Ильяс Найманов – Страж Монолита (страница 2)

Ну что, сказано – сделано, АК остался нетронутым, сиротливо лежащим на пригорке, а рюкзак, проверенный при помощи счетчика встроенного в ПДА на радиацию и вообще для профилактики потыканный палочкой, был водружен на спину в походное положение. Вот теперь, лежа у заднего колеса автобуса, Егор, еще раз обдумав решение оставить автомат, признал правильность этого решения и с «Глоком» наизготовку по возможности быстро и бесшумно выбрался на обозрение, как ему казалось, всему миру. Отделавшись от бутылки, он выбрал курс, обратившись в слух и зрение, сжимая в руке психологическое оружие и предмет самоуспокоения – пистолет, направился на юг в сторону берлоги Сидоровича.

Далекий вой, обнаруженный им еще с утра, приблизился, и теперь он был короче, в нем были нотки заинтересованности. Бобр тихо ругнулся, вслушиваясь в доносимые ветром звуки. Определенно собаки шли по следу, каким-то шестым чувством он понял, что они идут за ним. Сталкер ускорил шаг, ощущая явное нежелание встречаться хоть с одним представителем местной фауны.

Бежать по Зоне глупо, это известно всем, по Зоне могут бегать только местные обитатели, а человек может бегать только в крайнем случае, когда у него остается выбор между съедением преследующей его нечистью или залетом в аномалию. Хотя есть некоторое разнообразие в вариантах исходов: можно быть разорванным, вывернутым, порезанным или прожаренным аномалией, что называется, до летального исхода, или сначала получить от нее увечья, а потом быть съеденным обрадованными разнообразившимся меню преследователями.

Вот именно по этой причине Егор не позволил себе бежать, а лишь ускорил шаг. Держа в одной руке ПДА, а в другой пистолет, он направился к ближайшему холму, чтобы с него осмотреться и найти себе укрытие. Та местность, по которой он брел сейчас, представляла собой изрытое колдобинами, трещинами, поросшее редкими кривыми деревьями, мелким кустарником и не очень зеленой травой поле. Бегать тут себе дороже, а прятаться негде. Тут только к вечеру вылезут тушканы и будут прочесывать бесплодную окрестность в поиске павших, больных и раненых. Бобр еще раз выругался, осознав ситуацию, но страха не было, пока что было не до него. Очень нервировало отсутствие автомата, который бы дал перевес на средней дистанции, а теперь с одним пистолетом, вслушиваясь в нарастающий многоголосый харкающий лай, он понимал, что его шансы были не просто не хороши, а сводились к математической погрешности, и если он срочно что-нибудь не придумает, то добытый им артефакт вытащит из его контейнера более удачливый коллега.

– А-а-а, сволота! – уже в голос прикрикнул Бобр, различая кашляющий лай слепых псов.

– Ахр-рр, ахр-рр, – будто услышав его, дружно откликнулись идущие по следу слепыши.

Егор был уже на пригорке, с левой стороны от изначально взятого направления на юг к берлоге Сидоровича, он увидел старый грузовичок: то ли ГАЗ, то ли ЗИЛ, отсюда было не видно. Еще дальше, правее были какие-то строения, он знал их и понимал, что там спрятаться не получиться, единственное, что можно там сделать, это умереть спиной к стене либо наскочить на задержавшихся там сталкеров, но туда сначала надо добежать. Что-то подсказывало Бобру, что лучше даже не дергаться в сторону строений, а вот грузовичок, которого он раньше не видел, вполне можно использовать для сохранения своей тушки от домогательств со стороны зубастых тварей.

– Ахр-рр, ахрр, – уже явственней был слышен воинственный лай этой мутировавшей своры.

До ближайших преследователей было меньше километра, метров восемьсот. Сталкер буквально кожей почувствовал ту скорость, с которой неслась в его сторону стая. Мгновенно вспотев и практически не отрываясь от ПДА, он теперь уже почти побежал к грузовичку, хорошо, что почти… но не побежал.

ПДА со встроенным дозиметром и датчиком аномалий, детектором жизненных форм и другими важнейшими гаджетами все же был электроникой. Времени на обдумывание и выдачи данных требовалось по-разному – от одной до десяти секунд, и то не факт, что он сообразит верно и укажет на то, что есть в действительности. Вот и сейчас молчавший прибор вдруг издал истеричный, захлебывающийся писк, и сталкер одновременно увидел буквально в паре метров перед ним включающуюся жарку. Однако тело сработало раньше, чем мозг успел передать своему носителю информацию, а глаза увидеть опасность, и Егор каким-то чудом успел отпрыгнуть назад, испытав мгновенный чудовищный жар. Повалившись за спину, он схватился за фляжку, чтобы начать тушить грудь и лицо, боль была нестерпимой. Но, к счастью, Зона не стала так банально разделываться с ним, и действительных повреждений жарка не нанесла, хотя эти несколько секунд, что она задержала его, возможно, будет достаточно, чтобы решить его судьбу в пользу вечно голодных слепых псов. Отпустив фляжку рукой, так и не выпустившей пистолета, Егор вскочил и, практически не задерживаясь на промаргивание слезившихся глаз, вслепую, по памяти контура аномалии обошел ее и тут уже действительно побежал.

