Илья Савич – Учитель Особого Назначения. Том 7 (страница 14)

И сделать всех на этой олимпиаде, чтоб её за ногу!

Глава 7

Мотивация решает. Когда я ещё в академии объяснил парням, что от них зависит будущее этой самой академии, то они взбодрились и зарядились общей энергией.

Но такие цели слишком эфемерны и далеки, они попросту не конкретные. И не совсем понятны для подростков, особенно в долгой перспективе, когда результат быстро не достичь, а его плоды не так уж и понятны. Ведь с академией сейчас всё нормально, и понять, что они что-то изменили, будет непросто. Поэтому разлад начался довольно быстро и едва не привёл к краху команды.

Но мне, можно сказать, повезло. Когда я увидел Леонида с его группой учеников, то сразу прикинул возможные варианты событий и решил поставить на них. И засранцы меня не подвели, хе-хе!

Да, я до последнего надеялся, что все согласятся пройти объединение, ведь магическая связь также подкрепляет связь эмоциональную. Невозможно искренне ненавидеть того, кого впустил в свой Источник добровольно.

Но Егор и Вадим всё же воспротивились этому, и я специально отправил их с холма, потому что уже знал — Леонид двигался в нашу сторону со своей группой.

И сам Леонид, и его ученики были очень недовольны, что их обошли. Особенно недовольны, что их обошли ученики «какой-то захолустной шараги», как выразился Лёня, ворочаясь у себя в обычном номере.

Так что встреча парочки бунтовщиков с группой высокородных озлобленных пакостников точно не могла закончиться без конфликта. А ещё нельзя было заканчивать объединение без всей команды, так что я вовремя прервал процесс и направил ребят к месту роковой встречи.

И что мы получили в итоге?

Ну, во-первых, шикарную уху! Или не уху вовсе… Не уверен, но мне кажется, любой рыбный суп или похлёбка, которую сварганили на берегу реки, на свежем воздухе, автоматически становится ухой. Даже если грибов там оказалось не меньше.

Но уха закончилась быстро, а вот реальная цель, от которой в глазах парней полыхали огоньки, будет держаться до того момента, пока мы не накажем группу Леонида за их высокомерие и наглость.

Ведомые этим чувством, парни работали как не в себя, выложились на полную. После успешного объединения Источников я прогнал их по ускоренной программе для отработки взаимопонимания и слаженности по всем возможным фронтам, от физических действий до логических. Чуда, конечно, свершить не удалось, но они уже начинали понимать друг друга если не с полуслова, то с пары не самых культурных эпитетов. Да и общие командные наработки дались вполне удачно, ведь основная часть группы, её костяк — это мои бесята. А у них всё со слаженностью отлично.

Так что мы вернулись в замок только под самый вечер. И он к тому времени уже был полон людей.

Парни устало поужинали и даже не замечали взгляды, которые в них бросали все остальные. Даже взгляды учениц какой-то девичьей академии, судя по всему. А это о многом говорило, между прочим.

Затем ребята отправились в свои номера, приняли душ и мгновенно отрубились.

Я же спать не хотел, поэтому решил прогуляться по замку и познакомиться с нашими соперниками. Как раз мимо проходил Аверьян с взволнованным видом. Я его перехватил и спросил:

— Все команды уже прибыли в замок?

— Да, да, — закивал он немного растерянно. — То есть не все, — помотал он головой.

— Так все или не все? — улыбнулся я.

— Все, кто прошёл первый этап, Сергей Викторович, — пояснил сопровождающий. — Несколько команд не справились… — он как-то задумчиво нахмурился. — Я бы даже сказал, много команд не справились. Не припомню такого за все прошлые годы.

— Ого! — почесал я затылок. — Неужели нападение монстра оказалось таким сложным?

— Видимо, так, — пожал он плечами. — Но вы в любом случае поставили рекорд олимпиады. И с отрывом от прежнего рекорда, хе-хе.

Последнее он сказал явно повеселев.

— И кому же он принадлежал? — спросил я.

— Можайскому, — улыбнулся Аверьян. — Леониду Петровичу то есть. Из Академии имени Григория Ярославича Велесова.

— Так вот чего он так разозлился, — хмыкнул я.

— В смысле? — тут же оживился Аверьян.

Он явно жаждал подробностей и наверняка что-то слышал про нашу стычку. Но я не из тех, кто любит сплетничать.

