Илья Савич – Учитель Особого Назначения. Том 8 (страница 41)

— Чего? Я? — удивился Островский. — И как это?

— Давай посидим вечером. Погоняешь меня по программе, а? — радостно захлопал глазами Даня.

— Ну ладно… — почесал затылок Денис. — Но с тебя тогда пара бойцовских приёмов! Договорились?

— Замётано! — подмигнул Данила, и парни пожали друг другу руки.

Я прошёлся по каждому из учеников. А под конец, когда занятие уже почти закончилось, положил указку на стол, а сам встал рядом и торжественно заявил:

— Итак, дети! Думаю, пора уже перейти к последней, но не по значению, части нашего классного часа! Стас, — позвал я, и парень тут же встал из-за парты. — Ты принял решение?

— Да, Сергей Викторович, — кивнул парень.

Ребята мигом навострили уши. Всё внимание теперь было обращено на Стаса.

— И как же теперь будут называться бывшие Шалопаи? — спросил я.

— Блин, только бы «вундервафли», только бы «вундервафли»! — заёрзал на стуле Саня.

— «Кенты», «кенты», «кенты»… — скрестил пальцы Данила.

— «Магогрызы», «магогрызы»! — прошептала Анжела. — Это ж и спиногрызы, и маги, и отсылка к граниту науки, круто же!

— Да мы ж явные «охламоны», — меланхолично зевнул Тихомир, но не выразил особого интереса и снова прикрыл глаза.

— «Гвардейцы», ну же! «Гвардейцы»! — хором зазывали Антон и Алиса.

— Хе-хе, «обормоты»! — усмехнулся Федя. — Мы самые настоящие «обормоты», Стасян!

— Волков, помни! — громко прошептал Влад Воробьёв. — За «охламонов» я тебе приставку на целый месяц дам погонять. Там как раз новенькие гонки вышли, как ты любишь! Диск в придачу!

Вообще было много вариантов, и все мне понравились. Однако…

— Ну давай же, — ухмыльнулся я.

— Мы теперь «проныры»! — гордо заявил Стас.

И ребята замолчали. Но ненадолго.

— Чего-о-о?!! — хором воскликнули теперь-уже-Проныры. — Это кто это предложил⁈ Признавайтесь!

— Эй, мы же договорились! — возмутилась Алиса. — Все по чесноку предложения выдвигаем!

— Не, я не понял! — подскочил Саня. — Стас! Кто тебя так бессовестно купил?

— Эм, ну, как бы сказать… — хмыкнул Стас.

— Мряв! — раздался вдруг возглас Теодрира.

Дракотяра сунулся в окно и резко переключил на себя всё внимание.

— Ух ты, Тедди! Тео! Милашка!!! — заверещали дети, тут же позабыв о споре.

Но быстро о нём вспомнили, когда Стас спросил:

— Сергей Викторович, ну что, как договаривались?

— Ага, — кивнул я. — Валяй. Он не против.

— В смысле, валяй? — нахмурилась Катя, попутно почёсывая Теодрира за ушком.

А Стас с жутко довольной ухмылкой и под пристальными взглядами всего класса гордо прошагал к окну и…

Оседлал Теодрира.

— Мряв-в!!! — радостно воскликнул Дракотяра, взмахнул крыльями и понёс Стаса ввысь.

— Юху-у-у-у-у-у!!! — раздался счастливый удаляющийся возглас первого Дракотячьего всадника.

А бесята тут же ринулись к окнам наблюдать за происходящим.

— Офигеть! — ахнула Вероника.

— Я тоже так хочу! — чуть не выдавил окно Боря.

— Сергей Викторович, а можно мне?.. — быстро сориентировался Саня, но его мне пришлось огорчить.

— Э, не! — покачал я головой. — Я Стасу обещал ещё две недели никого не подпускать к седлу.

— Так нечестно! — возмутилась Анжела. — Разве это по правилам, что учитель подкупает ученика⁈

— Эх, Елизарова, — потрепал я недовольную девчонку по голове. — Я же говорил — никаких правил! Так что всё честно.

Да и нужно было уже обучать Теодрира загодя. Я для него слишком громоздкий, а Проныры как раз в самый раз, хе-хе. Так что я в полнейшем выигрыше!

Глава 17

— ЕШЬ! ЕШЬ! ЕШЬ! ЕШЬ! ЕШЬ! ЕШЬ!

БУМ! БУМ! БУМ! БУМ! БУМ! БУМ!

Весь «Сломанный сапог» сейчас пристально наблюдал за нашим столом-бочкой. А повод был крайне важный и интригующий. Ястреб, он же Иван Николаевич, он же специалист по сбору информации Спецотряда Гвардии Его Императорского Величества, полчаса назад сделал провокационное заявление….

— В смысле, всего пятьдесят три пожарских котлеты⁈ — бросил он около часа назад, когда заметил доску почёта «Сломанного сапога». — И это ваш рекорд? Слабо! Очень слабо, господа!

Там красовалось одно из достижений, которые не могли побить вот уже долгое время. Судя по дате, рекорд был поставлен в день основания сего замечательного заведения.

— Эй, ты, слышь!!! — грубо, басовито воскликнул Вальдемар, при этом швырнув в стену поднос с заказом прямо перед носом посетителя. — Как ты смеешь сомневаться в этом рекорде? А если по зубам!

— Не, ну ты, конечно, можешь рискнуть, — с присущим ему спокойствием пожал плечами Ястреб, его таким пугать всё равно что воздух греть в плюс тридцать. — Но ответственно заявляю, что пятьдесят три котлеты — это вообще ни о чём!

— Ставр-р-р! — прорычал в мою сторону Вальдемар. — Это точно твой друг или я могу его того?

И показательно хлопнул тяжеленым кулачищем по такой же тяжеленой толстой ладони.

— Не, ну ты, конечно, можешь рискнуть, — пожал я плечами, взглядом оценивая габариты двух претендентов.

Вальдемар — здоровенный, плечистый. Одна рука как две ноги Ястреба, не меньше. Сам чуть пониже, но коренастый и жутко крепкий. Ястреб же… Не, он подтянутый, хорошо сложенный, но визуально оказался раза в два тоньше и в четыре раза легче своего соперника.

Эх, у Вальдемара нет шансов!

Ну, это если говорить о прямом бое на кулаках, конечно. Поэтому я предложил решить спор куда более справедливым и честным способом.

— А пусть он докажет! — хмыкнул я. — Попробует перебить рекорд.

— Перебить рекорд? — раскрыл рот Вальдемар. — Ты знаешь, сколько людей пытались это сделать? Дохренища! И каждого увозили на скорой в ближайшую больницу!

— А в качестве посттравматического синдрома, — добавил Стриг, который проходил мимо, — у половины от слов «котлета» и «пожарский» потом ещё несколько лет становилось хреново до позеленения. А другая половина и вовсе — того.

— В смысле? Они что, погибли⁈ — нахмурился Ястреб.

— Да нет! — махнул Вальдемар. — Стали этими, как их… А, вегетарианцами! Во!

— Ох-х-х, — скривился Ястреб. — Я б лучше уж действительно — того…

— Вот и я о том же! — вздохнул Вальдемар. — Участь пострашнее смерти!

Ну да. Эдакому детине пришлось бы жрать траву тоннами, чтобы покрыть хотя бы базовые потребности организма.