Илья Шумей – Душа машины (страница 41)

– Хотел бы я знать, – он попытался сесть, но сразу же застонал от боли, пронзившей тело, которое, судя по ощущениям, превратилось в один сплошной синяк. – Похоже, что еще жив, но уже начинаю об этом жалеть.

Голстейн с трудом приподнялся на локте, чтобы взглянуть на происходящее вокруг эшелонов, да так и застыл, буквально парализованный увиденным зрелищем.

Пятачок перед «Хоррамом», где находились пленники, словно заполонил темный вихрь, разметавший прочь всех остальных людей. Прямо у генерала на глазах один из стражников, то ли невероятно бесстрашный, то ли неизмеримо глупый, попытался приблизиться к мешанине черных полос, и немедленно был отброшен далеко в пески. По ушам Голстейна словно хлопнули две упругих ладони, вновь отключив его слух на несколько секунд.

– С вами то же самое было, – голос Матери Свейне доносился как будто издалека, – отшвырнули прочь, точно тряпичную куклу.

– Но я все еще жив, – Голстейн видел, как несчастный стражник перекатился и сел, ощупывая себя на предмет возможных потерь. – Тогда как в прошлый раз данная тварь особо не церемонилась. Интересно, почему?

– Вы полагаете, что это то самое существо, что убило ваших людей в лесу?

– Вне всякого сомнения. Осталось только понять, что оно такое, откуда, и как нам с ним быть? – генерал оглянулся на Ее Святейшество, которая неотрывно следила за жуткой пляской тьмы и песка. – Оно похоже на кого-то из ваших подопечных? На кого-то из Пастырей?

– Я не… – начала говорить Мать Свейне, но тут же умолкла, поскольку в этот момент темный вихрь остановился, и его контуры проступили из медленно оседающей пыли.

Тут даже сам Голстейн на какое-то время потерял дар речи, залюбовавшись ужасающий совершенством линий и форм выросшего перед ними монстра. Было в нем что-то от огромного разъяренного хищника – волка или тигра, защищающего своих детенышей. Широко расставленные мощные лапы, в любой момент готовые к прыжку, матово поблескивающая голова, поворачивающаяся из стороны в сторону в поисках возможных угроз… и три кажущихся крошечными человека, медленно отступающие к трапу «Хоррама» за его вздыбленной спиной.

– Небеса, помилуйте! – всхлипнула вдруг Мать Свейне.

– Что такое?! – ее внезапное волнение здорово обеспокоило генерала. Он обернулся и увидел, как опало лицо Ее Святейшества, как задрожали ее губы и как ее лицо захлестнула еще большая бледность.

– Это же он! Он самый! – она вытянула вперед руку, трясущимся пальцем указывая на черную махину. – Порождение Первозданного Мрака! Демон смерти и разрушения! Ожившая легенда, явившаяся из глубины веков!

Охваченная ужасом женщина рухнула на колени, а Голстейн снова обратил свой взор на темного монстра, прикрывавшего отступление Лажонна и его команды к родному эшелону. Остальные капитаны и их помощники, не желая испытывать судьбу, также устремилась к своим машинам. Они хоть и не знали подробностей, поведанных генералу Матерью Свейне, но, похоже, инстинктивно чувствовали, что в данной ситуации самым разумным решением будет убраться отсюда как можно скорее.

Если еще и Крелл даст деру, то генерал со своей спутницей рискуют остаться одни посреди бескрайних песков с весьма призрачными шансами на выживание. Мысль об этом заставила Голстейна забыть о боли. Он вскочил на ноги, обхватив Мать Свейне за плечи и крепко ее встряхнув.

– Если мы сейчас его упустим, то он может наделать еще много бед! Как мы можем его остановить?

– Как возможно противостоять тому, что всесильно и неуязвимо?! – по щекам Свейне покатились слезы отчаяния. – Мы можем лишь молиться нашим заступникам о том, чтобы наша смерть была быстрой. Но и они…

– Так молитесь же, коли других способов нет! – рванув мундир, генерал выхватил из внутреннего кармана небольшую шкатулку и открыл ее. Перед самым своим носом Ее Святейшество вдруг обнаружила голубой амулет, покачивающийся на тонкой серебристой цепочке. – Молитесь своим владыкам, пока еще не поздно!

После секундного замешательства Свейне схватила кулон и, стиснув его в кулаке с такой силой, что побелели костяшки ее пальцев, зашептала слова молитвы, призывая Пастырей на помощь:

– Заступники наши темные, в горе и боли к Вам взываю я! Оградите от смерти нас своим воинством небесным…

Пока Лажонн и его команда под прикрытием черного монстра поднимались по трапу «Хоррама», из труб остальных эшелонов уже взметнулись столбы густого черного дыма. Маячащая перед Голстейном перспектива остаться один на один с мрачным порождением древности, способным играючи выкосить целый гектар леса вместе с людьми, и от которого он вряд ли может ждать милости или пощады, с каждой секундой выглядела все более реальной.

