Илья Тё – Игры Смерти (страница 13)

Количество выживших «светлых» душ стремительно сокращалось. Очень скоро Пожиратели отсекут всех, кто бежит, а значит, более всех боится, и примутся за их спрятавшихся товарищей. Душ все еще было много, но… нужно было отодвинуть себя как можно дальше в конец убийственного списка. А ну-ка…

— Слышь, Элька, положи болт на этих пылесосов! — воскликнул Дема. — Рожи у них уржаться, правда? Сосуны!

— Да и стремные какие-то, — Эльфийка поняла его мысль. — У производителей, видимо, нет другой расцветки. Я бы, например, фасончик сменила. Уродливые какие то!

— Ага, розовенький в горошек будет в пору! — Дем негромко, но уже откровенно заржал.

— Знаешь, у тебя нет чувства прекрасного, — Эля весело поморщила носик. — Ты ведь всё в камуфляж превратишь, мужлан!

Девушка шутила, при этом смотрела на Дементора, как на психа. Впрочем, ничего необычного, обстановка, так сказать, располагала к быстрому мышлению. Увидев, что Дементор не сошел с ума, а действительно пытается помочь, красавица улыбнулась.

— А чем плохи цвета хаки? — подмигнул ей Дементор.

— Не по сезону!

Почувствовав поддержку, Дем стал шутить и смеяться. Сначала осторожно, совсем неуверенно, глупо и невпопад, но потом всё удачней. Говорили они с Элей негромко, но страх, должно быть, уже не излучали.

— Я думал у неоготов одежда под настроение, — сказал Дементор, — главное, чтобы все в одном и том же. И не стирали неделю!

— Это гламурные консерваторы пятого толка, мой милый, — поправила Эля. — Ты вот путаешь их с новыми течениями. Мы — свежее поколение готики! Мы — загорелые!

— Свежее?

— Я мылась, если ты об этом!

— И не в чёрном?

— В прозрачном, блин! — Эля весело рассмеялась. И действительно, цвет ее очертаний снова стал ярко-розовым, лишенным пепельного оттенка.

— В общем, чёрного в вас уже ничего не осталось? — подытожил Дем.

— Выйду из этой Игры, точно не останется, — обещала Эльфийка. — Я создам новое течение.

— Да ты новатор субкультуры!

В голову лезла смешная чушь, обрывки анекдотов, баек и глупых случаев.

Душа их смеялась.

Постепенно, они прошли воспоминаниями по всем приятным и весёлым моментам из собственной жизни и жизни близких друзей. Вспоминали, как весело проводили время вместе, когда не было никаких трудностей и проблем. Как собирались всем народом и просто проводили время. Они не боялись ничего в реальной жизни, а значит — не было причин бояться в Игре.

Когда, спустя еще полчаса, пожрав парализованных товарищей, чудовищные создания, пробрались к Дементору и Эльфийке, они шарахнулись в стороны.

Спустя еще некоторое время, они выбрались из груд, парящих в воздухе, но неподвижных прозрачных трупов. Отряды пожирателей, словно отсчитав своими убийствами определенное количество жертв, оставили место бойни. Когда Дементор и Эля нашли их на небосводе, тёмные существа уже исчезали вдали, в облаках, истончающейся линией на самой границе видимости.

Пожиратели ушли. Однако кроме Дементора и Эли, выжить посчастливилось очень немногим.

— Ну что, шагаем на следующую ступеньку? — спросил Дем, пряча грусть глубоко внутрь себя. Действительно, Игра оказалась… необычайной. По крайней мере, Дементор никогда не сталкивался со случаем, чтобы боты реагировали на человеческие эмоции — питались ужасом и боялись юмора. Безусловно, мастерство разработчиков потрясало. Интересно, почему о таком умопомрачительном, по настоящему качественном прорыве совершенно не говорилось в рекламе?

Дементору остро захотелось пройти всю Игру от начала и до конца. И, конечно, ни разу не проиграть. В его жизни случались поражения и победы, но нигде кроме Игры, невозможно было связать поражение со смертью, а победу — с выживанием, с пробежкой по самому краю, по лезвию ножа. Так что Дема не собирался сдаваться. Только не здесь. Только не сейчас.

— Уверена, мы эту Игру по стенке размажем! — почувствовав его настроение, воинственно обронила Эля и… обняла.

Руки ее привычно скользнули сквозь прозрачное тело Демы, он от удовольствия прикрыл глаза. И вдруг с удивлением обнаружил, что свет померк.

Сознание готовилось к загрузке следующего уровня!

Песок поглотил костяные ноги Веды по щиколотку. Если бы на костях еще оставалась кожа, она, вероятно, получила бы множество ожогов. Песок был горяч как в Аду. Горяч, словно раскалённая сковородка!

Палящее солнце ощущалось даже без кожи и жгло невыносимо. Возможно, если бы их защищали от жары белые бедуинские одежды, Зевс и Ведьма держались бы лучше.

Но одежды не было. Белыми оставались лишь кости.

Игроки находились в пустыне. В настоящей пустыне!

Степь, которую они с Зевсом оставили на прошлом уровне, по сравнению с новой реальностью казалась просто раем.

