Илья Саган – Мне написал покойник (страница 22)

— Прошу вас, — махнул рукой Ковач.

Джессика огляделась. С её прошлого визита кабинет здорово изменился. Сейчас вместо консервативных кресел в стиле Честерфилд здесь стояла мебель современного дизайна, обтянутая белой кожей. Шкафы и столы тоже стали гораздо светлее. Ушёл дух таинственности, так понравившийся Джессике в прошлый раз. Да и шикарная коллекция английских солдатиков разных эпох, занимавшая несколько полок в открытом шкафу, куда–то подевалась. Быстро же новый хозяин тут всё поменял! Обустраивается. Видимо, уверен в своём будущем назначении.

Дверь скрипнула, и из задней комнаты кабинета, которую Джессика не сразу заметила, появился высокий мужчина с изогнутыми домиком бровями на вытянутой физиономии. Казалось, природа навечно запечатлела удивление на конопатом лице Престона.

Джессика улыбнулась. В голове сразу же всплыл десяток комичных фотожаб, которые при таком выражении лица наверняка стали бы популярными мемами в интернете. Хорошо, что он не умеет читать мысли, а то б неудобно вышло.

— Здравствуйте, мисс Трекер. Вы правильно сделали, что решили зайти, — сказал Престон, подняв руки, словно возносил молитву невидимому божеству. — И вы, мистер…

— Дэвис, Уильям Дэвис, — кивнул Билл.

— Рада снова встреться с вами, — сказала Джессика. — Жаль, что повод не самый весёлый.

— Вы о смерти Бёрнса? Да, ужасная, ужасная история. Вы садитесь, — Престон кивнул на новенькую белую мебель, явно гордясь ею, и сам погрузился в кресло.

— Спасибо, — поблагодарила Джессика, усаживаясь на диван. — Как же так случилось, что столь высокопоставленный чин оказался в неисправном вертолёте? Это не могло быть следствием чьего–то злого умысла?

— Что вы! Эту версию мы сразу отбросили. Прошло несколько тщательнейших проверок и расследований. Бёрнсу просто не повезло. Неудачное стечение обстоятельств, непредвиденные мелочи, которые и привели к трагедии. А с чего вопрос? У вас есть повод думать иначе?

Благодушно настроенный до этого момента Престон сейчас заметно нервничал. Он поморщился, суетливо смял какую–то бумагу на столе и бросил в мусорное ведро.

— Мы должны рассмотреть любые варианты. Тем более есть информация, что Бёрнс был как–то связан с этим новым наркотиком, с «розовой мечтой», — ответила Джессика и внимательно вгляделась в лицо Престона, чтобы не упустить скрытых эмоций.

Этого и не потребовалось. Реакция была настолько бурной, что Джессика оторопела от неожиданности. Сначала Престон замер в замешательстве, затем в его глазах что–то перещёлкнулось, будто шторки в фотоаппарате, белки налились кровью, и он злобно прошипел:

— Не ожидал от вас, мисс Трекер. Знал же, что нельзя доверять журналистам. Вы как мухи. Хотя нет — мухи иногда и от джема не отказываются. А вам только нечистоты подавай. И чем запашок позабористей, тем вам приятнее. Всё! На этом беседа закончена!

Джессика заметила, как после этой тирады у Билла забегали желваки на скулах и сжались кулаки. Вот–вот бросится. Успокаивающим жестом она взяла его за руку.

— Остыньте, Уильям. Не нужно… — прошептала она и снова обратилась к Престону. — Странная реакция. Такое впечатление, что вы чувствуете в этом свою вину. Вы никогда не слышали, что всё тайное становится явным?

Престон вскочил с кресла и, вытянув руку в сторону двери, выкрикнул:

— Во–он! Немедленно убирайтесь! Ковач! Ковач, покажите им, где у нас выход!

— Да–да, сэр, — испуганно пробормотал вбежавший в кабинет помощник. — Господа, прошу вас.

Кабина лифта поползла вниз, и пришедший в себя Ковач робко спросил:

— Извините, что вы ему сказали? Никогда Престона таким взбешённым не видел.

Джессика украдкой посмотрела на Билла: его до сих пор била дрожь от злости. Перевела задумчивый взгляд на Ковача и неожиданно захихикала.

— Нервы, да? — понимающе кивнул он. — Я тоже, как услышал его вопли, чуть не… готов был под стол залезть.

