Илья Соломенный – Не время для героев. Том 2 (страница 7)

Капитан Имлерис, впервые услышав об этой инициативе, не имеет ничего против, лишь беспечно машет рукой. Он явно не верит, что по дороге до Фархельма с нами может что-то случиться.

Собственно, первый день пути проходит спокойно. Разбитая грязная дорога однообразна и уныла, равнина с изредка встречающимся редколесьем также продувается ветрами, на небо будто свинцом плеснули, а дождь и не думает останавливаться. Поздним вечером мы устраиваемся в чахлой рощице, разбиваем лагерь и спокойно готовим ужин, кутаясь в плащи.

Правда — всё же выставив троих часовых.

— Не пойму, зачем заставлять несчастных мокнуть под дождём? Вам было мало, что они по дороге ползали по пустоши? — снисходительно спрашивает бледнолицый капитан, когда выходит из своего шатра к общему костру. — Что может случиться в дне пути от имперских лагерей?

Хенрир, услышав это, хмурится, но ответить не успевает — вместо него это делает Айрилен. Женщина сидит на раскладном стуле, грея руки у пламени.

— Вы уже бывали на фронте, мессир ди Марко? — сдержанно спрашивает она.

— Нет, не довелось. Это моё первое назначение.

— А о кейласах что-нибудь слышали?

— Ммм… не припомню.

— Это летающие твари, — тихим голосом объясняет Айрилен, но к её рассказу тут же прислушивается вся наша десятка. — Порождения тьмы, созданные чернокнижниками и последователями Ирандера. Чешуйчатая шкура, прочная как броня рыцаря; четыре мощные лапы, способные одним движением разорвать лошадь; перепончатые крылья, позволяющие тварям совершать перелёты на двести-триста миль; длинная, вытянутая морда, усеянная острыми, как кинжалы, зубами. Они умеют общаться между собой на большом расстоянии, носят диких всадников, упившихся отваром особых грибов, плюются ядом, разъедающим даже сталь.

— Похоже, неприятные создания, — скривив губы, замечает Имлерис.

— Я встречала их на дальнем севере, у земель нордов, и в Междуречье, и у Сумрачных гор. Обычно твари летают парами или тройками. Они не прикреплены к отрядам последователей Ирандера, их всадники безумны и сеют смерть там, где им захочется. Сегодня кейласов можно встретить на севере, через три дня — у крепости Фархельм, а через декаду они будут уже у Аларских гор. Позволите дать вам совет, мессир?

— Разумеется, магистр, — важно кивает капитан.

— Вы здесь новенький. Не принимайте это как пренебрежение или оскорбление — только лишь как факт. Старайтесь прислушиваться к своим солдатам, у которых уже есть опыт выживания в этих местах. Вы теперь в приграничье, капитан. И здесь почти нигде не бывает безопасно. Думаете, сторожевые башни со скорпионами тянутся вдоль реки Тариэль случайно?

После услышанного я думаю о том, что наш молодой командир, скорее всего, направлен сюда не потому, что обладает выдающимся полководческим талантом. У Имлериса отсутствуют банальные знания о предполагаемом противнике, о местных реалиях. У него нет боевого опыта, и даже если учитывать, что мы уехали совсем недалеко от границы, любой командир в первую очередь бы озаботился безопасностью временной стоянки. А он…

Что-то мне подсказывает, что наследный граф ди Марко получил должность за мешок звонких монет и связи отца, известного в центральной части Империи политика. И если мальчик настроен просто поиграть в войну — нас всех ждут большие неприятности…

На исходе второго дня мы подъезжаем к крепости Фархельм. Она торчит посреди вересковой пустоши будто валун — огромный, неровный, неестественный и не пойми откуда взявшийся здесь. Низкие каменные стены растрескались от времени и сил природы, угловые башни приплюснуты, будто по ним ударили огромной кувалдой.

Вокруг крепости нет никакого рва, ворота распахнуты, и на них дежурит десяток стражников. Внутрь пускают без проблем, правда, лишь после того, как дозорные на стенах замечают телеги и отправляют к нам конный разъезд.

Забавно, что куда лучше чем верительные грамоты работает личность Айрилен — солдаты из Фархельма узнают её почти сразу, и вопросы о нашем визите отпадают.

— Я сопровождаю нового капитана «Речных воронов», — непринуждённо замечает она, указывая на сидящего рядом Имлериса. — Нас уведомили, что отряд в вашем расположении.

— Так точно, госпожа магистр! — кивает глава разъезда. Это плотно сбитый мужчина в полном стальном доспехе и с квадратной челюстью. — Пятьдесят пять солдат ожидают нового сотника.

— Прекрасно, — слегка растягивая слова, замечает ди Марко. — В таком случае отправляйтесь вперёд нас обратно к крепости, и велите «Воронам» встречать нового капитана.

Сержанту явно не нравится приказной тон, но спорить с вельможей солдат не решается.

— Сделаю, господин сотник, — поджав губы кивает он, разворачивает коня и гаркает своим людям. — За мной, парни!

