Илья Серебрянников – Город потерянных имен. Рассказ А. (страница 19)

«Как М. умудрился попасть сюда?», – проскочило в голове, пока я пытался отыскать его взглядом, спрятавшись за одной из колонн и делая вид, что ковыряюсь в тележке. Охраны было много: их нарядили в элегантные чёрные костюмы, расположив по периметру, ещё парочка прохаживалась вокруг игровой зоны. В ожидании начала большинство гостей угощались закусками и вином, либо тем, что наливали в баре. Я, наконец, разглядел брата: он был в компании высокой блондинки в обтягивающем чёрном платье в пол. Здесь было много девушек модельной внешности: шикарные платья, высокие каблуки, прически на любой вкус – это походило на дорогостоящий эскорт, призванный развлечь гостей.

– Эй, ты чего там возишься, – раздалось за спиной. – Нечего тут отсвечивать, быстро забрал грязную посуду и скрылся.

– Да, сэр, – не поворачиваясь, ответил я и покатил тележку вперёд, там как раз был стол с очередными закусками и виднелось несколько опустевших тарелок.

Пока я собирал тарелки и пустые бокалы и поглядывал в сторону М., блондинка отвела его под руку за игровой стол. Он когда-то успел приодеться: хороший костюм тройка, похоже прокатный. Но за красивой одеждой и напускной уверенностью ощущалось сильное напряжение. Не знаю, видели ли остальные, но он был не в своей тарелке. Вокруг же всё сияло. Народ прибывал, кто-то оставлял своих личных охранников в баре, присоединяясь к будущим оппонентам по покеру, кто-то оставался в стороне, перешёптываясь, обсуждая окружающих. А здесь было что обсудить: братья Смирновы – криминальные авторитеты, известный актёр и блогер, бывшая звезда центрального городского футбольного клуба, реп исполнитель, которого я повстречал у входа, кто-то из золотой молодёжи – дети промышленных и газетных магнатов. Официально карточные игры на деньги были запрещены законом, они допускались только в специально отведенных местах – недавно построенных городах вроде мини Лас-Вегасов. И, как бы определённое, в основном криминальное, лобби ни старалось, им пока что не удалось протащить законопроект о легализации подобных сборищ. Я был уверен, что шестой полицейский участок, на территории которого находилась «Олимпия», крышевал это мероприятие.

Музыка стихла, и на сцену поднялся высокий статный мужчина во фраке. Он взял микрофон и произнёс:

– Дорогие гости, добро пожаловать в «Олимпию», рад приветствовать Вас на девятом ежегодном покерном турнире, или как мы его называем «Олимпийские игры по покеру»! – раздались жидкие аплодисменты. – Не будем долго затягивать, прошу участников турнира занять свои места за игровыми столами. Напомню правила: игра идёт до одного победителя, если кто-то из участников хочет досрочно покинуть турнир, то он должен заплатить за это половину своего банка – эта сумма будет добавлена к выигрышу. При необходимости, каждый игрок может взять паузу и выйти из-за игрового стола, но при этом на него будут раздаваться карты, и он в свою очередь заплатит блайнды18. Всего участвует тридцать шесть человек, когда участников останется восемнадцать, разрешается докупить фишки в количестве не более четырех миллионов рублей, в следующем раунде, когда останется один игровой стол из девяти игроков, разрешается докупить фишки на сумму не более восьми миллионов рублей.

Действовать нужно было немедленно. Я откатил свою тележку за фонтан с кем-то вроде Посейдона, окруженного крылатыми лошадьми, вырывающимися из воды, и взял свободный поднос. Выставив на него несколько бокалов с шампанским, которые умыкнул со стола с закусками, решительно двинулся в центр зала. Я аккуратно лавировал между публикой – кто-то взял у меня с подноса бокал. До цели оставалось пару шагов… М. пытался отпускать нервные шуточки, вступив в диалог с молодым человеком приятной наружности, который сидел напротив него.

– Шампанское, сэр? – я встал у брата за спиной, немного нагнувшись к нему.

– Нет, спасибо, – отмахнулся он, не оборачиваясь.

– Нет, уж, возьми, – шепнул я.

– Что? – он повернулся и обомлел.

– Бери шампанское и выходи из-за стола.

Он был обескуражен, не найдя слов, молча встал, взял бокал и последовал за мной. Я направился назад к фонтану, за ним как раз располагались туалеты для гостей. Как только мы отошли от остальных на несколько метров, М. заговорил:

– Какого ты тут делаешь?!

– Не здесь, я иду в туалет, и ты со мной.

Я прихватил свои вещи и зашёл в роскошную мужскую уборную: даже здесь они умудрились сделать фрески с греческими мотивами и повесить множество зеркал с позолоченным обрамлением, ну и конечно, не забыли про колонны, куда ж без них.

Какой-то тучный мужчина мыл руки и недовольно посмотрел в мою сторону, очевидно, для прислуги полагалось отдельное место где-нибудь в подсобных помещениях.