И действительно, словно подслушав его мысли, обслуживавшие темно-вишневый Правительственный Эшелон помощники Крелла подняли и убрали трап, готовясь к отправке и явно не собираясь ждать кого-то еще

– Вот же засранец, а!.. – в сердцах выругался Голстейн, и в тот же миг с неба прогремел гулкий громовой раскат.

Генерал едва успел вскинуть голову, чтобы увидеть, как прямо на него падают несколько белых коконов, оставляющих за собой бледные дымчатые шлейфы.

Буквально в нескольких метрах от земли они словно взорвались, выбросив в стороны короткие жесткие крылья, резко затормозившие их падение. И в следующую же секунду вновь прибывшие немедленно атаковали Аврума, пронзив воздух лиловыми росчерками электрических разрядов…

– Они пришли!!! – Мать Свейне вскочила на ноги, указывая рукой с зажатым в ней кулоном на завязавшуюся драку. – Они меня услышали!!!

– Ольхануться можно! – Голстейн был потрясен ничуть не меньше, но быстро спохватился и выдернул у нее голубой камень, немедленно убрав его назад в шкатулку. – Давайте-ка уносить ноги, пока еще есть такая возможность.

Он схватил Свейне за локоть и, не переставая оглядываться на побоище, поволок к Правительственному Эшелону, уже выпускающему струи пара.

Белые воины, напоминающие огромных поблескивающих на ярком солнце шершней, надвигались на Аврума, ощетинившись острыми клешнями и осыпая его градом трескучих молний. Черный монстр пятился, отступая под их напором, но, похоже, их атаки не причиняли ему сколь-либо заметного вреда. Внезапно сквозь грохот разрядов послышался нарастающий свист, и в следующую секунду полыхнула короткая вспышка, столь яркая, что у Голстейна перед глазами поплыли желтые пятна. Один из белых солдат взорвался фейерверком искр, разбросав в стороны дымящиеся куски.

Поразивший его луч, пройдя дальше, оставил на земле перед генералом и Свейне темную влажно поблескивающую полосу. В первый момент подумалось, что здесь кто-то выплеснул ведро воды, но дохнувший в лицо жар дал понять, что это вовсе не вода, а расплавленный песок. Голстейна аж передернуло, когда он сообразил, что именно таким ослепительным мечом были недавно убиты его люди в лесу. От осознания его всесокрушающей мощи сводило скулы.

– Осторожно! – увидев, что Мать Свейне, бредущая вперед словно в полусне, того и гляди наступит на полосу сплавившегося песка, Голстейн дернул ее назад, и женщина, споткнувшись, плюхнулась на землю.

– Нет! – простонала она ошеломленно. – Нет! Только не это!

Она остекленевшим и почти невидящим взглядом неотрывно наблюдала за жутким и смертоносным танцем, что исполнялся на небольшом пятачке перед «Хоррамом». Белые бойцы набрасывались на Аврума, непрестанно жаля его ломаными иглами разрядов, но тот раз за разом ловко уворачивался от их атак, подгадывая момент для ответного удара.

Свист, вспышка – и еще один из противников Аврума, кувыркаясь, отлетел в сторону, оставляя за собой след из обломков.

– Не-е-ет! – по щекам женщины покатились слезы.

– Вставайте быстрей! У нас нет времени, горевать позже будете! – генерал попытался поднять Свейне на ноги, но она вывернулась и снова рухнула на колени.

В этот момент, оправдывая его опасения, Правительственный Эшелон громко лязгнул своими шатунами и тронулся с места, спеша покинуть место схватки божественных сил. Через считанные секунды он наберет достаточную скорость, и догнать его будет уже невозможно.

– Проклятье! Вставайте же! Крелл уже улепетывает! Или вы хотите сдохнуть здесь, в песках?!

– Оставьте меня!..

Голстейн даже вздрогнул от неожиданности, когда громкий разряд отшвырнул далеко в сторону дымящийся труп очередного белого воина, который, подскочив на небольшой песчаной гряде, со всего размаху врезался в темно-вишневый борт Правительственного Эшелона. Послышался жуткий скрежет, и бездыханное тело, застряв между колес пассажирской секции, намертво их заблокировало. Эшелон застонал, заскрипел и резко сбавил ход, пропахивая заклинившими колесами глубокие борозды в песке.

Выскочившие на верхнюю палубу техники вместе к Креллом мгновенно оценили ситуацию и, судя по всему, приняли единственно возможное в такой ситуации решение – отсоединить увязшую вторую секцию. Отделанные деревом и кожей каюты, плюс шикарный ресторан с баром стоили, конечно, целое состояние, но своя жизнь все же дороже.

Голстейн обернулся, чтобы посмотреть, как развивается драка, и прямо на его глазах Аврум просто разорвал пополам последнего противника. Все было кончено буквально за считанные секунды.

Правительственный Эшелон издал протяжный гудок и снова тронулся с места, лязгнув на прощание пустой сцепкой.