Илья Савич – Возвращение Узурпатора 3 (страница 27)
Вдарило отменно, тот взвыл, но как не странно, выжил после такого. Лёня в этот момент подцепил кусок земли, скрепил его геомантической силой и швырнул в наездника. Тот не ожидал прилета камня, и это выбило его из седла.
Наездник с грохотом упал на землю, но его паук, несмотря на потерю конечности, всё ещё был опасен. Юлианна, уже поднявшись на ноги, снова схватила свой двуручник, но её движения стали чуть медленнее — видимо, отдача от вливания энергии в меч давала о себе знать. Всё-таки она пробудилась недавно, и такое активное использование силы — перебор для неё. Но решимости в её взгляде было даже больше. Проклятье, да эта женщина, кажется, ловит своеобразный кайф от битвы, аж едва сдерживает ухмылку.
Наездник, лежащий неподалеку, попытался подняться, но Лёня был уже рядом. Богатырь не церемонясь просто опустил свою мощную ногу тому на голову. Его прикрывали копейщики, отбиваясь от остатков гоблинов. Кажется, всё-таки этот нескончаемый поток начал заканчиваться.
— Паука надо добить! — кричал я, отбиваясь от нескольких навалившихся на меня гоблинов. Как на зло металла у них не было, орудовали деревянными копьями, а я был далековато от тех клинков, что метнул в толпу чуть ранее. Да и сил почти не оставалось, магическое ядро почти пустое, иначе бы просто сотворил волков себе в помощь. Юлианна, услышав мой возглас, кивнула и бросилась вперёд, её меч сверкнул в воздухе, кажется, она вновь попыталась использовать силы, несмотря на усталость, но паук, словно почувствовав опасность, отпрыгнул в сторону. Его лапы с грохотом били по земле, а из пасти брызнула ядовитая слизь.
Проклятье…
Юлианна оказалась лицом к лицу с несколькими полуограми, но не растерялась. Насадила на меч одного и отправила в полет пинком другого. Лёня тем временем поднял ещё один ком земли и швырнул в паука, отвлекая его от девушки. К этому моменту к ней подскочили два щитовика, заслоняя девушку от ударов, а она метнулась к пауку. Ей на помощь пришла и Ксюша. Её винтовка громыхнула, а пуля попала пауку в один из глаз. Чудовище взвыло от боли, но продолжало двигаться. Живучая паскудина!
Гигантский паук отвлекся, а Юлианна тем временем успела проскочить ему под брюхо и рубануть туда. На неё тут же хлынул поток из внутренностей и вонючей слизи, но девушка, не обращая на это внимание, с размаха рубанула другую лапу.
Теперь пауку пришел конец, он стал заваливаться, но я ощутил новую угрозу.
— КСЮША, ШАМАНЫ! — крикнул я. Они держались чуть в отдалении и пока лишь пару раз ударили, и теперь я знаю, почему — копили силы для совместного ритуала.
Магический удар, похожий на взрывную волну, ударил нас с такой силой, что я едва устоял на ногах. Лёня, стоящий ближе всех к эпицентру, отлетел на добрых десять метров, приложившись спиной о стену рукотворного ущелья. Юлианна, несмотря на свою стойкость, тоже упала на колени — ей повезло, что часть удара принял на себя паук.
Нашу рыжеволосую снайпершу практически не задело. Она уже мчалась по краю ущелья над нами и, добежав до удобной ей позиции, присела на одно колено, вскидывая винтовку.
Бах!
Бах!
Бах!
Она стреляла, пока патроны не кончились.
— Мертвы! — крикнула она нам. — Остальные отступают.
— Ну и хорошо, — чувствуя усталость, я отошел чуть в сторонку и сел у края ущелья, прислонившись спиной к каменной стене.
Юлианна, уставшая, покрытая кровью и внутренностями паука, присела неподалеку, бросая на меня игривые взгляды. И вот как тут удержаться и не отвечать ей тем же?
Так и сидели, улыбаясь друг другу и переглядываясь, не говоря ни слова.
Ха! Меня вдруг осенило, как это выглядит со стороны. Вот же неумелая конспираторша… Ха-ха! Да мы сейчас прямо как парочка, которая пытается делать вид, что они не вместе и вообще между ним ничего нет, в то время как всё их окружение прекрасно осведомлено об их настоящих отношениях. Да даже будучи преподавателем, я пару раз сам такое видел среди студентов.
Вот интересно, мы действительно выглядим со стороны именно так, как я думаю? От этой мысли стало как-то неловко, и я просто рассмеялся, после чего попытался подняться.
— Ты чего? — удивилась девушка, не понимая моего смеха.
— Ничего, — ответил ей. — Это нервное, после битвы.
— А… — расслабилась она.
Кряхтя как старый дед, сказывалось магическое истощение, очень уж много энергии я потратил за эту битву, поднялся на ноги. Юлианна тоже не стала засиживаться. По лицу было видно, что её единственное желание сейчас — смыть с себя эту гадость, в которой она была с ног до головы.
— Все живы? — спросил я, видя, как люди немного отходят от битвы. Надо было сделать это сразу, но я не видел, чтобы кого-нибудь убило, так что предполагал, что всё более-менее нормально.