— Да так, неважно, — отмахнулся я. — Спасибо за информацию, Аверьян Германович. Пойду, познакомлюсь с остальными.

— Да-да, конечно, — он, видно, чуть расстроился, но не стал настаивать и двинулся дальше.

Я проводил его взглядом, посмотрел, как он подхватывает заблудившихся учеников, которые очень уж упорно двигались в сторону женских спален. Усмехнулся и пошагал дальше.

Леонида и его засранцев я не наблюдал. Видимо, они тоже выложились на полную и теперь дрыхли у себя в номерах.

Я вышел к гостиному залу. Это было просторное помещение с шикарной хрустальной люстрой, которая свисала с высокого потолка. Свет от сотен мелких лампочек в виде свечей переливался на узких окнах из разноцветного стекла. Это придавало залу уютное освещение и довольно интересную атмосферу.

Сейчас в зале сидели учителя других академий. Кто-то с бокалами в руках вёл беседы возле открытой форточки, кто-то развалился на диванах, а трое человек сидели в креслах возле камина. Оттуда-то меня и окликнули.

— Сергей Викторович! — помахала мне приятная женщина с чёрным каре и яркой помадой на губах.

Вот только я в душе не ведал, кто она такая. Видел её рядом с теми ученицами, которые бросали заинтересованные взгляды в сторону моих парней, правда. Видимо, она была их учителем.

— Эм, — махнул я в ответ, — добрый вечер. Наверное…

— Присоединяйтесь к нам, Сергей Викторович! — зазывала она настойчиво. — Тут как раз есть свободное место!

Двое других — интеллигентного вида мужчина лет сорока, в круглых очках, и мужчина помладше, с хмурыми бровями, квадратным лицом и кривоватым носом — пристально уставились на меня.

Ну, я ж хотел познакомиться с остальными, верно? Так что пожал плечами и принял приглашение.

— Присаживайтесь, Сергей Викторович, — улыбалась мне девушка. — Меня зовут Елизавета. Можно просто Лиза. Очень приятно познакомиться!

— Взаимно, — улыбнулся я в ответ, присаживаясь на свободное кресло. — Тогда для вас можно просто Сергей.

В камине треснуло полено, и искры разлетелись в стороны, затухая в воздухе.

— Никанор Васильевич, — мягким голосом, с лёгкой улыбкой протянул мне руку интеллигент.

— Ратко Милорадович, — нарочито твёрдо, всё ещё хмурясь, представился квадратоголовый.

Я поздоровался со всеми. Никанор так же мягко, чисто для галочки обхватил мою ладонь и вернулся к бокалу. А вот Ратко сжал руку крепко, словно хотел поломать мне кости. Вот только ничего не получилось, и я с добродушным видом ответил тем же.

Хмурые брови на секунду вскинулись, рот приоткрылся, но Ратко сдержал вскрик. А затем плавно убрал руку на подлокотник.

Конечно, я ему ничего не сломал, но он всё отлично понял и без этого. И когда обмен любезностями закончился, я задал интересующий меня вопрос:

— А откуда вы знаете моё имя, Лиза?

Девушка улыбнулась чуть шире, глотнула из бокала и пояснила:

— Вас теперь все знают, Сергей Викторович…

— Можно просто Сергей, Лиза, — напомнил я.

— Да, конечно, — чуть смутилась она. — Сергей, вы побили рекорд олимпиады по выполнению вступительного задания.

— Да, слышал, — кивнул я.

И приметил, что в мою сторону то и дело кидают заинтересованные взгляды все остальные в зале. Да и перешёптывания вдруг затихли. Видно, наш разговор стал для них интереснее собственных бесед.

— И это очень примечательно, — будто скучающе заметил Никанор. — Каждый раз эти задания разные, и не знаешь, когда они начнутся. И в чём они заключаются. Однажды, помню, вступительное застало нас уже в замке…

Он вдруг нахмурился, видно, его посетили не самые приятные воспоминания.

— Вы уже были на олимпиаде? — поинтересовался я.

— Да, был. Трижды.

— А я второй раз, — вставила Лиза.

— Я впервые, — снова нахмурился Ратко.

И на этот раз мне удалось уловить его лёгкий акцент. А судя по имени и отчеству, я уже догадывался, откуда он родом.

— Вы прибыли из Сербского Королевства? — спросил я.

И Ратко тут же взбодрился, даже улыбнулся.