мне. – Мой телефон. Никому его не давай, иначе проблем не оберешься. Можем посмотреть фильм вместе и сразу решить, на какую тему будем писать.
Ого.
Нокс Грейсон никому не дает номер телефона! Я знаю, потому что девчонки пытались достать его с первого года старшей школы, чтобы послать ему свои голые фотки. Только не я, конечно. Говорят, он предупредил всех знакомых, что если они будут разбрасываться его номером, то пожалеют.
Я забираю тетрадный лист и сразу замечаю: номер не совпадает с тем, что был в записке, содержимое которой до сих пор крутится в голове. Ну, он хотя бы не мой тайный поклонник!
– Без проблем. Вечером на неделе? Посмотрим в девять, обсудим в одиннадцать? – Я выдыхаю. – После ужина телевизор занимают дети, так что придется ждать, пока они уйдут спать. У меня нет своего. Если хочешь пораньше, могу посмотреть с ноутбука, но я предпочитаю большой экран.
– Дети? Я думал, у тебя один брат.
Я вздрагиваю. Откуда он знает о Тайлере? Мы же практически не общались…