Илья Саган – Пробудить бога (страница 34)
Сбоку раздался шум, и в зал вбежал юноша в легких доспехах. Никто не успел среагировать, как он вскочил на плоский камень, лежавший перед тумбой, и выхватил из–за пояса кинжал.
— Армус, призыватель! — выкрикнул он, размахнулся и занес клинок над моей головой.
Я интуитивно отшатнулся. Оцепеневшие маги наконец пришли в себя, и в парня полетело сразу несколько разных зарядов: огненный диск, ядовито–зеленый сгусток, ледяная стрела, что–то еще. Охнув, он медленно осел, и мне показалось, что в глазах его мелькнуло бесконечное удивление. Через секунду, распластавшись на плоском камне, он испустил дух.
Переведя дыхание, я с недоумением посмотрел на него. Отчаянный. Ясно же, что в присутствии Шериуса и его людей шансов у убийцы не было.
Что–то в нем показалось мне знакомым. Бледное лицо, острый нос. Где я мог его видеть?
— Продолжай, — послышался за спиной шепот чародея. — Не останавливайся, иначе нам не пробудить бога!
Я тряхнул головой, приводя мысли в порядок, и вновь повернулся к книге. Перед мысленным взором снова зажглись незнакомые буквы, сквозь шум в ушах зазвучал голос.
— Фесимаде ов каржинте древинне асаинау. Феррос глациуми аклистеррун. Эстер! Эстер!
Факелы в зале внезапно потухли, воздух наполнился странным сиянием, стал изумрудно–зеленым, вязким, а по гексагонам побежали ломаные стрелы молний. Высоко в небе громыхнуло так, что платформа пошла ходуном. Я и так уже еле стоял на ногах от слабости и, не удержавшись, упал на колени. От очередного толчка книга упала и легла передо мной, открытая на нужной странице.
— Продолжай! — отчаянно шептал сзади Шериус.
Напрягая последние силы, я механически повторял звучавшие в голове слова. Ни о какой торжественности теперь не могло быть и речи: просыпающийся бог большими глотками пил жизненную энергию своего призывателя.
— Онтуме керлизонте… иссу. Мелизораз пропенти. Крес ихсуалле… рамес! Эстер! Эстер!
Дыхание перехватило, горло сдавил жесточайший спазм.
— Эстер… Эстер… — уже теряя сознание, прошептал я и упал рядом с мертвым кинжальщиком.
Очнувшись, я обнаружил себя лежащим на диване голубого бархата. Не та ли это ткань, из которой сшиты мантии местных магов?
В небольшой комнатке стоял полумрак. Слабый, чуть колеблющийся свет выхватывал из темноты стеллажи с книгами, свитками, колбами. Я вывернул голову: сияние исходило от свечи на столе, за которым, согнувшись, сидел маг, его шляпа болталась на спинке стула. Услышав мою возню, он обернулся и с улыбкой спросил:
— А, проснулся? Вот и хорошо.
Я узнал в нем монаха, которого мы с Серым вытащили из Проклятых катакомб.
— А где Шериус? — голос мой был слаб, но уже вполне тверд.
Маг отодвинул стул и пересел на диван, пристроившись у меня в ногах.
— Его чародейство занят. Он поручил мне присмотреть за тобой. Я его помощник, мое имя Вициус. Если не ошибаюсь, именно ты спас меня давеча из Запретной пещеры?
— Я и мои друзья, да. А зачем вы туда ходите, если она запретная?
— Пытались добыть книгу, — сокрушенно вздохнул Вициус, — но не смогли. Два моих товарища умерли сразу, как сам выжил — ума не приложу. Потерял сознание, очнулся…
— Гипс, — ляпнул я.
— Что? Какой гипс? Нет, когда смог открыть глаза, вокруг лежали эти жуткие пульсирующие сердца. Похоже, пока я был в отключке, кто–то провел там темный ритуал. Если бы не ты… В общем, спасибо, не могу выразить, как я тебе благодарен.
— Да не за что. Я могу идти? Или мне нужно дождаться Шериуса?
— Нет–нет, иди, конечно, — заторопился маг. — Кстати, вот, его чародейство велел передать, это зелье снятия беспамятства.
Он потянулся к полке, взял с нее пузырек, заполненный темно–синей, похожей на чернила жидкостью, и сунул мне в руки.
— Держи. Пусть заколдованный выпьет залпом, и воспоминания сразу вернутся.
— Спасибо, — обрадовался я. — А что с призывом? У меня получилось? Нариэль пробудился?
— Не так скоро, — засмеялся Вициус. — Обряд надо повторить трижды. Но ты держался молодцом, все сделал, как надо. Твой зов достиг спящего бога, не сомневаюсь. На, выпей, это для завтрашнего ритуала.
Он протянул мне склянку с искрящейся жидкостью.
— Что ж он за соня такой, — проглотив напиток, пробормотал я сквозь зубы, а Вициус в ужасе отпрянул.
— Как ты можешь говорить столь непочтительно о высшем существе?! Помни, ты призыватель и просто обязан относиться к нему с уважением!
Но я был не расположен слушать нотации. Сунул зелье для Радуги в суму, потянувшись, размял руки и спросил:
— Кто этот парень, которого вы грохнули? Зачем он приходил?
