Илья Савич – Учитель Особого Назначения. Том 7 (страница 52)

Однако мне есть чему ещё поучиться!

Но затем Марат Игоревич сбросил налёт официальщины и льда. Даже взглянул как-то по-доброму.

— Сергей Викторович, могу лишь дать вам один совет, который каждому учителю рано или поздно приходится прочувствовать на собственной шкуре. Так сказать, сделаю небольшую поблажку, ведь вы самый «молодой» учитель среди нас. Даже года не отработали.

— Буду благодарен, — слегка поклонился я.

— Они не всегда будут под вашим присмотром, Сергей, — с какой-то печальной нежностью произнёс Марат Игоревич. И нотки эти относились не ко мне, судя по отведённому в сторону взгляду. — Рано или поздно, они начнут свой собственный путь, без мам, пап и наставников. И угрозами будут не только монстры, поверьте. Позвольте им справляться с разными задачами, в том числе с несправедливостью. Самостоятельно справляться, без вашей помощи и без приглядки.

Зараза…

Вот сказал, и как обухом по голове вдарил. Меня будто немного оглушило даже, а ведь подобные мысли нет-нет, да крутились в голове.

Только когда их вслух произнёс Градов, это будто… будто они стали явью.

— Ничего, друг мой, ничего, — похлопал он меня по плечу и добро, даже по-отечески улыбнулся. — Все мы через это проходим. Вы справитесь.

Он пошагал дальше и оставил меня наедине в главном зале. Позади хлопнули высокие двери, ветер от створок растёкся по полу. Я оглядел парты, платформу с учительскими столами и отвернулся, чтобы посмотреть в окно. Там как раз сияло солнце, уже наступила настоящая весна.

━—━————༺༻————━—━

После напряжённой атмосферы главного зала, где проходило испытание, в трапезной даже дышать стало куда легче. Шум посуды весело переливался с разговорами учеников. Одни смеялись, другие делились переживаниями. Кто-то тихо ругал надзирателя-учителя.

— Чтоб ему этот глаз на его грёбаном затылке на задницу-то и натянули! — желала, судя по всему, Максимилиану одна из учениц Академии Ковалевской.

Я очень сильно проголодался, хотя даже и не заметил этого, пока не увидел еду. Тут было много всякого, настоящий шведский стол.

Набрал себе на поднос побольше самого вкусного: котлеток, жареной картошки и салата. Салата пришлось брать много — мясо я люблю есть с овощами и гарниром. А ещё хлебушек… ух-х-х! Похоже, его пекли прямо здесь, с пылу с жару. Душистый, ароматный, да ещё посыпанный семечками, с глянцевой багровой шапочкой. Лепота!

Ратного кофе здесь не было, но пол-литровую кружку компота я прихватил. Даже удивительно, что такие здесь имелись, обычно тары в таких местах маленькие. Но девушка с раздачи нисколько не удивилась моему аппетиту, так что, видно, персонал был отлично знаком с запросами голодных магов.

Ученики сидели за длинными столами, расположенными примерно так же, как ряды парт в главном зале. А учительский стол находился в стороне, и он ещё пустовал. А я так проголодался, что оказался первым в очереди даже после того, как задержался с Градовым в главном зале. Ну вот скажите мне после этого, что окна — это не замена для дверей, ага!

Остановился, взглянул на пустующий стол впереди и на стол слева, где сидели мои ребята. Они явно что-то замышляли, попутно ругаясь и заливаясь хохотом между собой.

Короче, я повернул налево.

— Сергей! — окликнула меня Лиза. — А вы куда? Учительский стол вон там.

— Ну, я рад за него, — пожал я плечами, улыбнулся и продолжил путь. — Приятного аппетита Елизавета Александровна!

И оставил недоумевающую учительницу позади.

А когда я с грохотом поставил поднос на стол, ребята мигом затихли. И по их хитрющим и довольным глазам я сразу убедился в своих догадках.

— Что вы замышляете? — с прищуром спросил я.

— Нифево! — помотал головой Саня с набитым ртом. — *Глоть! *. — Да ничего мы не замышляем, Сергей Викторович. Вот честно слово!

— Вроде не лжёшь, — нахмурился я. — Тогда приятного вам аппетита…

Взглянул ещё раз на невинные взгляды ребят и приступил к еде.

