Илья Соломенный – Странник (страница 18)

– Маг, значит, – протянул всадник, – Что ж, раз так, то вам повезло. Чем докажешь?

Я пожал плечами, стараясь выглядеть расслабленным, и сформировал над рукой огненный шар. Всадники не выразили особого удивления, а их главный удовлетворенно кивнул. Я вернул энергию заклинания в Источник.

– Как нам доказать, что мы обычные путники? Мы не желаем создавать проблем владыке Наеги, и просто хотим продолжить наш путь, – спросил я.

– Это будет решать сам владыка, – отрезал всадник, – собирайтесь. Мы поедем в наш замок. Оружие можете забрать, но даже не думайте выкинуть какой-нибудь номер – мигом образумим.

Что-ж, спорить я не стал. Во-первых: это было бессмысленно. Во-вторых: нас повезут к жилью. Да еще и к самому крупному на многие сотни километров вокруг. Там есть люди, есть вода и еда. Это облегчит наш путь, а с таким сопровождением уже можно не опасаться никакого нападения. Что до загадочного владыки Наеги – то я совершенно не опасался, что он обвинит нас в чем-нибудь.

В самом деле, эта была бы полная глупость. На степняков мы не похожи, и приписать нам разрушение поселения… Глупо, как я и говорил. А люди, которые умудряются выживать в степи, вряд-ли отличаются скудным умом. Умный правитель, скорее, воспользуется услугами такого человека, как я. "Стоп, стоп, стоп, Дангар. Опять ты скачешь вперёд коня".

Мы не стали задерживаться – настаивать на завтраке я, честно говоря, просто не решился, понадеявшись, что по прибытии нас накормят. Ну и в пути можно пожевать немного вяленого мяса. Так что, собрав свои пожитки и оседлав лошадей под пристальными взглядами разъезда, мы отправились в путь.

Нас никто не тыкал копьями и не подгонял – но как-то само собой получилось, что вокруг постоянно были другие всадники, «державшие» нас с трех сторон. Про себя я лишь усмехнулся такой страховке. Ещё три двойки людей регулярно отделялись от отряда и проверяли близлежащие окрестности, а затем возвращались обратно.

Некоторое время мы рысью двигались на юго-восток. Потом перешли на шаг и я, как и планировал, перекусил мясом и черствым хлебом прямо в дороге. Запив его это водой, решил прояснить некоторые моменты у главы всадников. Ударив лошадь пятками, догнал его, ехавшего ближе к голове отряда. Удивительно, но мешать мне никто не стал.

– Вы так и не представились, – сказал я, приближаясь к нему, и придерживая поводья.

Светлоглазый мужчина, с лёгкой русой щетиной, одарил меня холодным взглядом.

– Инэй. Я старший сын второго брата владыки Наеги, и командир отряда Соколов.

– Рад знакомству, Инэй. Я заметил, что ваши товарищи очень напряжены. Это связано с нападением?

– С нападениями, – поправил он меня, – но если рассчитываешь, что я расскажу тебе о том, что тут у нас происходит – ошибаешься. Владыка сам решит, что тебе нужно знать. Еще год назад мы бы даже не спросили ваших имен, и не обратили на вас внимания, но… Времена изменились. И теперь приходится быть осторожным.

– Понимаю, – кивнул я, – Что ж, мы с радостью предстанем перед владыкой.

– Не стоит торопиться, – покачал головой Инэй, – для начала мы проедем по маршруту патрулирования. Придется вам некоторое время покататься с нами. И давай без глупостей, Дангар из Риноры.

Я лишь кивнул, и ничего не ответил. Надо – значит надо. Сейчас от меня ровным счетом ничего не зависело. К тому же, вскоре я уже был частично осведомлен о планах всадников. Благодаря своему Таланту, разумеется

С нами они говорили на общеимперском, разные диалекты которого были достаточно распространены на континенте. Хотя бывали и дремучие углы (такие как Корневище), где народ общался лишь на местном наречии. Но в пределах старых торговых путей на языке бывшего Императора-мага болтали вполне сносно даже городские бродяги.

А вот между собой мужчины переговаривались (как я узнал позже), на боевом языке рода Наеги. Это был странная смесь свистящей речи и огромного количества самых разных жестов. На первый взгляд, осознать такое совершенно невозможно, если не обучаться с самого рождения. Но только не для меня.

Конечно, воины Наеги совершенно не опасались, что их поймут – откуда путникам из дальних земель знать то, чему обучают только кровную родню? То, что среди этих путников есть маг, который, в теории, может прочесть их мысли, всадников, похоже, мало волновало. Или они об этом просто не подумали, не знаю.

Понятно, что я такого провернуть не мог. Не пробовал ни разу, не представлял, с чего вообще начать, да и никого, кроме Учителя, кто мог бы такое сделать, не встречал. Но предположить такую возможность глава нашего конвоя всё же мог бы?

