Илья Романов – Владыка Зазеркалья (страница 4)

У дверей очень кстати висел на стене пожарный щит, с которого я снял немного ржавый топор.

Первого выпрыгнувшего на меня сатира, нижняя половина которого являла собой змеиный раздвоившийся хвост, я прикончил одним точным ударом. Тварь лишилась головы и умерла, а на смену ей пришла другая.

Более массивная, едва помещавшаяся в коридоре. Два сатира слились воедино, образуя омерзительного кадавра. Рук у этого существа не было, ему их заменили костяные косы, растущие прямо из плеч на сгибающихся суставах.

— Скверна, — неприязненно произнёс я. Эта сила всегда была одинаково безобразной.

Толстый живот противника распух. В его центре зияла широкая, клыкастая пасть. Одна голова, которая ещё смогла сохранить черты козлиной морды, свисала придатком на грудь и издавала тихий, болезненный стон. А вторая изменилась настолько, что являлась скорее наростом из гладкой плоти, нежели чем-то другим. Если бы не чёрные глаза, сочащиеся дымкой в центре этого нарыва.

— Ну же, дружок. — зло оскалился я. — Не стесняйся.

Однако, монстр не торопился нападать. Он ждал. Этот заражённый был не единственным, кто вышел меня встречать. За его массивной тушей появились и другие. Омерзительные, стонущие и ревущие. Некогда разумные, у которых были мечты и жизнь, а теперь лишь оболочки тех, кем они являлись.

Я наблюдал за ползущими в мою сторону уродами и думал. Думал о том, что один старый сатир явно врал. Потому что те существа, которых я видел перед собой, явно страдали от Скверны значительно дольше, чем жалкие пару суток.

— Давненько я таким не занимался… — поняв, что твари нападать первыми не торопятся, я взмахнул топором, пробуя вес оружия. А потом уверенно шагнул вперёд и уже громче добавил: — Подходи по одному, ребята, всех уважу!

Глава 3

С чавкающим звуком, я вытащил окровавленный топор из туши самого здорового заражённого. В воздухе стояла густая вонь тухлятины, всегда сопровождавшая Скверну. Редко моргали чудом уцелевшие потолочные лампы. Тварь ещё хрипела, но это уже была агония. Осквернённое подобие жизни покидало этого кадавра, а стоны затихали с каждым мгновением.

Я был весь в чёрной, склизкой крови. Измазался с ног до головы, словно мясник на скотобойне. Одежду однозначно придётся выкинуть при первом случае. Кожу отмыть было проще. Мне. Потому что другие разумные в подобной ситуации уже начали бы изменяться.

Ятагарасу не вернулся, а значит заражённые не покидали здание склада. И это хорошо. Очень хорошо. Не придётся отлавливать этих тварей, которые за время своей свободы могли сотворить непоправимое.

Мой путь лежал дальше по коридору. Часть ламп были разбиты в ходе сражения, но парочка из них ещё освещала путь. Моргающий нервный свет, вкупе с пятнами чёрной жижи на стенах, потолке и полу, создавали картину третьесортного хоррор фильма. Но такова была моя сегодняшняя реальность.

Я прикончил ровно пять заражённых в этом коридоре, а значит шестой ещё здесь. И либо он заперт, от того и не заявился вместе с остальными, либо умнее. Но я скорее поверю в то, что тварь банально не нашла выхода, чем в её разумность. Нет у заражённых интеллекта — атрофируется за ненадобностью.

И тем сильнее было моё недоумение, вкупе с безграничным удивлением, когда я подошёл к одной единственной закрытой двери. За ней ощущалось присутствие живого существа, но полностью оценить обстановку я не успел. Тяжёлую дверь практически в то же мгновение снесло с петель, будто взрывом, а в коридор вырвался поток чёрного пламени!

На грани всех своих сил, я отпрыгнул в другой конец коридора, прямо по трупам, и достал ещё одну монету. Золотая энергия не вылилась в окружающий мир, как было с призывом Ятарагасу, а полностью впиталась в моё тело.

На пути чёрного пламени возник переливающийся всеми цветами радуги барьер. Тусклый, дрожащий от нестабильного состояния, но сдерживающий чужеродную для трёх миров мощь Скверны!

— Зараза… — процедил я сквозь зубы, заметив первую трещину на барьере.

Вторая монета. От впитавшейся энергии я слегка поморщился, а перед глазами на долю мгновения всё помутилось. Я отдал свой дар, чтобы защитить три мира и создать Зазеркалье, а потому моя текущая магия стала лишь жалким отголоском прошлого могущества.Такова была цена, которую я заплатил.

Единственный выход для меня и для всех остальных в Зазеркалье — монеты. Вот только, если использовать их слишком много и часто, эти костыли скорее прикончат меня, чем помогут.

