Илья Соломенный – Не время для героев. Том 2 (страница 52)
Мало что значащее замечание, которое можно трактовать двояко, пристальный взгляд, скользящий по мышцам голого торса после тренировки, случайное прикосновение руки во время занятий… И ведь подобные странные моменты в нашем общении проскакивали и раньше — после ночного боя у Сарнского брода и в Ранхольде…
Если бы я не знал Айрилен — подумал бы, что она так ненавязчиво оказывает мне знаки внимания. Но от подобного предположения на лице сама собой появлялась глупая улыбка.
Ну да, как же! Великий магистр Света, герой имперской армии, выдающаяся колдунья заинтересовалась бывшим охранником каравана (как она думала), тайно освоившим магию? Смех, да и только!
Однако сейчас, видя «тот самый» взгляд колдуньи, в голове снова промелькнули эти мысли.
Я ей нравлюсь? Я был бы рад, окажись это так… Она красива, а я… Да ведь это бред! Скорее, магесса хочет отдохнуть телом, и…
— Ну и чего ты скалишься?
Слова Айрилен выдёргивают меня из пошлых мыслей, и я надеюсь, что на лице не отражается смущения.
— Кое-что вспомнил.
— Я тебе пытаюсь втолковать тактику завтрашнего перемещения по Ай-Шадзул, а ты в облаках витаешь?! Рой, да что с тобой такое?
Я не отвечаю — не могу же рассказать о своих мыслях в отношении магессы! Да и вообще, воспоминания о разговоре с отцом и связанными с этим странностями всё ещё гнетут душу… Столько вопросов, столько загадок, которые не дают мне спокойно спать по ночам — но разгадать их и узнать ответы просто невозможно, пока идёт наступление.
Айрилен права! Нужно быть сосредоточенным…
Два следующих колокола мы обсуждаем план атаки, и к мыслям о магистре Старвинг я не возвращаюсь. Когда заканчиваем, уже вечереет и я, попрощавшись, собираюсь уходить, но магесса вдруг ловко хватает меня за запястье и…
Я даже не успеваю понять, что это произошло — в компании Айрилен не считаю нужным постоянно быть настороже. А потому, когда она оказывается вплотную ко мне, привстаёт на цыпочки, обдавая лавандовым запахом, и прижимается своими, удивительно нежными губами к моим, я…
В первый миг я теряюсь.
Но близость красивого женского тела, её запах, кровь, кипящая в моих венах — всё это перерастает в такое сильное возбуждение, что я отвечаю на поцелуй, чувствуя горячий язык Айрилен у себя во рту, и…
Всё заканчивается.
Колдунья мягко отталкивает меня в грудь, и сама делает шаг назад. Её зелёные глаза светятся ярче обычного, волосы слегка растрёпаны, а кожа на щеках чуть порозовела.
— Я…
— Лучше молчи, — хрипло просит она, откидывая тёмные волосы.
— Что это было? — всё-таки не сдерживаюсь я.
— Хотела попробовать тебя, — пожимает плечами магесса и слегка смущается. — Понять, правильное ли представляла твой вкус… Раньше.
— И… как?
— Сложно сказать. Думаю, мы повторим после завтрашней победы. Считай, что это аванс.
— Ты серьёзно?
— О Святые предки! — картинно закатывает она глаза. — Ты что, никогда не был с девушкой? Что за нелепые вопросы?
— Я… — затыкаюсь, сочтя за лучшее не отвечать, но Айрилен мгновенно всё понимает. Её глаза удивлённо расширяются.
— Серьёзно?! Хм… Тем интереснее будет …
— Пожалуй, я пойду… — бормочу я. Опыта с девушками у меня, и правда, нет, но я понимаю, что после слов магистра об «авансе» остаться в шатре мне не светит. Да и после своих глупых вопросов я скорее сгорю со стыда, чем… — Доброй ночи, Айрилен.
— Доброй, Рой. Постарайся завтра не погибнуть… И мы продолжим наш разговор.
Из шатра я выхожу разгорячённым и не обращаю внимания на завистливые взгляды гвардейцев. Проклятье, неужели они всё слышали?!
Стараясь казаться невозмутимым, я направляюсь к палаткам своей сотни. Но мысли в голове роятся, а на губах всё ещё чувствуется привкус Айрилен. Неужели она серьёзно? Решила расслабиться… но почему тогда не сделала это перед сражением?
Ялайский пепел! Только сейчас я понимаю, как мне хочется побыть с женщиной! Раньше всё время что-то отвлекало от этого — схватки с тёмными, война, патрули, Ветреный лагерь, путь до него, Керс и его проклятье, моя внутренняя тьма…
Вспомнив о Верлионе, перед глазами тут же встаёт образ Изабель… Я жду, что сердце кольнёт, или в груди проснётся щемящее чувство, но, к своему удивлению, ничего подобного не испытываю. Только лёгкую грусть оттого, что блондинка считает меня предателем…
Отчего при воспоминании о ней во мне не пробуждаются прежние эмоции? Я ловлю себя на мысли, что за то время, пока служу в армии, вспоминал Изи всего несколько раз… И прежних чувств эти воспоминания во мне не вызывали…
Неужели то, что я к ней испытывал, было всего лишь юношеской влюблённостью? Неужели это не та самая любовь, о которой слагают баллады и рассказывают истории?
