Илья Соломенный – Не время для героев. Том 4 (страница 48)

— Это не имперские корабли, — замечает Беренгар, — А драккары северян.

— Сколько их?

— В пределах того, куда я могу заглянуть — больше сорока. Дальше установленных по побережью маяков не видно, но они тянутся и тянутся. Думаю, их больше.

Я сокрушённо качаю головой. Это не простая делегация — в таком-то количестве... Это исход. А значит — в землях Торса дела тоже идут не очень...

— Что ж, — я поднимаюсь с кресла. — Думаю, к нам пожаловал сам конунг. Нужно встретить его лично.

В порту царит небывалое оживление.

Везде суетится народ, со складов на корабли грузят провиант, ящики с инструментами и сырьём, в трюмы загоняют животных, грузят людей. В небольшом заливе постоянно что-то движется — одни суда причаливают, другие напротив, уходят в море.

Работа не останавливается ни на секунду, ни днём, ни ночью. Как ни странно — люди совершенно спокойны, и никаких беспорядков нет. Все верят моим словам, моему обращению, которое после возвращения с войны на главной площади Терразора слушали тысячи людей.

Я пообещал вывезти из столицы на Сонный остров всех, хоть и знал, что это невыполнимо...

Беренгар прав — всегда приходится выбирать. И я выбрал ложь, чтобы избежать беспорядков и успеть спасти наибольшее количество людей, какое только возможно.

Впрочем, с драккарами северян, может, и получится сделать это... Если верить разведчикам и Сейнорай, у меня ещё есть три декады...

К тому моменту, как я прибываю в порт, в узкое, единственное свободное пространство лоции заходят два драккара. С низкими бортами, одинокими парусами, сейчас опущенными, и десятками гребцов, умело орудующих вёслами, своими носами, украшенными резными фигурами северных идолов, корабли стремительно разрезают воды залива. Обогнав несколько грузовых флейтов, ожидающих своей погрузки, драккары направляются к только-только освободившимся центральным причалам.

— Владыка... Повелитель... Господин... — кланяются мне все, кто только попадается по пути.

После возвращения с войны, после легенд и историй, которые окружили мою персону, мой народ относится ко мне иначе, чем раньше. Теперь жители Ялайского королевства считают меня не просто своим правителем, а чуть ли не полубогом...

Это касается всех — и простолюдинов, и колдунов, и солдат. Даже командный состав и мои приближённые с почтением опускают глаза в разговорах со мной. Даже Тормунд, чудом выживший в мясорубке при отступлении от Рудных гор и видевший, в кого меня превратила перчатка, даже Иссель, которая всегда была со мной открыта и честна, Даже Гойц и генерал Кронос — все, кроме Айрилен, Сейрана и Беренгара относятся ко мне с таким почтением, что поначалу мне было не по себе.

А сейчас... Сейчас у меня другим голова забита.

Я жду незваных гостей на самом краю пирсов, в окружении десятка дайнхаммелов и такого же количества малефиков. Солдаты, маги, моряки, рабочие и простой люд, снующие по портовому кварталу, с интересом поглядывают то в сторону незнакомых кораблей, то на меня, неподвижно замершего в ожидании.

Ветер треплет меховой плащ, и солёные брызги взмывают перед лицом, когда драккар останавливается у самого причала. На его носу, держась за деревянного идола одной рукой, замер здоровяк, ростом превышающий любого из моих воинов.

Конунг Торс собственной персоной, как я и думал...

Золотистая борода всё также заплетена в косу, нос всё также приплюснут, косой шрам через всё лицо, волчий оскал, заменяющий северянину улыбку, здоровенный молот, закреплённый за спиной.

Выглядит здоровяк точно так, как когда мы с ним распрощались в марнийских горах. Отличие только одно — плащ из белоснежной шкуры убитого мной гигантского летающего льва.

Торс спрыгивает с носа драккара и приземляется прямо передо мной. Толстые доски причала жалобно скрипят под его весом.

— Хэлгар! — ревёт он, раскинув руки, — Тёмный владыка и мой друг, ха-ха-ха!

Его слегка сумасшедшая жизнерадостность и искренняя радость от встречи сразу заставляет меня улыбнуться. Мы были знакомы с предводителем северян совсем недолго, однако я чуть ли не физически чувствую в нём настоящее, а не показное дружелюбие. И, в отличие от моих подданных, он относится ко мне точно также, как и тогда, когда мы охотились в Марнийских горах.

А потому на мгновение я забываю о своих тревогах.

— Рад встрече, Торс.

