Илья Самсонов – Вдалеке горят огни (страница 57)

– И у всех магов такие?

– Нет. Только тех, кого считают опасными. В Эллиадоре есть специальная комиссия для этого. Хотя что-то подобное встречается почти везде. Но не об этом речь. Я родилась в семье магов-ренегатов. Они, знаешь, скрывались и бегали с бандитской шайкой, потом всех перебили, а меня забрали. И, представляешь, я почти из леса попадаю в этот Монард! Тогда на меня еще нацепили не только браслеты, но и ошейник.

– Тоже подавляющий магию?

– Ага. Это… м-м-м… довольно жутко. Дело даже не в том, что ошейник – это неудобно. Полное перекрытие магии – это… Даже не знаю, как описать. Хочется сказать, что остаться без воздуха, но это совсем не то, – она щелкает пальцами, пытаясь подобрать слова. Канзан и сам хочет ей подсказать, но ему тоже ничего не приходит в голову. – Даже не знаю. Говорят, что ты умеешь почти летать, верно? Спорим, что с каждым новым разом тебе хотелось сделать это еще и еще?

– Да, но… Это же, наверное, естественно, когда у тебя получается что-то особенное.

– Верно, но тут дело не только в этом. Магия становится почти потребностью. Вскоре эта жажда использовать дар утихнет, но магия – это уже часть тебя. И без нее мир начинает тускнеть, – она усмехается. – Тебе ведь еще сильно повезло. Только вдумайся. Стражница-савварийка, которая застала тебя над телом мертвого ящера, пришла к тому, что ты не можешь быть убийцей. Это же и правда уму непостижимо!

Канзан кивает. Он уже и забыл об этом.

– Наверное, мне стоит ее поблагодарить.

– Не просто «стоит», а ты обязан это сделать. Иначе… Кто знает, что могло произойти, – Мира разводит руками. – На тебя ведь и правда охотятся все. Ты бы запросто мог попасться.

– До этого не попадался.

– До этого на тебя толком никто не охотился. А если бы подключили более серьезных колдунов…

– Я ведь мог бы просто убраться из города.

– И что бы это исправило? Хасвах охотится на тебя, – усмехается Мира.

– Хасвах?

– Ты не знаешь это имя? Правда? Так зовут Владыку Саввары. А как вы его называете?

– Ну… Просто «Владыка Саввары», – пожимает плечами Канзан.

– Ха! Ну да, так звучит инфернальнее.

– И что, он сможет меня достать вдалеке отсюда?

– Я бы не стала так рисковать. Сейчас Хасвах куда более активен, чем раньше. Участвует в политике других стран и все такое. Словом, тебе пришлось всю жизнь прятаться, даже окажись ты за пределами Монардии или Эллиадора.

– А если я не справлюсь…

– То прятаться тебе не придется, – усмехается Мира.

Канзан смотрит на нее внимательно, встречаясь с ее веселым взглядом. А она продолжает как ни в чем не бывало.

– Ты же будешь мертв.

Мертв… Канзан не успевает ничего подумать, когда она легонько пинает его чуть выше лодыжки.

– Ой! Больно! – он смотрит на нее ошарашенно, но Мира в ответ смеется.

– Ха-ха! Расслабься! Ты справишься. Ты же чертов избранный. Избранные всегда побеждают тиранов. Почитай всякие легенды. Ты же умеешь читать?

Опять этот вопрос.

– Не умею…

– Ну, попроси Ксанли почитать. Будет нелегко, но ты должен справиться. Такова участь любого избранного. Если бы все было легко, то избранный и не был бы нужен.

Канзан кивает. Это его и правда немного приободряет. Да и не хочется показывать слабость перед Мирой. Хоть она и ведет себя так, что, будто бы, в этом нет ничего страшного.

Экипаж останавливается. Канзан тянется к занавеске, но Мира хлопает его по руке.

– Канзан, ты чего так торопишься?

– Я…

– Тебе нельзя высовываться, поэтому позволь выглядывать мне. Хорошо?

Канзан кивает. Да, это и правда необдуманно. Теперь его грызет изнутри чувство, что Мира будет считать его совсем несмышленым. А затем следует и удивление тому, что его вообще настолько волнует ее мнение.

– Да, мы на месте. Выходим, – выглядывает в окно Мира.

Они выходят наружу. Канзан осматривается. Пасмурно. Над ними облачное небо, но дождя нет. Вокруг стены. Не такие гигантские крепостные, как в городе, но все же высокие стены, объединяющие несколько смотровых дозорных башен. А окружают эти стены довольно внушительный особняк.

– Где мы?

– Эта резиденция принадлежит короне. Сейчас она пустует, поэтому идеально подходит для нас. Кроме того, можно не волноваться, если мы что-то разрушим.

– А мы можем?

– Конечно! Мы же не знаем, насколько ты силен. А что-то мне подсказывает, что ты ну очень силен.

– За пределы стен лучше не выходить. Мы будем на стене караулить. В экипаже есть провизия, – к ним подходит Хора.

– О, а ты ко всему подготовилась! – восклицает Мира.

– Не знала, как долго мы тут будем.

– До вечера точно.

– Угу. Вас поняла. Я пойду, – она делает кивок и уходит, даже не удостаивая Канзана и простым взглядом.

А у него не получается и выдавить из себя что-то. Он вдруг осознает, что в нем есть какой-то внутренний страх перед савварийкой. На какой-то миг осознание этого даже парализует, а затем заставляет пожирать самого себя от чувства мерзотного стыда. Он же избранный, а сейчас будто боится савварийки, которая находится на его стороне.

– Отлично. Канзан, ты голоден?

– Ну, не то чтобы…

– А ел давно?

– Не особенно.

– Хорошо. Неплохо, – кивает она.

Мира собирает волосы в хвост, ее движения кажутся чертовски грациозными. Канзану нравится Сакара, но Мира совершенно иная. Она будто противоположна вообще во всем. И по-своему хороша. Светлые длинные волосы, более мягкие черты и такая подтянутая, но все-таки ладная фигурка, которая еще и укрыта явно более дорогими одеяниями. От этих мыслей в глотке Канзана сохнет, но вот он уже таращится на нее. Кажется, будто он неправильно понимает ее вопрос, пробивающийся через совершенно «не те» мысли.

– Что?

– Снимай рубашку.

– Зачем?

– Канзан, ты чего, стесняешься, что ли?

– Нет, но… Кхм, Нарион говорит, что все нужно ставить под сомнение.

– Но это явно не тот случай. Мне нужно оценить, насколько ты готов, – смеется Мира.

– Готов?

Мира смотрит на него молча и вдруг кивает сама себе, резко садясь на землю и указывая прямо перед собой.

– Садись давай. Я, кажется, поняла, что у нас за проблема. Ты ведь мало знаешь про магию. Нарион ведь, наверное, ничего про магический дар не рассказывал?

– Нет, не рассказывал, – Канзан присаживается напротив нее.

– Есть несколько… м-м-м… типов дара. Их обычно по-скучному называют общий или специальный. Специальный – это… м-м-м… редкий дар. Колдун с таким даром умеет делать только что-то конкретное. Обычно его способности ограничены, но зато такие дары уникальны. Например, мыслечтецы или другие колдуны, которые воздействуют на разум.

– А я?