Илья Соломенный – Печать Пожирателя 5 (страница 15)

— Это я, дед. Ты в безопасности. Вот только… Ненадолго.

Он дёрнулся, словно от удара, сел, сжимая голову руками.

— Дерьмо… Дерьмо! Оно… во мне… — выдохнул он, прежде чем его глаза вновь вспыхнули багровым светом, — Я чувствую!

Я вцепился пальцами в ключицу Дмитрия, и принялся вливать в него поток целительной энергии, смешанной с магией крови — это было единственное, что пришло мне в голову.

Дед взревел, но я уже вцепился в его эмоции, успокаивая бушующую внутри старика тьму. На миг показалось, что я слышу чей-то далёкий, полный ненависти смех…

А затем дед обмяк, теряя сознание.

— Юсуф, помогите мне! — прохрипел я, укладывая деда на землю.

Набиев, бледный как полотно, кивнул и встал на ноги. Пришлось подождать, пока он переоденет грязные одежды (чтобы не вызвать лишних пересудов среди домашних), отправит охранника от комнат дела подальше, и убедится, что на пути нам не встретится слуг. Лишь после этого, немного отдохнув и придя в себя, я затащил деда в дом и уложил в кровать в его комнатах.

— Что это было, Марк? — прошептал Юсуф, глядя на друга, словно на призрака.

— Заражение… Вампиризмом, — я серьёзно посмотрел на хана, — И я… Я бы хотел попросить вас не делать поспешных выводов.

Юсуф сложил руки на груди и нахмурился.

Его глаза неотрывно следили за Дмитрием.

— Твой Ата — мой близкий друг, Марк. И… Несмотря на то, что он едва не закусил мной… Я подожду. Никакой полиции. Пока, — Хан покачал головой, — Если они узнают… Дмитрия объявят нару — проклятым. И убьют.

Я стиснул зубы. Юсуф был прав.

— Я разберусь с эти, хан. Обещаю.

— Как?

— Пока не знаю… Есть пара мыслей — но для их подтверждения мне нужно поймать тварь, которая совершает нападения.

— Так вот, что ты делал весь день? Выслеживал её?

— Можно сказать и так.

— Связано ли это со слухами, что она пробралась в полицейский участок?

Тёмные глаза Юсуфа внимательно вглядывались в моё лицо.

— Ещё как связано…

— Расскажешь?

— Думаю, чем меньше вы будете знать — тем лучше.

Хан покачал головой.

— В таком случае я не смогу тебе помочь, Марк.

— Вы и так уже сделали больше, чем нужно, — усмехнулся я, — Но против Варг’Шада я не попрошу вас выйти.

Юсуф, услышав имя монстра, вытаращил глаза и осенил себя крестным знамением.

— Откуда… С чего ты взял?

— Я видел его, хан. Видел.

— И остался жив?

— Я быстро бегаю. А тварь не любит солнца — как и все вампиры.

Хан Набиев смотрел на меня так, словно думал, что я рехнулся.

— Ты не шутишь… Ты и правда веришь…

— Я знаю, о чём говорю!

— М-да… Признаться, я думал, Дмитрий преувеличивает насчёт твоих достоинств и способностей, но… Теперь вижу, что он, скорее, тебя недооценивает…

— Я бы с радостью узнал, что Ата наговорил вам, хан, — усмехнулся я, — Но сейчас нужно заниматься другим.

— Если ты рассчитываешь найти лекарство… Марк, я не хочу лишать тебя надежды, но от укуса Варг’Шада его нет.

— Знаю. Но думаю, что смогу создать его.

— Ты самоуверен… Все вы, юноши, такие… Ты же понимаешь, что эта самоуверенность может стоить тебе жизни?

— Разумеется. А ещё я понимаю, что если не сделать ничего в ближайшую пару дней — дед превратится в монстра и начнёт жрать людей. Выбора всё равно нет.

— Выбор есть всегда.

— Само собой, — я потёр виски, — Можно увезти деда ночным рейсом обратно в Кострому, и он проведёт остаток жизни в ночи, питаясь кровью животных и случайных преступников — если не сорвётся и не начнёт убивать невинных людей. А можно прямо сейчас вогнать ему в сердце осиновый кол. Вы что предпочитаете?

На мои грубые слова Юсуф ничего не ответил, лишь показал раскрытые ладони — знак примирения.

— Ты его внук — тебе и решать, — кивнул он, — Я помогу, чем смогу, и буду молчать… Сколько потребуется. Но Марк… Если пребывание твоего деда будет угрожать жизни моей дочери…

— В таком случае — я всё сделаю сам, — отрезал я, — А пока… Устрою вокруг кровати небольшое защитное поле из заклинаний света. Пока дед не попробовал человеческой крови — он слаб, и не сможет преодолеть барьер. Но… В его комнату никто не должен входить — особенно Айше. Отпустите лекарей, придумайте что-нибудь… Охрана пусть остаётся, но соваться внутрь им запретите. А на окно нужно поставить решётку. Её я тоже заколдую.

— Хорошо. Я всё сделаю.

— Оставите нас ненадолго? — попросил я, усаживаясь рядом с дедом, — Мне нужно поговорить.

— Хорошо, Марк.

Когда он вышел, я возвёл вокруг кровати контур из заклинаний света. Не особо сильных, но способных испепелить новообращённого вампира до состояния головёшки. Не убить — но обезвредить на сутки, или даже больше.

А когда закончил, истратив сразу два энергокристалла — уселся на стул рядом с дедом и разбудил его, шарахнув психику небольшим эмоциональным ударом.

Дмитрий медленно открыл глаза. Его взгляд, всё ещё мутный и кровавый, скользнул по моему лицу.

— Марк… — прохрипел дед, пытаясь приподняться на локтях, — Что… Чёрт, что это было?

Я положил руку ему на плечо, заставляя лечь обратно.

— Ты напал на Юсуфа. Помнишь?

Он замер, а затем его лицо исказилось гримасой боли и стыда.

— Нет… То есть… Помню куски… Всё словно в тумане. Я слышал голоса, чувствовал запах крови… Но не мог остановиться, — Он вдруг резко схватил меня за запястье, — Марк, скажи мне правду. Я… Я превратился в это?

— В вампира, да, — ответил я, и внутри у меня всё сжалось.

Дед откинулся на подушки, закрыв глаза. Его пальцы вцепились в край простыни.

— Проклятье… Проклятье! Так вот откуда этот голод… Он такой сильный, Марк…

— Я знаю, знаю…

— Почему ты не убил меня? Почему Юсуф этого не сделал⁈ — оскалился Дмитрий, и я увидел, как удлиняются его клыки, — Отвечай!

В голосе деда прорезалась прежняя твёрдость, однако он был слаб — и ментальная команда, свойственная вампирам, никак на меня не подействовала.

— Потому что я верю, что тебе ещё можно помочь.

— Ты шутишь? — рассмеялся дед, — Вампиризм неизлечим, это всем известно!