Я усмехаюсь сам себе. Очевидно, что нет, иначе я думал бы о златовласке куда чаще, тосковал по ней, мечтал вернуться… Но нет…
Не могу сказать, что меня это расстраивает — особенно в свете произошедшего с Айрилен. Но именно сейчас я понимаю, что прежняя жизнь — та, что была у меня до пробуждения тьмы и до встречи с Керсом — теперь не более чем светлое воспоминание о навсегда ушедшем.
Воспоминание, которое после всех сражений и смертей, что я видел за год, изо дня в день блёкнет…
Мы развиваем стремительную атаку. Настолько, что ялайцы просто не успевают нас задержать.
Сначала в бой вступают инженерные расчёты. Мы не зря тащили за собой через всё приграничье требушеты новейшей конструкции и убили несколько дней, чтобы собрать их.
Несколько одновременных залпов легко разносят ворота, которыми заканчивается ущелье. Ялайцам не помогает даже магия, защищающая дверь в земли Ирандера — каждый из снарядов требушетов «заправлен» Этерниумом. Освобождаясь от удара о магические преграды, дикая энергия уничтожает их, и пока малефики соображают, следующие удары бьют непосредственно по укреплениям...
А когда врата сносят — в бой идёт пехота.
Находящиеся на скалах войска противника пытаются сбрасывать на марширующих через ущелье солдат Империи камни, бочки с маслом, но у них не получается нанести нам хоть сколько-нибудь ощутимый урон.
Имперские маги, равномерно распределённые по рядам солдат, выставляют одноыременную защиту. Собственно, ими командует Айрилен — и я впервые вижу, как слаженно могут работать колдуны, когда ими управляет опытный Магистр.
Над головами наших отрядов разливается пламя, которое горит прямо в воздухе. По магическим щитам бьют потоки тьмы, крови — но имперские колдуны сегодня на высоте. Они защищают воинов, и ни один из нас не погибает, пока мы не добираемся до ворот.
Тысячи имперских солдат, сотни магов — ударный кулак империи входит в заново отстроенную твердыню Ирандера, и растекается людскими ручейками по запутанным лабиринтам улиц.
Отряды имперцев продвигаются через город по уже отработанной в Лавенгейском валу тактике. Под прикрытием тяжёлых башенных щитов мы идём плотными рядами, шаг за шагом зачищаем Ай-Шадзул, вступаем в постоянные схватки с хорошо оснащёнными ялайцами — и выходим из них победителями!
Наши маги не щадят себя — ведь каждому из них выдали запас Этерниума, который разрешено принимать в неограниченных количествах. Но самое главное — колдуны получили разрешение на убийство и императорское прощение по окончании сражения…
Для тех, кто доживёт до него.
Я Этерниум брать не стал, помня о том, к чему он приводит… Но военачальники и сам Император хотят победы любой ценой. Они хотят искоренить ялайскую заразу, и для этого готовы пойти на всё…
Мы устремляемся к твердыне, возвышающейся над городом. Она выстроена на скале и торчит конусообразными чёрными башнями на фоне ясного неба как насмешка над прошлой победой моего отца!
Имперскую армию не могут остановить немногочисленные хрраши, которых наши маги с остервенением рвут на части. Не могут нас как следует атаковать и кейласы, постоянно пикирующие с неба — получившие возможность принимать Этениум колдуны с лёгкостью сжигают их в воздухе и выставляют такие мощные щиты, что летающие твари разбиваются о них, ломая кости…
Малефики умирают один за другим. Мы сражаемся, как они — жестоко, не считаясь с потерями, готовые положить жизни за свою страну!
Мы заливаем кровью каждый квартал, усыпаем улицами каждую улицу, каждый проулок и двор, по которому проходим…
Здесь нет мирных жителей — только сотни, тысячи солдат, которые остервенело бросаются на нас !
И мы убиваем каждого, устремляясь к чёрному замку, возвышающемуся над городом!
Пока наше победоносное наступление, наш решительный удар, наша стальная атака не захлёбывается…
Это происходит в тот миг, когда там, где были городские ворота и ущелье, вспыхивает магический взрыв, так похожий на взрыв Этерниума в Ранхольде…
Отголоски магической энергии проносятся по залитым кровью улицам — именно так я и понимаю, что произошло. Затем по воздуху прокатывается ударная волна.
А потом… Потом начинается казнь.
Никто из нас поначалу не понимает, откуда берутся враги. В какой-то момент я замечаю, как то тут, то там из ярких вспышек Этерниума появляются малефики и с ходу бьют нас всей доступной им магией…
Улица вспучивается, лопается, словно яичная скорлупа… Над землёй проносятся заклинания, бушуют стихии… Кругом появляются всё новые и новые вспышки Этерниума— большие и маленькие, они будто разрывают пространство, открывают «коридоры»… Куда-то.