Илья Тё – Корейский Коридор (страница 19)
— А мне нравится план дрыны, — обронила наконец Кити с ноткой безумия в голосе. — Прийти и взять. Есть цель — иди и добейся. Прямо как лозунг!
Дэмио смущенно усмехнулся. Помялся, но все же сказал:
— Я стих сочинил. Глуповатый, конечно, но сейчас как бы в тему. Вот послушайте.
Он принялся декламировать:
— Слог у тебя отвратительный, — оценила Кити. — Надеюсь, под героиней этого тупого стихотворения ты не меня подразумевал? Тоже мне, «голая школьница». Откуда ты вообще взял такое? Аниме насмотрелся, мастурбатор хренов?
Щеки очкарика стали пунцовыми.
— Ну почему сразу мастурбатор? — обиделся он. — Да, аниме я смотрю довольно часто. В смысле, смотрел. Люблю очень. Ну и что?
— А мне стих нравится, — подал голос Рик. — Нет, правда. Есть в нем образность, цепляющая недоразвитую подростковую психологию. Это привнесено из комиксов. Полуобнаженная девочка с оружием — один из самых ярких типажей в манге, манхве и аниме. Например, «Боевой ангел Алита», «Первый отряд», «Агент Наджика», «Смертоносная принцесса»… Или хотя бы «Эльфийская песнь», про которую мне все уши прожужжала Кити. Все они построены именно на этом образе.
— Ты ж вроде боксер? — удивился Дэмио. — Разбираешься в графических историях?
— Не боксом единым…
— Господи, да заткнетесь вы оба? — Кити тоже подошла ближе. — Мне кажется, мисс Мэри дело предложила. Что думаете?
— Пощупать юнговцев? — Рик пожал плечами. — Это извращенное самоубийство, я уже говорил. Пока еще есть патроны к «Питону», может, пристрелишь нас, чтоб не мучились?
— Почему бы и нет? — огрызнулась Кити. — На самом деле, в идее мисс Мэри есть здравое зерно. Если нападать не на саму базу, а на один из КПП… это может оказаться проще, чем кажется на первый взгляд.
— Если все так просто, почему ни один ганг до сих пор до такого не додумался?
— Потому что ганги как раз совершить такое не могут, — сказала Мэри. — Как я поняла, все они официально подчиняются базе «Кэмп Грей». Как ни скрывай такое нападение, информация все равно всплывет — хотя бы в виде самих винтовок во время какой-нибудь разборки с другим гангом. Но мы — совершенно другое дело. И подумайте, каков куш! Подумайте: несколько штурмовых винтовок вместо одного «Питона». Это обеспечит спокойное существование группы как минимум на год!
— А она умеет убеждать, — усмехнулась Кити, подтолкнув Рика в бок.
— Скажу откровенно: я не считаю, что нападение на базу и убийство людей, даже юнговцев, ради оружия — хороший план, — вмешался Дэмио, ставший серьезным и позабывший о стихосложении. — Вы хотите лишить жизни несколько человек, чтобы отнять у них пушки. Пока есть кольт «Питон», есть запасы, можно жить как-то иначе, не убивая людей ради других, будущих убийств. Нужно не вхолостую бороться со следствиями, а разбираться в причинах. Надо идти в Кёнсан. Может быть, выяснив, почему случился анабиоз, мы сможем по-настоящему помочь людям.
Кити и Рик промолчали.
«В чем-то, наверное, Дэмио прав, — подумала Мэри. — Однако реальность остается реальностью». Дело было не в том, что Кити хотела убивать людей ради личного блага, а Дэмио собирался отринуть все ради священной жажды познания, просто эти двое по-разному смотрели на мир. Умник Дэмио видел так, как его отец, через призму логических абстракций и научной зауми. А Кити, Рик и, наверное, сама мисс Мэри как обычные живые существа из плоти и крови, попавшие в экстремальную ситуацию. Ежедневно в Мегаполисе страха убивали и ели людей. И если они хотят попробовать остановить этот отвратительный процесс — пусть не глобально, как желал Дэмио, а хотя бы выборочно, им следует раздобыть оружие. И сражаться. Когда-то мисс Мэри читала удивительную книгу. В ней говорилось, что единственная человеческая жизнь иногда важнее целой Вселенной. Возможно, сейчас был как раз тот самый случай. Момент, когда надо сделать правильный выбор.
Перед глазами мисс Мэри возник образ Бугая с перекошенной одноглазой физиономией и занесенной для очередного удара рукой…
Она вздрогнула.
Размышлять о вечности можно бесконечно. А убить людоеда, чтобы спасти жизнь конкретного человека, можно только здесь и сейчас.
— Кёнсан и загадки науки это, конечно, важно, — сказала Мэри. — Но мне нужны винтовки. Если сумеем раздобыть стволы и пресечь деятельность нескольких банд, то, может быть, получится пошатнуть всю систему.
— Я согласен, — решился Рик. — Убивать людей это плохо. Дэмио прав. Но только невинных людей. Солдаты полковника, сидящие на запасах пищи, виновны по самые уши. И продолжающие беспредельничать живодеры — тоже.
— Я тоже согласна, — сказала Кити. — Что бы мы ни делали, прежде всего нам необходимо оружие. Добро должно быть с кулаками. Кажется так?
Дэмио нечего было ответить. Он переводил взгляд то с Кити на Рика, то с Рика на мисс Мэри. Робингуды, которых неожиданно стало трое, молчали.
