Илья Самсонов – Легенды Саввары: Когда умрет последний из Вас (страница 13)
Гаяна подходит близко к прутьям ограждения. Фавий – тоже. Он вроде знает, что крылан ее не тронет… Случаи бешенства и озверения бывают, но обычно их легко распознать по внешним признакам. И все же…
Гаяна достает грызуна. Крупный. Треть ее тела.
Просовывает руку через прутья. Отпускает. Туша шмякается об пол. Птица смотрит на нее с интересом, но все также не двигается.
– Можно, – произносит Фавий.
Птица приближается. Хватает тушу, придерживает ее когтями. Рвет на куски. Крыланы чертовски опасны для людей, но сами этого будто не понимают. Еще одно доказательство того, что не такие уж они и умные.
– Пап, а Лика сказала, что у них на прошлой неделе гостили паломники из Эллиадора. И они говорят, что в этом Эллиадоре вся земля плоская.
Фавий усмехается.
– Ну… Пожалуй, так и есть.
Пожимает плечами. Он сам за пределами Хребта Мира никогда не бывал.
– Почему мы вообще туда не летаем?
Фавий усмехается.
– Я сам задавался этим вопросом. Думал, что крыланы – это же грозные твари. Империя, наверное, могла бы покорить с ними весь мир. Почему же она это не делает?
– Я тоже об этом думала, – произносит Гаяна с таким серьезным лицом, будто это Фавий тут ребенок.
Он усмехается.
– Крыланы не могут жить за пределами Хребта Мира.
– Им в горах больше нравится?
– Нет, они буквально не могут там выжить.
Фавий потирает подбородок. Думает, как это объяснить. Он ведь и сам не то чтобы хорошо все знает.
– Говорят, что крыланы тут питаются не только мясом и, ну знаешь, обычной едой. Якобы есть где-то… Я не знаю, где-то здесь… – он неопределенно машет рукой куда-то вверх. -…Какой-то источник энергии, который питает крыланов. За пределами Хребта, лишаясь этой подпитки, крыланы быстро гибнут.
– И с этим ничего нельзя сделать?
– Маги изобрели специальные браслеты на лапы крыланов, с которыми они могут находиться за пределами Хребта, но очень непродолжительное время.
– Жаль. А я хотела облететь весь мир на крылане, – объявляет Гаяна. Причем говорит это вновь с таким серьезным лицом, будто она и правда уже построила грандиозные планы.
– Ну, может быть, когда ты станешь взрослой – это уже будет возможно, – пожимает плечами Фавий.
Летать, правда, за пределами Хребта точно опасно, но к чему сейчас это вспоминать.
– Лика сказала, что на прошлой неделе было полно паломников. Зачем они вообще сюда едут?
– А ты не спрашивала у мамы?
– Спрашивала.
– И что, она не сказала?
– Сказала, что кому-то заняться нечем, – надула губы Гаяна.
Фавий вздыхает. Прикладывает ладонь ко лбу, будто просит прощения у Илиссии за слова жены. Да и за ее мысли тоже, потому что там, наверное, ответ был еще грубее.
– Ты ведь знаешь, почему Дэваль именно такой? Почему гора, где находится наш город, расколота?
– Нет, – отвечает Гаяна.
– Ты же врешь!
– Ну и что? Расскажи еще раз!
Фавий усмехается.
Он показывает пальцем вверх.
– Говорят, что здесь когда-то были врата в другой мир, из которого Дадар явился со своей армией. Тогда же из этих врат пришли дэвинцы.
Вспоминает, как ему рассказывали эту историю в детстве. Сам Фавий не знает: было это или нет.
– Дадара предала его сторонница по имени Патракия. Она убила Дадара, сожрав его сущность и, как говорят, сошла с ума. Тогда…
– А как она Дадара убила? – вдруг спрашивает Гаяна.
– А? Что?
– Она убила Дадара, но он ведь был богом. Разве нет?
– Не знаю. В спину его чем-то пырнула или вроде того.
– И что, так можно убить бога?
– Это хороший вопрос… – протягивает Фавий так, будто действительно знает, что нужно сказать. Раньше она подобного не спрашивала, а самому Фавию это почему-то никогда не было интересно.
Но все же он решает не фантазировать. Пытается привыкнуть говорить с Гаяной, как со взрослой.
Это было не так уж и легко, глядя на ее щекастую глазастую мордашку.
– Кто-то, наверное, ей помог. Она ведь была среди близких к Дадару людей. Знаешь, я никогда не задавался этим вопросом, но все же думаю, что ей помогли. Ведь…
Вновь смотрит вверх. Воображение у него работает уже не так хорошо.
–…Ведь говорят, что во время буйства Патракии врата заволокла чернота. Они, эти Врата, были прям в небе. Такая, знаешь, гигантская пропасть, но вон там, наверху. И сначала они стали черные-черные, а затем черноту усеяли золотистые огни… Это были миллионы глаз.
– А чьи это были глаза?
– Я не знаю, Гая. И, я думаю, никто не знает. А затем Святая Илиссия и Патракия Разрушительница сошлись в битве. Прямо здесь, – он оказывает рукой в сторону города. – Мне говорили, что тут была самая обычная гора, но именно сражение богинь раскололо ее… Илиссия уничтожила Патракию. Обратила ее тело в ничто, но сама тоже умерла после этого сражения. Тело Илиссии находится под городом, в Великой Гробнице Илиссии. И паломникам дают туда приблизиться лишь в течении одной недели в году. Это касается даже нас, жителей Дэваля.
– Почему так?
– Там опасно находиться, поэтому я пока и не хочу вести тебя туда.
– А ты сам ходил к гробнице?
– Да. Мне тогда было… Ммм… Семнадцать, кажется.
Октавия не ходила туда. Фавий пытался ее уговорить, но она почему-то упиралась и упирается. Из-за этого ему кажется, что все ее дурные слова про паломников от какого-то невежества.
– Тогда было… Сложно. Очереди огромные. Ждать нужно очень долго. Представить не могу, насколько тяжело тем, кто прибывает сюда из других земель. Все-таки илиссианцев хватает по всему миру. Тогда я, знаешь, бесился. Просто: “Ар! Что они все тут забыли!”
Сейчас это забавное воспоминание, но тогда Фавию было совсем не весело.
– Нас пускали группами. Мы спускались под город. Я сейчас смотрю на город и не могу понять, где находится гробница. Потому что мне кажется, будто мы спускались чудовищно долго. И…
Подбирает слова. Не хочет казаться проповедником. Да и Октавия будет ругаться, но все же хочется донести свои ощущения.
– Находиться там было сложно. Говорят, от ее гроба исходят волны губительной энергии. Я видел врата в гробницу. Огромные, сияющие, золотые. Но… Это не золото.
– Как это? Золотые и не из золота.
– Они выглядят такими. Это обычный камень, который покрасила в золотой сила Илиссии.
– Она умела превращать камень в золото?