– Извините, замена туалетных принадлежностей, – сказал я.

М. зашёл следом, мы дождались, пока не останемся одни, и я заговорил:

– Опущу заслуженные оскорбления, сразу к делу – ты должен немедленно выйти из этого турнира и забрать деньги.

– Ты сошёл с ума! Ты же слышал распорядителя – отдадут только половину.

– Игра ещё не началась.

– Она начнётся с минуты на минуту. Как только я купил билет, назад дороги не было.

– Хорошо, забирай миллион и уходим.

– Я не буду этого делать. Такой шанс даётся раз в жизни, я чувствую, что выиграю.

– Даже если ты продержишься какое-то время, – я знал, что он умел играть в покер и частенько делал это онлайн, – то не сможешь остановиться, пока всё не проиграешь.

– Ты не понимаешь, всё что там происходит, – он указал в сторону выхода, – это мечта. Я устал разгребать дерьмо и нашёл способ вырваться. Мне просто не повезло, на прошлой неделе я всех обыграл, если бы мне не пришли эти два короля в финальной раздаче, – он гневно сжал кулаки, – я бы не пошёл ва-банк и забрал четыре миллиона с лишним, понимаешь? Мне бы тогда не пришлось брать у тебя в долг.

– Ты себя слышишь? Ты морально разлагаешься и уже дошёл до того, что вредишь не только себе, но и близким. Это нужно прекращать, ты в шаге от пропасти.

– Я уже сделал этот шаг, брат.

Дверь открылась и вошёл высокий пожилой мужчина. М. воспользовался этой паузой и, отрицательно покачав головой, вышел. Я остался стоять с пакетом в руках и идиотским видом. Меня накрыло чувство беспомощности, как будто меня связали и заставили смотреть, как дорогой мне человек тонет. Вонючий тошнотворный кляп заткнул рот, а если бы его и вытащили, что я мог сказать? Хотелось как можно скорее уйти прочь, но что-то удерживало меня. Вдруг удастся остановить его в какой-то момент, если, конечно, он не вылетит ещё в первом раунде. Я заперся в кабинке и переоделся в свою одежду, насколько успел разглядеть публику – не все придерживались строгого дресс-кода, хотя и большинство. Притвориться одним из гостей было проще, чем оставаться в роли официанта. Засунув пакет с формой официанта в вентиляционное отверстие, я вернулся в зал.

Там как раз было объявлено о старте игры, дилеры зашуршали картами, зрители обступили столы, держась на допустимом расстоянии. Вместо древнегреческой пародии на сцене завёл свой ненавязчивым сет диджей. Хорошо бы раздобыть где-то серебряный билет на случай, если у кого-то вызовет подозрение мой внешний вид, но я зря опасался – никто не обращал на меня внимания. Бесплатный безлимитный бар с красивыми девушками манил к себе отблесками виски в кусочках льда и в стекле стакана, облегчением от тяжелых дум. Где-то разгуливал убийца, пока ведущий следователь, по совместительству мой брат, проигрывал остатки наших денег. Я попросил двойной шотландский, восемнадцатилетний.

* * *

Девицы не торопились одарить меня вниманием, видимо, не срабатывал интуитивный детектор обеспеченных персон, оставалось довольствоваться компанией бугая под два метра ростом в строгом чёрном костюме. Он внимательно следил за кем-то из игроков, пытаясь уловить очертания заказчика сквозь плотное кольцо зрителей. Беднягу оставили в баре, словно сдали большой чемодан в багаж.

– Тоже здесь с сыном? – от напавшей на меня тоски, спросил я. Но страж лишь покосился в мою сторону и, нахмурившись, мысленно отмахнулся, как от надоедливой мухи. – Так пристально следите, вот я и подумал, – шутка явно не удалась.

Из центра последовали первые вздохи разочарования или радости, зрители болели за своих спутников и знакомых, а неопределившиеся просто восклицали неожиданным карточным раздачам. За одним из столов сидел Смирнов младший – легализовавшийся бандит, это заведение принадлежало их семье. Вокруг него собралась большая группа поддержки – целая куча томов уголовных дел, которые при желании можно было завести. И с этими ребятами М. хотел сравняться? В эту среду влиться? Моё разочарование им уже давно переполнило чашу и лилось через край.

От грустных мыслей отвлёк невысокого роста лысоватый мужичок в голубом пиджаке. Он взял Лонг Айленд в баре, попросив налить побольше водки, и, с трудом пристроившись на высоком табурете, выкатив пузо вперёд, заговорил со мной:

– Прекрасное место и прекрасные люди, не находите?

– Отнюдь, – скривил лицо я.

– Грешно, конечно, но бог милостив, азарт – ловушка дьявола, вы не играете?

– Нет, а вы?

– Хех, – усмехнулся мужик, отпивая коктейль большими глотками. – Раньше играл, да ещё как, с остервенением, отдавал всю душу, вернее продавал, а там, где торговля, там всегда дьявол.