До грузовика оставалось больше ста метров, преследователи уже показались на квадратном зеленоватом экране ПДА в виде цепочки красных точек. То есть, если предел фиксации встроенного детектора жизненных форм был двести метров, то собаки уже пересекли этот предел. Скорость бегущего во весь дух человека с рюкзаком, болтающимся на ходу притороченным противогазом и контейнерами была приличной, но что такое бегущий человек и бегущие по его следу слепые псы? Вот, глядя на ПДА, сталкер увидел отделяющихся от стаи самых быстрых преследователей, которые с пугающей скоростью отделялись от остальных красных точек по направлению к центру ПДА. Тактика проста: стая поняла, что человек уже просто бежит и не собирается организовывать оборону, поэтому вперед вышли самые быстрые псы, которые должны будут задержать беглеца, а к тому времени добегут остальные, и сталкер будет с рычанием поделен на несколько смачных ништяков для альфа-псов и на несколько меньшие для других. Ох как не хотелось быть съеденным, ох как не хотелось чувствовать на себе яростные рывки, разрывающие тело, и слышать затухающее в умирающем сознании рычание мутантов. Эта картина на секунду пронеслась у сталкера перед глазами, а грузовик так медленно приближался. «Быстрей!! Еще быстрей!!» – сиреной приближающейся катастрофы командовала телу нервная система, заставляя надпочечники выплескивать весь стратегический запас адреналина. И вот Бобр, выпучив глаза и открыв для лучшего забора воздуха рот, несся, выжимая все, что можно, из своего организма, гулко топоча берцами по бесплодной почве Зоны, теперь уже четко понимая, что может достаться в равной степени и случайной аномалии, и псам. Кроме этих двух бед, сам грузовик, на который он уповал как на единственное спасение, мог оказаться радиационной могилой, и тут ему уже останется только горько посмеяться и отписаться всем друзьям-товарищам, и завещать знатный хабарок, схроны и тайники своему другу-одиночке и вольному сталкеру – Древню. Но в данный момент было не до сочинения эпитафий почившему герою. Ноги горели огнем, дыхание на выдохе превратилось в стон, а на вдохе в хрип кровососа. Шестым или седьмым чувством Егор чувствовал на спине взгляд прямого преследования, уже, казалось, слышал дробь стремительно перемещающихся лап, но оборачиваться не было смысла. Тридцать метров, двадцать метров, скосивши взгляд на долю секунды на ПДА, невзирая на тряску, он увидел две идущих другу за другом красные точки, которые, казалось, уже были в центре ПДА, а это значит, уже за его спиной.

– А-а-а-а! – и человеческое тело перекидывается за борт ЗИЛа, падает в кузов, разворачивается и вскидывает пистолет к преследователям, и тут же раздается звук удара тела о борт машины.

Первый слепой пес не рассчитал прыжок, поскольку все-таки незрячесть имеет свои минусы, несмотря на компенсацию отсутствия зрения другими способностями, а вот второй пес почти достиг своей цели, в прыжке закинув обе передние лапы за борт и судорожно скребя задними, пытаясь найти опору и заскочить внутрь. Но не тут-то было, практически не чувствующаяся в данном состоянии сталкера отдача верного «Глока», и, в оскаленной, покрытой язвами морде с истекающими слюной кривыми и желтыми, какими-то полупрозрачными зубами появилось отверстие, и пес, негромко пискнув, откинулся назад. «Вот хрен тебе, а не мокасины, тварь!» – злорадно успел подумать Бобр и тут же, привстав на одно колено, приготовился встречать остальных. Но псы были не настолько глупы, чтобы теперь прыгать на грузовик. Поняв, что человек так просто недосягаем и готов к обороне, мало того, уловив, что сейчас он начнет посыпать их убийственными выстрелами, они вдруг сменили прямолинейный бег на скачки в сторону и рассредоточились прямо с магической быстротой. Первые три пули, выпущенные, казалось, в самую гущу преследователей, нашли свой покой в земле, а мутанты, прыгая и гавкая, крутились в десятке метров от кузова, выпрашивая новые подарки. Зная тактику слепышей, Бобр пересилил яростное желание расстрелять все и вся и не стал тратить патроны. Не обращая внимания на бешеный ритм сердца, он уставился на показатели радиоактивности. Чисто, ну или практически чисто. По крайней мере не более, чем везде, даже странно. Обычно железо в Зоне показывает цифры в несколько раз выше окружающего их фона, но тут исключение, и слава создателю. Сейчас Бобр увидел, что кузов наполовину нагружен слежавшимся песком, на который его в силу более чем изматывающего бега и начало выворачивать. «Ах вы… – думал Бобр и, глядя на суетящихся внизу собак и ощущая рукоять пистолета в руке, позволил своему желудку извергнуть завтрак, – твари… я вам щас устрою карусель!»