Илья Саган – Мне написал покойник (страница 28)

— Уже вернулись? Быстро же у вас тут всё происходит, — изобразил недоумение Трекер.

Врач пристально посмотрел на него, открыл было рот, но махнул рукой и спешно вышел. Алан кинул вслед незадачливому медику насмешливый взгляд. А может, стоит пойти за ним?

Трекер высунулся из кабинета и огляделся. Циммлер стоял у запертой металлической двери в конце коридора и что–то эмоционально объяснял интеркому. Через несколько секунд послышался щелчок электронного замка, и врач вошёл в дверной проём.

Перетаптываясь с ноги на ногу, Алан смотрел на заветную дверь. А вдруг они уже заблокировали метку Циммлера? Или того хуже — как только он попытается войти, заорёт сирена? Трекер вытер испарину со лба. Ну и жарища здесь. А может, вернуться? Нет, надо рискнуть. Оно того стоит.

Дрожащей рукой он приложил ключ к датчику. Щелчок. Слава богу!

Скользнув за дверь, Трекер оказался в длинной галерее. Где–то в конце перехода мелькнул белый халат Циммлера. Алан направился следом.

Стараясь оставаться незамеченным, он долго крался за врачом по длинным коридорам. В этой части клиники Трекер ещё ни разу не был. Наконец, врач вошёл в какой–то кабинет. Выждав несколько минут, Алан тихонько заглянул в помещение.

То, что он увидел, заставило содрогнуться. Это был большой зал, заставленный кушетками с человеческими телами. В самом центре располагался хирургический стол. Яркие софиты освещали пожилого пациента. Трекер узнал в нём старика, которого ещё вчера видел живым и невредимым. Он запомнился Алану из–за огромного живота, колеблющегося при каждом шаге, словно его владелец только что проглотил гигантскую медузу. Сейчас эта гора жира бесформенной массой растеклась по столу. Вокруг суетились трое мужчин в белых халатах. Врачи склонились над гладко выбритой головой толстяка, увлечённо делая в ней пропилы и высверливая отверстия.

— А-ах! — вырвалось из груди Трекера.

Он невольно отшатнулся. Нога зацепила провод какого–то прибора, и Алан с грохотом рухнул на пол. Хирурги испуганно обернулись. Один из них сдёрнул забрызганную кровью медицинскую маску на подбородок. Это был Циммлер.

— Мистер Трекер?! Как вы здесь оказались?! — воскликнул он и подбежал к Алану.

Трекер машинально протянул метку.

— О! Вы нашли её и пошли за мной, чтоб вернуть? Вот спасибо, а то я уже… Но вам здесь нельзя. Никак нельзя.

— Эт… это и есть то, что ждёт нас всех? — наконец, выдохнул Трекер. — Не зря вашу клинику называют Домом Смерти!

— Успокойтесь, давайте я вас провожу. — Врач взял оцепеневшего Алана под локоть и повёл по коридору. — Вы всё неверно истолковали. Понимаете, люди уже шагнули в глубины космоса, но до сих пор не знают, как работают их собственные организмы. Для неподготовленного разума это выглядит ужасно, но пациенты, которых вы здесь видите, завещали свои тела для исследований. Такие жертвы необходимы науке. Всем нам… Вас же ждёт совершенно иное.

Когда они вернулись к кабинету, Алана уже ждал устрашающего вида мужчина с леденящим взглядом. Трекер поёжился. Бр-р… Такого только приговорённым вместо смертельной инъекции показывать.

— Меня зовут Майкл Блантор, — властным голосом представился здоровяк. — Следуйте за мной, мистер Трекер, вас ждут.

ЭПИЗОД 19. Наследство Трекера

Такси неспешно ехало из цюрихского аэропорта в гостиницу, где снимал номер Трекер. Джессика в нетерпении ёрзала на заднем сиденье и недовольно поглядывала на водителя. Этот парень будто улитку запряг. На бензине, что ли, так экономит?

Волнение переполняло. Уже второй день отец не давал о себе знать и не отвечал на звонки. Казалось, что где–то в груди шевелился ёж, ощетинившийся тысячами колючек. Воображение рисовало страшные картины: то она видела окровавленного отца, тянущего к ней руки и молящего о помощи, то представляла, что он, как Тим Картер, потерял рассудок и блаженно улыбается, не узнавая её. Предчувствие беды не оставляло ни на секунду.

Как только машина подъехала к дешёвенькому отелю, расположенному в десяти минутах ходьбы от Института Глобального Здоровья, Джессика сразу же сунула Биллу свой паспорт.

— Зарегистрируй заодно и меня. Я к отцу.

— Без проблем. Как закончу, присоединюсь к вам.

— Спасибо, — кивнула она и побежала к входу.

Тусклый свет едва освещал таблички с номерами. В полумраке коридора Джессика перебегала от двери к двери в поисках комнаты отца. Увидев заветный номер, она тихонько постучала в дверь. Никто не ответил. Постучала снова — опять тишина. В волнении Джессика дёрнула ручку. Петли противно скрипнули, и дверь открылась.