— Ах, этот… — маг устремил на меня внимательный взгляд. — Он хотел убить тебя. Слышал, что он кричал?
— Что–то вроде «Армус, призыватель!»
— На древнемелизорском «армус» означает «умри».
— Зачем ему меня убивать?
Он улыбнулся и начал объяснять, словно ребенку:
— Не все в нашем мире желают пробуждения Нариэля. Есть много тех, кто поддерживает Утреса. Они будут стараться помешать, поэтому его чародейство просит тебя остаться здесь, в Гильдии. Побудешь в безопасности два–три дня, пока не вызовешь бога.
— Ну уж нет! — решительно возразил я и рывком сел. Пружины дивана жалобно скрипнули. — Мне качаться надо, опыт набирать. А защитить себя я сумею, не сомневайтесь.
Вициус нахмурился, в его глазах читалось неодобрение.
— Его чародейство очень просил. Даже настаивал.
Спорить с ним в мои планы не входило. Я вскочил, едва не задев его ногой, размял затекшие ноги, с удовольствием расправил плечи. Слабость почти ушла, однако какая–то напряженность в теле все же чувствовалась. Может, пробуждающийся Нариэль действительно черпает силы из своего призывателя?
— Когда приходить в следующий раз?
— Но его чародейство…
Утомленно вздохнув, я направился к двери. Вслед мне полетело недовольное:
— В полночь!
Этой ночью мне не спалось. Я ворочался, обдумывая события прошедшего дня, столь важного и насыщенного. Итак, первый шаг к пробуждению Нариэля сделан. Главное, чтобы хватило сил на следующие. И чтобы никто не помешал. Шериус прав, на меня могут охотиться люди, о существовании которых я и не подозреваю. Например, тот же лже-Марсель. Или Командор. Парень, которого застукала Ронда (вернее, ее ворона), сказал, что следил за мной по его приказу. А Хват говорил, что Командор — какая–то шишка у Вернувшихся, единственного клана, базирующегося на Риалоне. За что, интересно, им такие привилегии?
И тут меня осенило. Как я раньше не догадался? Ведь название–то говорящее!
Глава 18. Снова вместе
Я порывисто сел на печи, едва не треснувшись о потолок.
Точно, это ребята, которые, как и Марсель, играли в Мелизору раньше, а теперь вернулись в нее, уже реальную. Бывшие геймеры. Что же им нужно от меня? Они охотятся за амулетом, но ведь не могут не понимать, что даже если его похитят, я все равно останусь люменом. Допустим, Хват тогда просто не успел договорить, а полностью фраза должны была звучать так: «Главная цель — доставить амулет и его владельца». Почему бы и нет? Тогда им нужен вовсе не мой кулон, а я, именно я. Они хотят использовать светлого призывателя в своих целях. Знать бы еще, в каких.
А может, люмен нужен им для помощи в изготовлении лекарства? Хотят с моей помощью нарастить объемы или улучшить качество? Ведь, как говорят местные, Фиолы делают именно Вернувшиеся. Но для чего — чтобы помочь человечеству или в корыстных целях? Спасительный Эликсир баснословно дорог, владение им дает власть. Зная секрет производства, любой может стать господином мира, причем не только Мелизоры, но и всего земного шара. Чем не причина охранять свои тайны? Не исключено, что именно поэтому неписей не пускают на Риалон. А вот странников, наоборот, забирают. Причем самых лучших. Вернее, они сами стремятся в этот райский уголок.
Но как Командор нашел меня? После смерти Хвата я успел побывать в горах, на болоте, в деревне, и нигде не замечал слежки. Получается, меня вычислили уже здесь, в Треглаве. Походу, Элмер всем разболтал имя люмена, так что их задача оказалась несложной.
В голове крутился целый клубок мыслей. Но усталость и эмоциональное напряжение давали о себе знать. Вскоре в сознании стали рождаться совсем бредовые теории: что Вернувшиеся — агенты спецслужб каких–то сверхдержав, а Мелизора — проект мирового закулисья.
Мысли стали путаться, и я задремал. А проснулся от холода: Фрося сидела рядом, буквально во мне, и читала сообщения моем на браслете. Нос бы оторвать этой любопытной Варваре.
Немудрено, что я замерз, ощущение было точно такое же, как при проходе сквозь Коридорного Шепота в Проклятых катакомбах. Ведь Фроська тоже призрак, как и он.
Мысль пронзила меня внезапно и заставила замереть: а ведь она нежить! И, вполне возможно, находится на темной стороне. Ее могли подослать просто как шпионку, поэтому она и шатается за мной везде, поэтому и подглядывает в мои сообщения.
Память услужливо напомнила вчерашний сон. Как там говорил Утрес? «Ты станешь самым богатым в Мелизоре, властелином мира»? А откуда у меня золото? Ведь его показала именно Фрося! Причем грамотно, не сразу, а в тот момент, когда оно нам понадобилось.
Вот тут мне действительно стало нехорошо. Проклятый темный бог решил купить меня, сыграть на алчности, которая, как он наверняка думает, сидит в душе любого смертного. Нет, врешь, не прокатит у тебя такое, урод. Обломись.