Илья Соломенный – Не время для героев. Том 4 (страница 31)
Додумать мысль не удаётся. От твари начинает исходить высокий, пронзительный звук, который бьёт по ушам, заставляя морщиться и скрежетать зубами от боли. Голова мгновенно начинает раскалываться, и от звука не спасают даже магические щиты.
Я вижу, как некоторые колдуны в моей ставке падают на колени, зажимая руками кровоточащие уши, вижу, как ряды резервов, стоящие у подножия холмов позади меня, дрогнули, пошатнулись.
Прежде чем я успеваю хоть что-то предпринять, звук резко обрывается, а в следующий миг по обе стороны из разлома вырывается огромная масса созданных Этерниумом тварей...
Они куда меньше паука — размером с жеребёнка, и больше похожи на ту мразь, что я встретил в Марнийских горах. Тоже с наростами Этерниума на хитиновых телах, но все отличаются друг от друга. У кого-то десятки лап, у кого-то всего пара, разное строение тел, разные головы, разные отростки, конечности — анатомия тварей сильно отличается друг от друга.
Но, несмотря на это, они двигаются слаженно — словно единый организм, кем-то управляемый. В мгновение ока волна этих созданий покрывает огромные участки земли, словно разрастающееся чумное пятно.
И с каждым ударом сердца из провала появляются всё новые и новые порождения Этерниума!
«Отступаем!» — командую я по ментальной связи своим войскам — «Отступаем, хрраш вас всех задери! Организованный отход! Принять боевые порядки!»
Приказ разлетается по командирам подразделений, уходит генералам и Мастерам, управляющим отрядами колдунов, достигает даже оставшихся в живых кейласов — и почти мгновенно моя армия приходит в движение. Ощетинившись оружием, видя прущий на них вал подземных мразей, воины Ялайского королевства шаг за шагом по размокшей грязи отходят на восток.
Я уже научен горьким опытом, и знаю, что простому войску не совладать с этой махиной. Но если я сумею подобраться к ней…
Тут поможет лишь одно... Проклятье! Трижды, четырежды проклятье! Из-за действий ублюдского Айтора мне снова придётся воспользоваться перчаткой!
«Тебе ведь нравится ощущать безграничную мощь? Нравится чувствовать себя повелителем мира? Нравится, мы знаем...»
— Заткнитесь! — рявкаю я вслух, заставляя дайнхаммелов и колдунов личной охраны, оцепивших меня, чувствовать себя неуютно.
Впрочем — куда неуютнее им оттого, что огромная масса созданных Этерниумом тварей катится в нашу сторону, и очень скоро будет здесь.
— Владыка, мы будем отступать? — спрашивает один из колдунов.
— Вы — да. Немедленно отходите к войску и сдерживайте этих уродцев столько, сколько сможете. А мне нужно подобраться ближе к этой твари, — отвечаю я.
А сам отстранённо думаю, выжил ли Дум-Дум и колдуны Гойца на той стороне разлома? За усилившимся ливнем и клубами пара, всё ещё поднимающимися из трещины в земной коре, ничего не разглядеть...
Ялайский пепел, как же хорошо, что Айрилен осталась в Лавенгейском валу!
— Как прикажете...
Я чувствую, как малефики переглядываются, чувствую, как в их головах зреют вопросы, и как они не хотят оставлять меня одного — но радует, что никто из них не спорит, полностью полагаясь на мои решения. Повинуясь приказу, колдуны и дайнхаммелы прыгают на лошадей и с гиканьем срываются с места, направляясь к отступающим рядам моей армии.
Рядом остаётся только один кейлас. Тот самый, на котором я сражался с многоножкой, и тот, на котором летал в земли дженгеров.
Надо бы ему имя придумать… Если выживет в этом сражении — так и сделаю!
— Ну что, друг, — я подхожу к нему, поглаживая по чешуйчатой морде. — Готов повторить наш смертельный полёт?
Летун выразительно клокочет, считывая мои мыслеобразы по ментальной связи, и я усмехаюсь. Чувствую, как он жаждет битвы!
Я запрыгиваю в седло и поднимаю зверя в воздух, когда порождения Этерниума достигают подножия холма. Я слышу их рёв и визги, ощущаю единую вибрацию, исходящую от их энергокаркасов — но мне плевать. Теперь эта мелочь до меня не доберётся, и я надеюсь, что не зря тренировал своих магов.
Полагаю, они способны дать отпор этой орде...
Шум ветра закладывает уши и забирается под одежду, дождь хлещет по лицу, в небе сверкают молнии — но я стараюсь не замечать всего этого. Заложив круг, внимательно осматриваю ряды своих войск, продолжающих отступать.
Удар сердца, другой, третий... Пятый.
Волна тварей докатывается до первых фаланг тяжёлых щитовиков и копейщиков — и в этот момент почти по всей длине войска вспыхивают магические удары. Слаженно, практически одновременно, заклинания разного порядка, но одинаково мощные, накрывают прущий вал монстров.