Над горой горячего сливочного пюре ещё поднимался пар, а тонкий аромат дразнил воображение. Я ещё только потянулся вилкой, даже не успел зачерпнуть пюрешки, но уже будто чувствовал, как она обволакивает своей нежностью мой рот, чтобы жареная котлета с глянцевой золотистой корочкой нырнула туда и устроила настоящий праздник…

— Погодите-ка! — замер я с вилкой у самого рта.

Парни разом оторвались от тарелок и взволнованно уставились на меня.

— Не замышляете! — дошло до меня наконец. — Значит, уже сделали⁈

Парни переглянулись. И ответом мне послужили широкие, натужные лыбы. Я понял, что угадал. Да вот только поздновато…

БАХ!!!

Прогремел взрыв, и натужные лыбы превратились мигом в самые радостные, сияющие морды. Только вот смотрели они теперь не на меня, а на подлетевшего на пару метров Можайского.

Взлетел он, и правда, красиво. Со стула, как ракета, с реактивным пламенем прямо из задницы. Затем плюхнулся обратно, и остатки пламени вспыхнули, словно хвост. А хвост, словно хлыст шлёпнул Леонида по макушке.

— Красиво… — призадумался я.

— Ага-а-а… — с блаженной улыбкой кивнул Саня.

— Вельцина вы так же обрили?

— Ага, — хмыкнул Антон.

— Ну не совсем, — заметил Саня. — В тот раз заклинание было простым. А в этот раз пришлось заморочиться. Применить все полученные у Инги Валерьевны знания! Ну и пару Настиных приёмов, конечно.

— Вот они обрадуются, — вздохнул я.

И в актёрском ремесле он тоже поднаторел. Я только сейчас понял, что заклинание Саня прицепил в тот момент, когда якобы случайно уронил листок с ответами. А я и не заметил, ведь отключил сенсор, хех.

— Ну Настька точно обрадуется! — уверенно заявил Саня. — Но вообще мы все вместе постарались.

— Коллективная работа! — с гордостью ухмыльнулся Артур. — Мы объединили Источники, чтобы напитать заклинание, дистанционно его закрепить, поддерживать и запустить с отлаженным по времени срабатыванием…

— Блин, еле выдержал! — откинулся на спинку стула Даня. — Пришлось даже гравитацию использовать. Как раз для дистанции. Капец тяжело было.

— И Пожирателя, — кивнул Антон. — Чтоб скрыть присутствие заклинания. Такая морока! Ну нафиг эти ваши заклинания.

Лёня теперь бегал по трапезной, прикрывая то прожженную дырку в штанах, то плешь на голове, от которой тянулся дымок.

— Вы не могли провернуть эту хрень после Олимпиады? — тихо поинтересовался я у пацанов.

— Могли, — кивнул Даня. — Но был бы не тот, как его… коленкор, во!

— Согласен… — вздохнул я, провожая взглядом Можайского.

Он резонно решил, что жар в заднице должна потушить жидкость. Поэтому взял и прыгнул в чан с компотом. А затем вылетел оттуда ещё быстрее, потому что компот-то был горячим.

— Вы же понимаете, что я вас накажу? — спросил я.

— Конечно, — безо всякого сожаления улыбнулся Егор.

— Оно того стоило, — буркнул Юра.

— Стопудово, — кивнул Вадим.

— Во, наши пацаны! — захохотал Антон в сторону троицы.

Кажется, это всё-таки заразно…

Учителя тем временем подскочили с мест, носились за Можайским и пытались его потушить. А Марат Игоревич лишь хмуро наблюдал за этим, а после вдруг перевёл строгий взгляд на меня.

Зараза.

Не, ну он сам говорил про самостоятельность, разве не так? Вот, получите и распишитесь, как говорится!

Мда… Кажется, победить в Олимпиаде только что стало заметно труднее.

Но оно того стоило, хе-хе.

Глава 23

Эта часть завершающего этапа Олимпиады, судя по всему, начнётся с небольшой задержкой. Надо же пострадавшего подлечить, верно?

Команды медиков, которые, конечно же, присутствовали в замке и сопровождали всю Олимпиаду с самого начала, долго не могли унять боль от ожогов на заднице и на макушке Леонида Петровича Можайского.