Он делает шаг вперёд и стискивает меня своей медвежьей хваткой, да так, что кости трещат! Похлопывая конунга по спине, я чувствую, как напрягается моя охрана, слышу шелест стали, когда дайнхаммелы вытягивают из ножен клинки, и чувствую, как вибрирует магия, подготавливаемая малефиками.

Торс тоже это замечает. Он фыркает и отпускает меня.

— Твои люди беспокойные.

— Есть отчего, — усмехаюсь я и смотрю на серьёзные лица воинов в драккаре. — Как и твои.

— Хах! Что есть, то есть! — здоровяк взмахивает левой рукой без двух пальцев, которые я отрубил. — Путешествие было не из лёгких. Да и причины, по которым мы сюда пришли... Погоди, ты же не против, что я заявился без приглашения?

— Не против, — снова улыбаюсь я. — Я же сам звал тебя.

— Точно-точно! Припоминаю что-то такое! Но ты же явно не рассчитывал, что я приведу с собой столько братьев и сестёр?

— Ничего, к нам в последнее время приплывает много... Гостей.

Торс снова громоподобно хохочет и даёт знак своим людям:

— Выбирайтесь, скады! Разгружайте провиант и будем пировать! Отметим встречу старых друзей! Хэлгар, — он поворачивается ко мне. — Найдётся человек, который разместит часть моих людей здесь? У нас всё своё, но место, извини, не захватили.

Он скалится своей немудрёной шутке, и я киваю.

— Кронос!

— Да, повелитель?

— Отряди людей, чтобы расположили наших северных друзей в свободных домах портового квартала. У нас в последние дни появилось много места.

— Разумеется, владыка.

— Не бойтесь, — беспечно замечает Торс. — Это мои ближние. Они будут хорошо себя вести... Пока к ним не станут приставать.

— Не станут. У нас, как ты видишь, много дел.

— Вижу, конечно. Потому мы и здесь, — смурнеет конунг. — Нас много, Хэлгар. Ещё пятьдесят драккаров выстроились вдоль побережья и не стали перегораживать выход из залива, когда увидели, как курсируют твои корабли.

— Кронос, заводите суда скадов по одному-два, пока есть место, пусть швартуются. Но Торс, чтобы не загружать гавань, большинство кораблей придётся оставить за её пределами.

— В этом нет нужды, юный владыка. Мы оставим драккары вдоль побережья, чтобы не терять времени на разгрузку и погрузку.

— Чувствую, нам есть о чём поговорить.

— Точно так! — кивает здоровяк. — Как я уже говорил, есть причины, по которым я привёл сюда своих людей... Их остатки... В ближайшие дни прибудет ещё несколько драккаров, но...

На его лицо набегает тень. Вся весёлость Торса мгновенно испаряется, когда речь заходит о серьёзных вещах.

— Я догадываюсь, что привело тебя сюда, друг, — оставив охрану позади, я приглашаю конунга к карете, которая привезла меня в порт. Усевшись внутрь, мы закрываем дверь, я командую отправляться в замок.

— Чудовища из глубин, Хэлгар... Чудовища из глубин. Огромные и мелкие... Владеющие магией и просто дикие, одинаково хорошо рвущие зубами и когтями как человеческую плоть, так и сталь, и камни...

Услышав это, я скрежещу зубами.

— Значит, на севере оставаться тоже опасно? Я посылал туда своих разведчиков, и послов к тебе отправлял, но они пока не вернулись.

— Севера больше нет, — глухо отвечает Торс. — От него остались лишь жалкие ошмётки, юный владыка. Те, кто прибыл люда — последние из скадов. Последние из тех, кто выжил, из тех, кого мне удалось собрать...

— Я сочувствую тебе, Торс... Жаль... Жаль, что всё так вышло.

— Нет времени жалеть, Хэлгар, — качает головой конунг. — Нет... Мы шли под парусами и гребли день и ночь, чтобы успеть к тебе в королевство. Чтобы предупредить.

По спине пробегают мурашки.

— О чём?

— Твари, выбравшиеся из глубин, идут на юг, юный владыка. И идут быстро. Мы их обогнали, но ненамного. Они закончили разрушать мои земли — и направились к тебе.

Я пытаюсь осмыслить услышанное.

— И как скоро...

— Думаю, не сегодня-завтра они доберутся до Морозных столбов. Если уже не миновали их.

Не сегодня-завтра?! Проклятье!

— Это значит...

— Что, самое большее, через декаду, первые твари появятся здесь, Хэлгар.