Огонь, лёд, земля, воздух, кровь, тьма — я даже за шумом стихии слышу гул взрывов! И вижу, как мощнейшее и сплочённое колдовство моих магов заставляет атаку тварей захлебнуться!
Ай да молодцы!
Ещё удар! Снова вспышки! Колдовство Мастеров и Старших магов накрывает вторую волну монстров, перебравшихся через трупы сородичей, а затем мои маги начинают безостановочную и разнобойную (но не менее мощную) атаку, прорежая приближающихся порождений Этерниума.
Справляются... Пока справляются... Но это «пока». Нельзя задерживаться, пока не появились новые твари и эта здоровенная образина не вступила в бой..
Но стоит только подумать об этом и развернуть кейласа в сторону «паука», как тот начинает двигаться. Оттолкнувшись, он мощным прыжком приземляется на западную сторону разлома и начинает передвигаться вдоль расселины, с невероятной скоростью перебирая лапами.
Монстр топчет отступающие войска имперцев и остатки моих воинов, заливая всё вокруг шипящей жижей, которая без труда растворяет металл и плоть, за считаные удары сердца превращая людей в гниющую массу. Жвала щёлкают, голова твари то и дело опускается к земле, подхватывая сразу по десятку солдат, которые тут же исчезают в прожорливом чреве...
Я направляю кейласа в сторону твари. Проклятье! Придётся вновь использовать перчатку...
Восприятие сигналит об опасности и я едва успеваю заложить вираж. Появившись из ниоткуда и обжигая кожу могильным холодом, мимо пролетает заклятие дикой магии — и следом за ним ещё три!
Какого хрраша?!
Я снова меняю траекторию движения, захожу на широкий круг, кручу головой — и едва успеваю уклониться повторно, от очередного удара! В облаках и бушующей вокруг буре невозможно увидеть, откуда наносят удары, и лишь благодаря восприятию я умудряюсь уклониться от них.
Ялайская гниль!
Сквозь ветер до меня доносится клёкот. Не решаясь остановиться, я несусь в облаках, сквозь ливень, ветер и молнии, швыряя ответными заклинаниями туда, откуда неизвестные атакуют меня, но на такой скорости просто не могу попасть по ним.
Кто-то неизвестный, кто-то, до кого не дотягивается восприятие, преследует меня, явно намереваясь убить...
Рискнув, я снижаюсь, вырываюсь из плотных облаков и оказываюсь над западным берегом Тариэль, где продолжает бесчинствовать и уничтожать имперское войско «паук». Бросив взгляд назад, я не вижу никаких преследователей...
Проклятье, не могли же они мне привидеться?!
В этот момент огромная тварь словно чувствует моё приближение. На мгновение замерев, она издаёт странное шипение — и мешки на спине «паука» разгораются светом изнутри, лопаются и оттуда, словно болты, пущенные из арбалета, вырываются мелкие твари!
Хотя... Как мелкие — размером со взрослую собаку, только с крыльями...
Особо разглядеть их я не успеваю — восприятие вновь сигналит об опасности, и я снова закладываю крутой вираж. Сверху сыпятся кислотные заклинания, так похожие на слюну «паука», и, заставив кейласа крутануться по горизонтальной оси, я умудряюсь разглядеть, кто меня атакует — точно такие же твари!
Видимо, «паук» выпустил их раньше...
Я уклоняюсь от проносящихся мимо «снарядов», удачно сбиваю ледяными иглами нескольких мелких тварей, оказавшихся слишком близко, маневрирую, опускаюсь ниже, вновь бросаю взгляд вниз, на поле боя.
По огромному участку равнины и холмам разбросаны ряды имперцев. Большая часть людей, поля и горы трупов превращены в склизскую массу, залитую кислотой мешков порождения Этерниума. Местами солдаты Айтора всё ещё бьются с редкими группами моих воинов... То тут, то там остатки армии Империи пытаются противостоять огромному количеству мелких тварей — но те, одержимые злобой, бросаются на несчастных и рвут их на куски...
И если моё войско встретило вал новых противников достойно и не позволило им смять свои ряды, то со стороны Империи огромный кусок равнины и холмов превратился в кладбище и место пира трупоедов...
Сквозь свист ветра в ушах, шум битвы внизу, визги тварей и грохот, с которым перемещается «паук», до меня доносится клёкот. «Птички» из спины порождения Этерниума собираются в несколько групп и начинают организованное преследование! Не отставая от меня, не уступая в скорости моему летуну, они окружают нас с трёх сторон и пытаются не пустить меня к своему хозяину!
Я умудряюсь разглядеть мерзких тварей. Они и вправду похожи на собак, но с кожистыми крыльями, торчащими посреди туловища, без шерсти, обтянутые какой-то склизкой кожей, длинным, вытянутыми в трубочку рылами и короткими хвостами с наростами на конце.
И их неказистый внешний вид оказывается обманчив. Словно получив приказ, они прямо в полёте одновременно напрягают свои хвосты, и с наростов одно за другим срываются заклинания, заправленные дикой энергией Этерниума!