К тому моменту, как мы заезжаем во двор крепости, нас уже ждут. Комендант с пятёркой помощников — заместитель, главный лекарь, интендант, дежурный колдун, начальник караула. За ними в две шеренги выстроились наши боевые товарищи.

Как оказалось, в «Речных воронах» ста человек не набиралось. Вместе с нами отряд теперь насчитывает шестьдесят пять душ. Одиннадцать разведчиков, двадцать лучников-арбалетчиков, четыре лекаря и тридцать штурмовиков, вооружённых мечами, цепами, топорами, боевыми молотами, моргенштернами. Каждый из «Речных воронов» имеет при себе небольшой, круглый щит, каждый одет в кольчугу.

Магов нет, что меня только радует. Меньше шансов быть раскрытым… С другой стороны, и шансов выжить в отряде без колдунов тоже гораздо меньше. Должно быть, владеющие даром присоединятся к нам позже, ближе к фронту…

Мы выпрыгиваем из телег и, повинуясь кивку капитана, встаём отдельной десяткой справа от остальных солдат. Я слышу, как некоторые вполголоса здороваются с Хенриром, и украдкой разглядываю своих сослуживцев, пока Имлерис и Айрилен общаются с комендантом.

Отряд состоит из совершенно непохожих меж собой людей: они разного роста, внешности, телосложения, по-разному одеты. Лишь плащи у всех одинаковые — грязно-коричневого цвета с двумя диагональными голубыми полосками и схематичными нашивками в виде воронов.

По лицам мужчин, их шрамам и позам я понимаю, что они сильно отличаются от тех солдафонов, которые слонялись по Ветренному лагерю. Это суровые, безжалостные, прожжённые вояки, которые повидали не одно сражение. Часть из них изучает нас также внимательно, как и я — их. Ловлю на себе пару заинтересованных взглядов, но тут капитан обращается к нам с торжественной речью:

— Приветствую, «Вороны»! Я — ваш новый капитан, Имлерис ди Марко. Знаю, вы были привязаны к своему прошлому сотнику, и соболезную вам в связи с его кончиной — но сейчас не время горевать! Тёмные отродья Ирандера шляются по нашим землям, и я сделаю всё, чтобы их стало как можно меньше! Клянусь в этом на мече моего отца!

Он выхватывает свой, украшенный драгоценными камнями клинок из ножен и с гордостью поднимает его вверх. Взгляд серых глаз перемещается с одного лица на другое, и я понимаю, что парень ждёт одобрения! Он ждёт, что его нелепая и сбивчивая речь вызовет в нас прилив воодушевления!

Ялайский пепел! Кажется, я был прав насчёт этого дворянчика! Надеюсь, с фехтованием у него лучше чем с красноречием…

Отряд встречает его слова молчанием. Не дождавшись приветственных выкриков, капитан поджимает губы и кивает на телеги:

— Если кому нужны обновки — я привёз с собой хорошие кольчуги, крепкую одежду, оружие и прочие мелочи для вас. Берите всё, что подойдёт по размеру. Отдохните как следует, познакомьтесь с новобранцами, а завтра к обеду мы выступаем в путь.

— Куда, господин сотник?

Голос подаёт лысый мужчина с татуированной головой и длинной бородой, заплетённой в косу. Зеленоглазый, мускулистый, он напоминает мне медведя, а его голос только дополняет образ — утробный, угрожающий и глубокий, точно рык.

— Перед тем как обращаться ко мне, солдат, не помешало бы представиться. Я всё-таки только что приехал, — высокомерно, говорит Имлерис.

Здоровяк делает шаг вперёд.

— Десятник Блик, господин сотник. Я был третьим заместителем прошлого капитана.

— Ааа, наслышан о тебе, — кивает ди Марко. — Ты тот самый здоровяк, что ссадил Ялайского рыцаря, убившего капитана? Броском молота?

— Так точно, господин сотник.

— Прекрасно, прекрасно… И ты единственный, кто остался от руководящего состава… Что ж, в таком случае — следуй за мной, нужно кое-что обсудить. Все остальные — снаряжайтесь, и до завтрашнего утра можете быть свободны. Сбор здесь же на десятый колокол. Тогда и узнаете наши дальнейшие планы и порученные задания. А пока устройте вновь прибывших. Вольно!

Он вальяжно машет нам рукой, разворачивается и идёт за пресмыкающимся перед ним комендантом и его помощниками. Айрилен следует за ними, а шеренги отряда распадаются.

Я подхожу к Хенриру, задумчиво потирающему шрам на своей щеке.

— Господин десятник?

— Чего тебе, Рой?

— Мы только с утра вяленое мясо жевали, весь день в дороге. Поесть бы чего горячего.

— Парень дело говорит! — поддерживает меня подошедший к Хенриру долговязый мужчина со свёрнутым набок носом и порванной много лет назад нижней губой. — Нечего вам с дороги голодными торчать, да ещё и под дождём.

Он протягивает мне руку.

— Коряга.

— Рой, — я жму её, стараясь не улыбаться странному прозвищу. Кто знает, как он отнесётся к такому от новичка?