Впрочем, я не знаю, насколько здесь привыкли видеть магов. Судя по спокойной реакции всадников, для них колдовство не было чем то особенным. А если так – они должны были знать, что чтение мыслей – удел очень сильных чародеев. Которым не двадцать с лишним лет, и которые не путешествуют по степи практически с голым задом.

Что же мне удалось подслушать, пока мы добирались до первого пункта нашего маршрута? Оказалось, что отряд Сокола отправился по территориям владыки Наеги неделю назад. Прошлая патрульная группа, объезжающая пределы владений, обнаружила следы нескольких отрядов, которые пришли с востока. Но обратных следов вдоль всей границы (ума не приложу, как они различают ее в Степи) не нашли. А это значило, что кочевники все еще находились на территории рода Наеги.

Понятно, что это могли быть следы путешественников, или мирных кочевников, которые просто ехали на запад. Но в последнее время с той стороны кроме вооруженных отрядов диких Фарахтов никто не приходил, и подобная вылазка с их стороны была далеко не первой.

Также я услышал о небольшом отряде юных всадников, который покинул крепость рода Наеги три дня назад. Он должен был посетить две ближайшие деревни, и вернуться, но ни в одной из них его не видели. Недалеко от второй деревушки нашли следы отряда – и еще одного, гораздо большего. Было непохоже, что там произошло сражение, следы и тех, и других всадников уходили на север, но прошедшая буря уничтожила все зацепки, по которым можно было продолжить поиски. След, к слову, исчез за полдня пути до сожженного хутора.

Сейчас Инэй, которого отправили на поиски парней, решил проверить ближайшую деревню. Она находилась очень близко к восточной границе земель рода Наеги. Пилить туда, по словам всадников, надо было еще полтора дня. Так что все это время мы провели в дороге. С нами никто не говорил, но и во время привалов не связывали. В основном, потому что каждую ночь вокруг лагеря дежурили пятеро людей, сменой по три часа. Они совершенно не опасались нашего побега – куда бежать в степи? Догонят в два счета, на своих-то длинноногих конях. А если бы мы задумали подраться... Ну тут уж без комментариев.

Мы совершенно не рыпались. И хоть я и рассказал о том, что услышал, братьям-телохранителям, мы не стали обсуждать эту тему. Незачем было выдавать свое знание их кровного языка, да и все мы не особо-то и удивились такому рассказу. Нечто подобное, только в общих чертах, нам говорили и в Товедо, и встреченные южане. Просто мне в очередной раз удалось загреметь прямиком в эпицентр событий. О чем я, признаюсь, очень жалел. И до последнего надеялся, что на этот раз пронесёт.

Деревушка, в которую мы прибыли, оказалась целой. Правда выглядела она… Ну очень уж неказисто. С полтора десятка глиняных домов одинаковой формы расположились на берегах небольшого ручья – не более трех метров в ширину. Никаких заборов, никаких калиток. Из деревянного – только двери. Вдоль ручья, сразу за поселением, растянулись неровные прямоугольники обработанной земли. Похоже, через несколько недель начнется посевная, но сейчас поля выглядели просто мешаниной рыжевато-черной грязи. Люди, впрочем, производили не лучшее впечатление.

Всадников выскочила встречать вся деревня – мужики в длинных серых рубахах и такого же цвета штанах. Женщины в сарафанах до пят, перехваченных на поясе тонкими желтыми поясами (у мужиков были черные). Пара стариков и три бабки, с десяток ребятишек в возрасте до десяти лет – чумазых, крикливых и очень худых. И вид у местных был далеко не веселый. Разве что у детей. Наверное, тяжелая зима. Не представляю, как эти селяне умудряются выживать в таких условиях в течение долгой зимы, когда заниматься сельским хозяйством просто невозможно… На нас с Сейвалом и Финвалом косились – уж слишком сильно мы отличались и от крестьян, и от всадников.

Как стало понятно из дальнейшего разговора, который Инэй вел со старостой этого поселения уже на каком то имперско-степнячном диалекте, здесь никто потерянный отряд не видел, ровно как и кочевников. Но зато охотники, вернувшиеся пару дней назад, рассказали о кострах, дым от которых заметили в дне пути к юго-востоку от деревни. Это было достаточно далеко для пешего, но для всадника подобное расстояние не являлось серьезным.

Поразмыслив, Инэй решил оставить в деревне большую часть отряда – на случай неожиданного нападения степняков. Они должны были задержаться на три-четыре дня, изучить местность. Если кочевников в округе не обнаружится – они вернуться в замок. В случае обнаружения крупного отряда противника нужно было послать за подкреплением и удерживать поселение (интересно – как?). Сам же командир Соколов с еще шестью воинами и нами решил отправиться к крепости рода Наеги напрямую. Отсюда до нее было «всего» два дня энергичной езды.