Оказалось, что я был не совсем прав, но ничего фатального. Один из щитовиков оказался серьезно ранен, ему раздробило голень, и сейчас обломки кости торчали наружу. Он шипел, ругался и пытался храбриться, но видно, как ему больно.
— Плохо, — вздохнул я, видя серьезность ранения. — Ладно… Слушаем приказ. Этого в город, пусть Алина займется лечением и вправлением костей, — вряд ли наша лекарь и травница была готова к такому роду ранам, но пусть привыкает, в будущем все будет гораздо хуже. И вообще, нужно будет заняться усилением её дара, хороший лекарь с моими планами нужен нам как воздух. — Заберем кого-нибудь из отряда Синицына и продолжим.
— В смысле, продолжим? — побледнел один из вояк. — Да мы тут едва не полегли…
— Не полегли же, — резонно заметил я. — Так, помяло нас чуток, но справились, — я кивнул назад, на целую гору трупов.
И ведь буквально гора. Половина ущелья, которое сделал Лёня для нашей засады, была ими завалена. Тут полегло по меньшей мере сотни две-три гоблинов и полуогров. И шаманы где-то в отдалении валяются. Их вскрыть бы, к слову, может, сможем отыскать маленькие камни стабильного империума. В прошлых их не было, но портал во второй раз немного прибавил в силе, так что стоит проверить, вдруг в этот раз получится отыскать. Но в пауке точно должен быть, в прошлый раз был.
— Час на отдых и восстановление сил, после чего проверяем лагерь гоблинов. Может, мы зачистили уже большую часть из них.
— Ох… — послышался чей-то сокрушенный вздох.
— Это что я слышу⁈ — за моей спиной появилась Юлианна, гневно взглянув на подчиненных. — Я что, слышу нытье⁈ Видимо, мало вам дисциплины в голову вбивала… Ну ничего, исправим.
Некоторые, услышав это, нервно сглотнули.
— Верно! — поддержал её Лёня. — Разве так воины должны встречать славную битву⁈ А⁈ Да вы посмотрите на эту орду! Да о вас легенды должны слагать, а вы ноете словно трусы!
Не сказал бы, что это сильно подняло боевой дух, но когда бойцы поглядывали на огромное количество трупов гоблинов, это действительно повышало их самооценку. Мы ведь совершили чуть ли не подвиг, одолели такое количество монстров совсем маленькой группой.
— Когда вернемся, закатим пир, — пообещал я бойцам. — Но пока рано, портал надо закрывать, и стоит немного ускориться с этим.
Глава 21
Тронный зал светлого князя саратовского, Григория Александровича Сафронова, был просторным и величественным, но без излишней роскоши: высокие сводчатые потолки украшены резными деревянными балками, а стены обтянуты тяжелыми шерстяными гобеленами с изображением сцен охоты и военных побед Саратовского княжеского рода. В центре зала, на небольшом возвышении, стоял княжеский престол — широкий, резной, обитый темно-бордовым бархатом. За спиной же висел огромный герб Сафроновых: золотой медведь на пшеничном поле, что говорило одновременно и о силе рода, и о благоденствии его земель. Во время пиров князь очень любил рассказывать прибывшим ко двору купцам и послам о том, как герб появился. Как его прадед, прозванный Саратовским Медведем, голыми руками победил огромного потапыча, шкуру которого, впрочем, по недальновидности, похоронили вместе с ним. Григорий всегда считал это большой потерей, ведь ей можно было хвастаться перед гостями.
Сам князь Григорий Александрович сидел на престоле, слегка откинувшись на спинку. Его некогда мощная фигура теперь казалась чуть ссутулившейся, а седина, пробивающаяся в густой бороде и волосах, выдавала возраст. Лицо князя, испещренное морщинами, всё ещё сохраняло следы былой строгости и властности, но в глазах читалась усталость. Лучшие годы его жизни остались позади, и теперь он больше полагался на опыт и хитрость, чем на силу и решительность. На нем был темно-синий кафтан, расшитый серебряными нитями, а на груди висела цепь с княжеским знаком — тем самым медведям, что и на гербе.
Герольд, разодетый в ярко-красный кафтан с золотыми пуговицами, громко объявил:
— Великий княже, ко двору прибыл граф Семён Валентинович Строганов!
Князь скривился, едва слышно вздохнув. Он не любил этого молодого графа и до конца не понимал, что такого его дочь Клавдия в нём нашла. Бесхарактерный, слабовольный, но достаточно преданный, чего о многих придворных князь сказать не мог. По крайней мере, в его преданности князь мог не сомневаться и поручал дела, которые не требовали принятия особо сложных решений. Впрочем, сейчас был слегка другой случай.
В Вольнове творится что-то неладное, про это уже ходит очень много слухов. Изначально все должны были подумать, что барон Вольнова, Градов, отвернулся от Охранителя, и поселение оказалось разорено демонами, после чего туда должны были явиться люди барона нижнереченского и вместе с волхвом восстановить охранителя и установить над городом новую власть. Только вот всё пошло совсем не по плану.