Илья Самсонов – Легенды Саввары: Когда умрет последний из Вас (страница 2)

Небо алое. Тут, среди скал, уже темно, но Клавдий – как и все дэвинцы – хорошо видит в темноте.

– Хм… Амнистия для всех? Или речь будет о виновниках конкретных убийств?

– Речь только об амнистии за участие в Черном Движении. Ну и за убийства в сражениях.

– Позволите мне сделать такую приписку?

– Разумеется.

Клавдию даже выдают чернила с пером. Писать приходится буквально на коленке, но, к удивлению Виктуса, дэвинец не испытывает с этим никаких трудностей.

Клавдий вообще сейчас кажется удивительно дипломатичным и неприхотливым. Да и капитан чернокрылых ведет себя так, будто не прошло уже почти сто лет непримиримой вражды.

Они обсуждают практически каждый пункт длинного соглашения.

Разговор проходит в довольно вежливом ключе. Вроде бы это не первые переговоры о мирном соглашении. Возможно, из-за этого спокойный и конструктивный разговор не то чтобы удивителен.

Но Виктус не был на прошлых встречах, поэтому видеть такое взаимодействие с чернокрылыми… Странно.

Усталость начинает давить на виски. Хочется вздремнуть. Виктус не первый год среди военных – за это время пора бы привыкнуть ждать, но каждый раз все равно кажется непосильным испытанием.

Переводит взгляд на Фавия. Тот отвечает ему усмешкой, но явно и сам уже устал.

Клавдий в какой-то момент бросает взгляд на Виктуса.

– Вы можете отдохнуть. Нет необходимости стоять возле меня.

Виктус не спорит. Кивает. Чувствует даже какую-то благодарность.

Виктус и Фавий идут к птицам. Юнцы сидят на камнях. Рядом с ними стоит зажженный огонек – палка, на конце которой светящийся шар в эдакой клетке. Фонарь со светокамнем.

Молодые офицеры тут же вскакивают, заметив, что к ним идут старшие.

Виктус усмехается.

– Все в порядке. Сейчас можете расслабиться. Клавдий еще не закончил.

Кивает в сторону переговорщиков. Около Клавдия и Горина тоже поставили две осветительные палки. У дэвинского зрения все-таки есть предел, да и Горин – не дэвинец.

– Почему мы вообще ведем с ними переговоры… – бурчит под нос Стеган – один из молодых офицеров.

– А ты думаешь, что не нужно? – спрашивает Виктус.

– Я…

– Можешь говорить, что думаешь, – тут же добавляет Виктус.

Стеган кусает губу. Подозревает, будто это подвох. Виктус его понимает. С теми, кто выше статусом или рангом, общаться нужно осторожно.

Но юнец все-таки решается.

– Они же бунтовщики. И их сейчас просто простят?

– Это довольно сложная тема, Стеган.

– А мне кажется, что все просто. Бунтовщики должны быть наказаны. Простят этих – и не за горами следующий бунт.

Виктус только открывает рот, чтобы что-то ответить, но Фавий его опережает.

– Восстание Кловина Чернокрылого началось 89 лет назад. С тех было пролито много крови, но ты ведь и сам знаешь, что на окраинах и не только есть целые поселения, которыми управляют чернокрылые.

Фавий говорит негромко. Смотрит на светокамень, из-за чего в глазах будто даже какой-то зловещий блеск. Он продолжает говорить.

– Уже выросли целые поколения, которые не участвовали в восстании, но всю жизнь прожили под чернокрылыми. И ты предлагаешь их тоже всех переубивать?

Фавий загибает палец.

– Это первое. А второе: у нас все еще под боком Орда Ясаров. Ты считаешь, что это хорошее время для возобновления гражданской войны? – спрашивает Фавий.

– Не принято называть…

Фавий резко перебивает Стегина.

– Я знаю, что в документах это не гражданская война, но шестая часть Империи во власти чернокрылых. Это не говоря о спрятанных поселениях, которым уже больше пятидесяти лет… Я к тому, что если не мир, то продолжение бесконечной вражды.

Виктус кивает.

– Ты не застал времена, когда любой полет означал, что тебе может прилететь десяток стрел из теней скал, – произносит Виктус.

Виктус вздыхает. Он потерял не одного друга из-за чернокрылых.

– И разве это не повод отомстить им? – говорит паренек.

Виктус смотрит на Стегана. Пытается понять истоки злобы. Он тоже кого-то потерял? Или это все юношеский максимализм вкупе с жаждой справедливости?

– Отомстить, конечно, хочется, но тогда это все никогда не закончится.

Стегану явно этот ответ не нравится. Он хмурится, сжимает губы, но молчит.

Виктус встречается взглядом с Фавием. Тот лишь пожимает плечами. Да уж, горячая голова.

Виктус защищает соглашение с чернокрылыми, но в глубине души понимает, что это вовсе не его слова и мысли. Это то, что он слышал от еще более ранговых вояк. И будто даже поверил в это.

Заставил себя думать так, будто всех стычек с чернокрылыми в его памяти не было, а ведь иногда эти воспоминания проносятся бликами в голове.

Жесткое падение. Кровь. Крики. Смерть. Схватка, бегство и…

– Пора.

Фавиан поднимается, смотрит в сторону. К ним приближается Клавдий. В его руке свиток.

Клавдий даже не выглядит уставшим. Напротив, победно улыбается. Виктус ловит себя на мысли, что на его губах улыбка.

– Успешно? – Виктусу самому себя хочется треснуть за такой простецкий вопрос, будто Клавдий его друг.

Но дэвинец отвечает ему широкой ухмылкой. Трясет внушительным свитком.

– Вполне неплохо.

Виктус вздыхает. Он чувствует восторг. Не может толком осмыслить происходящее, но ощущает себя участником большого и значимого события в истории Небесной Империи.

ГЛАВА 1. ОБЛАЧНО

ЧАСТЬ 1. ФАВИЙ

– Ну-ну, я оставлю тебя совсем ненадолго.

Фавий трет пернатую шею крылана, хоть и почувствовать ее через плотный слой перьев непросто. Птица будто даже поддается.

К крыланам советуют не привязываться, но Фавию глаза его зверя кажутся уж очень умными, чтобы считать его просто живой вещью.

Раньше – до восстания Кловина Чернокрылого – крыланами можно было пользоваться и прямо внутри городов, но это в прошлом. Из-за восстания появилась куча запретов, действующих и по сей день. У чернокрылых ведь тоже есть крыланы, хоть и в меньших количествах.

Фавий спускается вниз.

Он приписан к Южному Воинству Дэваля. Ставка находится на возвышенности. Отсюда хороший обзор на город.

Дэваль – столица Небесной Империи. Город, находящийся будто бы в жерле вулкана. Говорят, он возник на месте раскола Великой Горы. Именно здесь состоялась последняя битва Святой Илиссии и Безумной Патракии.