Не заперто? От нехорошего предчувствия внутри похолодело.

Джессика влетела в комнату. Отец в неестественной позе распластался в кресле. Голова безвольно свесилась на грудь, рука перекинулась через подлокотник, а ненормально подогнутые ноги упирались в пол и, вопреки всем законам физики, не давали телу скатиться.

В груди снова ожил выпустивший острые иглы ёж. Сердце сжалось. Джессика бросилась к отцу и принялась его трясти.

— Папа, ты жив? Жив? Ну, пожалуйста, очнись!

Отец встрепенулся и посмотрел на неё осоловевшим взглядом.

— О, доч–ченька, — пролепетал он заплетающимся языком.

Только сейчас Джессика заметила возле кресла опрокинутый стакан, а на столике почти пустую бутылку скотча.

— Опять?! Ну теперь–то что, пап?

Отец поднял с пола стакан, дунул в него и, нащупав мутным взглядом бутылку, плеснул себе спиртного.

— Не нужно больше… прошу… — Джессика нежно разжала его ладонь, взяла стакан и поставила на стол. — Пойдём–ка со мной.

Она помогла ему подняться и проводила в ванную комнату. Включив холодную воду, попросила наклониться к умывальнику. Отец послушно засунул голову под ледяную струю.

— Ну как? Лучше?

— Бр–р–р…

Трекер тряхнул головой и, распрямившись, кивнул. Затем энергично растёр лицо ладонями и сделал пару приседаний. От этого его взгляд стал немного осмысленней.

— Прости меня, идиота… — произнёс Алан уже более членораздельно, когда они вернулись в комнату.

Джессика вздохнула и села рядом.

— Ладно, рассказывай, — примирительно сказала она.

— Понимаешь, я специально всё придумал, чтобы мы стали ближе. Как раньше, когда ты была ещё совсем малюткой.

— Что придумал? — Джессика удивлённо вскинула брови.

— Всё, всю эту историю. Помнишь разговор со своим редактором? Это я ему написал, идею подкинул. Специально знаменитостей приплёл, чтобы он именно тебе поручил это дело.

— Зачем?

— И письма от Рона придумал. А эта его рукопись из тайника… я просто распечатал первую попавшуюся научную работу из интернета.

Дочь недоверчиво посмотрела на него.

— Но ты же не мог сам нарисовать схему в квартире Картера? А Холландер?

— Хех. Схема… Доктор Фриз разрабатывает лечение от той наркоты, а люди из списка — потенциальные спонсоры исследований, — усмехнулся Трекер.

— Откуда ты знаешь?

— Когда этот план готовил, вычитал в каком–то его интервью. Неважно. Главное — ты поверила. А этот твой писатель… Ты слышала, что Ньютона обвиняют в том, что он украл свои работы у других ученых, пользуясь властью Великого Магистра масонской Ложи? Что, по мнению некоторых, Шекспир не писал своих пьес?

— Прямо все теории заговоров собрал. Никогда не замечала за тобой тяги к таким темам.

— Потому и не замечала, что это правда. Знаешь же, когда появляется книга–бестселлер или кассовый фильм, авторы получают сотни обвинений в плагиате. Многие хотят примазаться к славе, особенно если пахнет большими деньгами. Вот и жена Холландера так решила. Кроме неё, ещё десяток писателей предъявляют права на авторство этой книги. Я потому все стрелки и перевёл на Фриза, чтобы получилось правдоподобней. Ведь вокруг таких великих людей постоянно слухи возникают.

Джессика подняла взгляд на отца. А ведь такое возможно. Если б не слова Билла при той встрече с миссис Холландер, она, может, и сама бы не поверила вдове. Очень уж смутило тогда Джессику предположение об авторстве новой книги. Допустим, в этом отец прав. А остальное?

— Ну а с клиникой что? — спросила она.

— Я туда письмо написал. Давно, когда ещё только узнал о своей болезни.

— Что ещё за болезнь?

— Какая разница? Какая бы ни была, всё равно вылечить не получится. — Он махнул рукой, увидев, что с губ Джессики вот–вот сорвется вопрос. — Зато есть и плюсы: скоро я увижусь с твоей матерью…

Глаза дочери округлились.

— Как не получится? — спросила она, игнорируя попытку отмахнуться. — Сходи в другую больницу, вдруг в этой ошиблись.

— Бесполезно. Это уже пятая клиника… А под конец, говорят, такие боли будут… Вот я и решил… Прости, глупая получилась затея… Но кое–что я тебе оставлю в память о себе.

— Ты о чём?!

— Потом узнаешь, — улыбнулся Трекер. — Пусть это будет моим наследством.

А ведь это не пьяный бред. С такими вещами не шутят. Внутри у Джессики всё будто сжалось. Что же она натворила?! Почему, почему она так мало бывала с папой? Он даже признаться побоялся. Губы задрожали, глаза налились слезами и, рыдая, она уткнулась лицом отцу в колени.