— Нет, — продолжая смеяться, сказала Джессика. — Просто после вашего вопроса я вспомнила байку, которая одно время ходила по редакции. Рассказывали, будто один из репортёров после фотографирования известного боксёра вернулся с распухшим ухом и фингалом под глазом.

— Что же он сказал тому дикарю? — поинтересовался Ковач.

— Ничего особенного. Говорит, и успел–то только попросить, чтобы тот сделал лицо умнее.

После шутки Билл заметно расслабился и даже улыбнулся. А Ковач с недоумением спросил:

— Вы такое Престону сказали? С его–то физиономией?

— Нет, мы задали вопрос о «розовой мечте», — ответил Билл.

— О «мечте»? — присвистнул Ковач. — Ну, даёте! Прямо на больной мозоли станцевали. Если б вы знали, сколько вокруг этого у нас слухов ходит.

— Слухов? — встрепенулась Джессика. — Расскажете?

— Я? Не, я никак. — Ковач покачал головой и с хитрой улыбкой добавил: — Вы наверняка проголодались. Могу посоветовать зайти в ресторанчик «Надёжное алиби». Он тут через дорогу, не пропустите.

— Отличная идея. У меня с прошлого вечера маковой росинки во рту не было, — обрадовался Билл.

— И я не прочь перекусить, — одобрительно кивнула Джессика.

Лифт дёрнулся и остановился.

— Ну что ж, удачи. Надеюсь, дальше дорогу сами найдёте, — сказал Ковач, пожимая руки Джессике и Биллу.

«Надёжное алиби» оказалось второсортной кафешкой для быстрого перекуса. Среди немногочисленных посетителей внимание Джессики привлекла пара весело общающихся мужчин в штатском.

— Сто процентов сотрудники Агентства, — кивнула она в их сторону.

— Похоже.

— Попробую наладить контакт.

— Давай, а я пока меню изучу.

Джессика подмигнула Биллу и решительно направилась к столику.

Подойдя к предполагаемым агентам, Джессика одарила их своей коронной улыбкой, против которой не мог устоять ни один нормальный мужчина.

— Мальчики, не посоветуете коллеге, какие блюда здесь можно заказывать? Чувствую, мне теперь тут частенько «алиби» придётся зарабатывать, а устраивать эксперименты как–то не хочется.

— О, с удовольствием! — воскликнул худой мужчина в щеголеватом костюме.

Агенты оживились и принялись наперебой давать рекомендации.

— Здесь отменные рыбные блюда. Заказывайте любые — не ошибётесь, — махнул рукой молоденький парень с рыжей шевелюрой и веснушчатым лицом.

— Верно. И ещё тут штрудель очень неплох.

— Спасибо, надеюсь, наши вкусы совпадут.

— Даже не сомневайтесь, вы обратились к самым привередливым гурманам NCA. Простите, а какой отдел вы будете украшать своим присутствием?

— Разве это имеет значение? — изобразила удивление Джессика.

— Естественно! Нужно заранее придумать повод, чтобы прибегать туда с какими–нибудь ненужными бумажками, — хитро произнёс худой, явно мнивший себя большим сердцеедом.

— Мне предстоит отбивать вашу контору от назойливых журналистов, если, конечно, утвердят на работу в пресс–бюро.

— Так вот кто будет восхвалять мои подвиги! — улыбнулся рыжий.

— Кстати, я Джессика.

— О, простите нашу невежливость! — с трагичным выражением воскликнул худой. — Мы настолько ошеломлены вашей красотой, что даже не представились. Я Гарри Корецки, а это мой друг Стивен Чевертон.

— Простите, Джессика, вы не согласитесь присоединиться к нашей компании? — спросил Стивен.

— Конечно, — радостно ответила Джессика и кивнула на Билла. — Правда, я не одна. На собеседовании у Престона познакомилась с тем парнем, он меня сюда и привёл.

— Тоже новичок? Так пусть и он присоединяется.

Слышавший весь разговор Билл восхищённо посмотрел на подругу. Ну, Джессика, ну, актриса!

Дождавшись пригласительного жеста, Билл подошёл к столику и представился:

— Билл, Уильям Дэвис.

— Присаживайся, друг. Тоже в пресс–бюро?

— Нет, я в Скотланд–Ярде наркотой занимался. Здесь, наверное, то же самое делать буду.

— Из Скотланд–Ярда? — переспросил Гарри. — А я смотрю, мне твоё лицо знакомо. И я оттуда. Выражаясь нашим нежным полицейским жаргоном, на сериях специализировался. Маньяки разные, извращенцы, ну ты понимаешь.