Общий вид, впрочем, оставался тот же. Унылая равнина, ограниченная со всех сторон только холмами песчаных барханов. Даже море на горизонте исчезло.

«Блин, задница какая-то», — подумала Ведьмочка. Раньше Веда видела барханы только в книгах и фильмах. Она никогда бы не поверила, что под Куполом существуют такие смертельные, даже смертоносные места. Однако, окружающий ее пейзаж выглядел слишком натурально. Графический движок игровой программы мог создать любой вид. Мог генерировать запахи. Даже перепады температуры. Но полнота ощущений, которую Веда переживала сейчас, превосходила все возможности виртуальных декораций в сотни, если не в тысячи раз!

Девушка-скелет могла поклясться, что под обжигающими лучами солнца едва не плавиться под ногами песок!

Действительно, песчинки под костяными стопами совсем походили на обычную мелкую каменную фракцию. Они с Зевсом брели по песку ИЗ СТЕКЛА. Солнце, слава богу, только приближалось к зениту. И Веда боялась представить, что будет, когда смертоносные лучи станут ПРЯМЫМИ.

Да и солнце ли это?

Веда обернулась и посмотрела рубиновыми «глазами» скелета на жуткое светило. Похоже, в пустынном мире только наступил рассвет. Солнце висело над горизонтом, а значит, температура на поверхности едва начала повышаться. Шар светила казался несоразмерно огромным. Ведьма плохо разбиралась в астрономии, но понимала — то, что она видит перед собой, больше привычного земного солнца как минимум в два или три раза. Глаз светила был настолько огромен и висел так низко, что походил скорее на гигантский прожектор, чем на согревающую звезду.

Веда встряхнулась и снова опустила взгляд в песок. «Какое счастье, что я не являюсь человеком в данный момент, — подумала она. — Даже век не разомкнуть. Глаза ослепнут и высохнут, сварятся как яйца вкрутую… Я растаю, как таинственная Снегурка, что жила в какой-то загадочной северной стране, вместе с таинственной зимой, что приходила в мир, пока люди не научились контролировать погоду. А Зёме после этого придется собирать меня по каплям. Блондин, впрочем, такой ленивый, что обязательно забудет пару запчастей… Так, шутки ради».

Ведьма улыбнулась. Сознание мигом выскользнуло из дебрей, оставив глубины таинственных рассуждений до следующего раза. «Это Зёма-то меня соберёт? — ухмыльнулась девушка. — Да его самого надо будет собирать! Может песок его немного отчистит, словно фильтр воду в те старые времена, когда вода в реках была грязной».

Идея с песком, безусловно, являлась преувеличением. Будучи школьницей, Веда не могла поверить, что в далеком прошлом люди действительно уничтожали реки, из которых пили. Разумное существо не могло быть врагом самому себе. Верно, врали все хроники, пугали, словно в детстве страшными рассказами. Разумный человек не травил себя сам, расскажите это кому-нибудь другому.

— Тебе забыли включить функции движения или ты зависла, словно древний компьютер? Добро пожаловать в музей Пентиума, а?

Стоящий рядом с Ведьмой Зевс громогласно захохотал, потом играючи сбил девушку-скелета с ног. Потом подхватил на руки и принялся раскручивать, легко, словно надувную игрушку.

— Ведьма! Очнись! — кричал он. — Мы в Играх Смерти, помнишь? Так что играй или умри. Тупит она тут стоит!

«Это сейчас он такой сильный, так бы чёрта с два поднял, — подумала Ведьма. — Все же у скелетов много отличий от обычного Игрока. Устойчивость к страшной жаре… масса, опять же».

Земля и небо поменялись местами. Мысли покинули пустой череп, не успев окончательно сформироваться. Подлец бросил Ведьму в песок!

— Ведьма! — Зёма навис над напарницей, закрывая торсом солнце, которое, впрочем, продолжало просвечивать сквозь голые ребра и позвоночный столб. — Вставай давай! И давай вставай! И вообще разберись уже, что тебе нужнее. Нам в отличие от первого этапа выдали ржавый нагрудник, ещё более ржавый шишковидный шлем и меч. Кстати, сейчас я его испытаю… Кстати, конкретно на тебе!

«Так, приколы кончились, — мрачно подумала Ведьма. — Мечи это уже серьёзно. Можно и черепа лишиться, мало ли что этому идиоту в башку придёт».

Она прыжком вскочила на ноги из положения лёжа, на мгновение ощутив себя акробаткой вроде Кима. Сила и гибкость воина-скелета, слава богу, позволяли подобные вещи с единственным ограничением — лишь бы не выскочили из хрупких суставов старые, полуистлевшие кости.

Ведьма огляделась.

На широких огненных барханах, под обжигающими лучами гигантского светила, взвивая в воздух вековую пыль, топтались тысячи скелетонов. Они бились мечами, проверяли доспехи. То, что перед ней происходит не битва, а именно разрозненные тренировочные бои было понятно по смеху и шуткам, разносившимся над песками, а также по самому характеру скопления — в массе скелетов не было ни шеренг, ни рядов, все рубились хаотично и как-то понарошку, без разлетающихся вдребезги черепов и отрубленных конечностей.