— Я не пойду убивать солдат из-за винтовок, — наконец упрямо сказал Дэмио.
— Ты волен поступать как знаешь, — пожал плечами Рик.
— Пойду в Кёнсан и попробую поискать ответы на вопросы.
— Отлично, — сказала Мэри. — Попробуем оба пути.
— Решено, — задорно согласилась Кити. — Дуй в свой научный городок, а мы атакуем «Кэмп Грей»!
ПУЛЯ 7
Эльфийская песнь
Из рассказов Рика мисс Мэри уже знала о Великих костяных полях на севере Сеула. Ушлый полковник, чтобы не допустить в Мегаполисе эпидемий, в первые недели после окончания знаменитых Уличных войн заставлял ганги трудиться не покладая рук. Сеул в эти памятные, полные отчаяния дни вспыхнул миллионами погребальных костров. Прах вывозили, выносили, сметали, скатывали, чистили, ссыпали и складывали в брикеты. Его ковыряли лопатами и скребками. Везли на тележках, тащили в носилках и ведрах, в бочках и тазах — в любых мало-мальски пригодных емкостях.
В результате столь упорной человеческой деятельности на окраинах Мегаполиса образовались Великие костяные поля из человеческих останков. Сплошной серо-черный ковер протянулся от великого города до самого горизонта, сделав пейзаж в этом месте монохромным. Куда бы ни бросил взгляд одинокий путник, оказавшийся в окрестностях некогда процветавшего города, он мог увидеть перед собой только темный прах.
На этой колоссальной площади колонель, обладавший очень живым и весьма практичным воображением, решил создать свои будущие плантации. Следующей весной Великие костяные поля должны были превратиться в Великие зерновые. Удобренная земля могла дать, по мысли полковника, такой урожай, какого еще не видел Полуостров.
В последние несколько дней частый ливень раскрасил гигантские поля смерти в окончательно унылые, грязно-коричневые тона. Над полями не показывались даже редкие падальщики, расплодившиеся здесь в первые недели после массовых захоронений. Грифы, волки, дикие псы, как и прочие хищники, совались к многочисленным гангстерским мясобойням. Но там их либо отлавливали, либо гнали прочь. Хищники, огрызаясь, уходили все дальше и дальше от Мегаполиса.
А поля пустовали.
Безрадостное однообразие равнины из праха разбавляла лишь одинокая грунтовая дорога, проторенная две недели назад армейскими грейдерами от городских окраин к базе «Кэмп Грей». Для Кити, Рика и Мэри идти по дороге означало стать заметными для наблюдателей с биноклями на постах охраны, разбросанных по периметру. В планы налетчиков подобный расклад не входил.
Пришлось жертвовать комфортом и брести по стылой грязи, вязнуть по колено в золе, скользить по желтым костям. Погребальное месиво вызывало отвращение и холодный, вяжущий душу страх. К пустым глазницам черепов и хрусту позвонков мисс Мэри привыкла только пару километров спустя, когда усталость стала медленно затмевать брезгливый ужас.
С Дэмио расстались хорошо. Кити милостиво выделила очкарику немного продуктов. Рик поделился самодельной кожаной обувью и одеждой. Натянув на голову капюшон и закинув на спину заплечный мешок, юноша попрощался и уверенным шагом отправился в сторону университета Кёнсан. Из оружия у него был только нож, также благородно подаренный Риком. Но Дэмио не требовался нож, поскольку сама мысль об убийстве вызывала в нем протест.
«Быть может, он лучше нас троих вместе взятых? — размышляла мисс Мэри, глядя на удаляющуюся в сторону далеких золотых сполохов худую фигуру. — Быть может… Однако, меняет ли это дело?» Думая так, она прислушивалась к себе. В ее сердце ничего не происходило. Истинная сущность анабиоза, этого удивительного феномена, перевернувшего жизнь целого биологического вида, разумеется, волновала ее. Но воспоминания о Бугае и гангах-людоедах вызывали чувства куда более зримые и живые. Мисс Мэри одергивала себя. Она приняла правильное решение. Мозг требовал информации и ответов на вопросы, но слабые руки нуждались в оружии куда сильнее. А значит — ее ждал «Кэмп Грей».
Идти вперед становилось все труднее. Шагать по полям из пепла в сезон осенних ливней было равносильно блужданию по болотным топям.
Мисс Мэри шлепалась, поднималась, смахивала грязь с коленей, одежды, рук и лица. Легконогая Кити выглядела чуть лучше, но было видно, что путешествие ей тоже не доставляет удовольствия. Только неутомимый крепыш Рик чапал по месиву, наплевав на все неудобства. Его сильные ноги в высоких сапогах раздвигали жидкий глинозем, а за спиной уверенно покачивался тяжелый рюкзак с амуницией и припасами. Скрученные в узел полиэтиленовые пакеты и крепкие мешки для строительного мусора, использовавшиеся налетчиками для выноса трофеев, бечевка, наручники, немного воды и галет, аптечка с редкими уцелевшими медикаментами, эластичные бинты, а также небольшая, раскладывающаяся огородная тачка. Кроме привычных вещей, сейчас в рюкзаке были чистые женские вещи: белье, платья, сменная обувь, ленты для бантов крошки-Кити, кое-какая косметика. Этот арсенал был приготовлен для… атаки на базу.