Как бы то ни было, после второй монеты, барьер смог сдержать мощь Скверны. Мощь, что была мне неведома и незнакома. Никогда прежде не доводилось видеть, чтобы эту энергию применяли вот так! Но это точно Скверна! Её омерзительную вонь я ни с чем не спутаю!

Я покачнулся, но устоял и оперся ладонью о стену. Руки подрагивали от привычной перегрузки, но пальцы крепко сжимали топор. До собственноручно установленного предела было ещё далеко. Я стёр с лица запёкшуюся кровь мутантов, которая стала похожа на нефтяную маску, и медленно двинулся к источнику неизвестной магии.

От тел заражённых ничего не осталось, кроме пепла. Чёрное пламя уничтожило всё, опалило стены, потолок и пол. Лампы потухли, в коридоре воцарилась густая темнота.

Вдох-выдох, я покачал головой и пошёл вперёд. Топор закинул на плечо, готовясь пустить его в ход и бросить в качестве снаряда. Я ещё не решил буду ли подходить к магу Скверны вплотную и нужно было иметь хотя бы пару вариантов действий. Баланс у топора был отвратный, но метнуть его на таком расстоянии я мог без проблем.

Внутри комнаты, которую и показывал мне Семаркл на видео, меня ждали. И узник этого «подземелья» остался на прежнем месте.

Прикованный цепями к стене человек не изменился. Он остался всё таким же, сохранил свой облик и не мутировал от заражения. Тёмных линий на его коже стало больше, он был весь покрыт ими, но на этом всё. Если не считать тёмную дымку в провалах глаз и усилившейся худобы, ничего за прошедшее время не изменилось. А ещё на лице человека я видел зловещую улыбку. С уголков его рта, на шею и пол, стекали чёрная слизь и пена.

— Вот он, Хранитель Трёх Миров! Владыка Зазеркалья! — прохрипел заражённый и я поражённо замер, не веря собственным ушам. Изменённый мог говорить! — Трус! Ничтожество, которое спряталось от собственных грехов! Каково это, жить в вечном обмане, лицемерный предатель⁈ Ответь мне! Ответь! Ха-ха!!!

— Кто ты? — наклонил я голову набок, хмуро взирая на это существо. — Или, что ты?

— Мы — есть Скверна! Мы — есть твоя погибель! За всё то, что ты сделал! За то предательство, что ты свершил! За твои грехи! За твои ошибки! Мы пришли! Мы здесь! Мы голодны! И мы… — губы заражённого треснули, кожа разошлась, а улыбка его растянулась до ушей. — ОТОМСТИМ!!!

Заражённый забился в конвульсиях, а затем его тело стало буквально расползаться. Кожа рвалась, будто сухой, старый пергамент. Она покрылась чёрными язвами и спадала лоскутами. Он умирал, но не переставал смеяться и повторять лишь одно:

— МЫ ОТОМСТИМ!!! МЫ ОТОМСТИМ!!!

Я скинул топор с плеча, подошёл к этому несчастному и, смотря в его полные бездонной тьмы глаза, срубил голову. С одного удара.

— Прости, что не успел помочь тебе и не уберёг от Скверны, — прошептал я, когда смех затих, а заражённый перестал биться в цепях. От него осталась лишь половина тела, а вторая являла собой оголённые кости.

С глухим звуком топор упал на пол, а я медленно, пошёл к выходу из подвала. Чёрный огонь, который использовал заражённый, сослужил хорошую службу. От следов боя не осталось вообще ничего.

Сколько у меня заняла зачистка? Минут десять, может чуть меньше. Но, похоже, Семаркл и его сатиры заранее выехали сюда, потому что именно их я и встретил у выхода из здания.

Вооружившись огнестрелом, бойцы взяли дверной проём на прицел и чуть не выстрелили в меня. Но, к счастью для сатиров, окрик их босса остановил тех от необдуманных действий:

— Отставить, идиоты! Уберите пушки!

Увидев меня, Семаркл чуть ли не бегом оказался рядом.

— Владыка, как вы⁈ С вами всё хорошо⁈ — беспокойство из него можно было черпать вёдрами. Как и панику в глазах.

— Всё нормально, — поморщился я и повёл плечом. Кожа чесалась, а организм уже начал избавляться от следов Скверны.

После поглощения сразу трёх монет с маленьким интервалом времени, тело начало жадно возвращать свою магическую часть. Крохи энергии, оставшиеся внутри, пробудили магическое зрение. И я в новом свете увидел предводителя сатиров. В нормальной алой ауре Семаркла просматривались очень слабые всполохи черноты.

В голове всё ещё метались мысли от увиденного там, в комнате склада. Разумный заражённый. Заражённый, который смог говорить и использовал магию, которую я ранее не видел. Магию, средоточие которой лежало в основе Скверны. Чужеродную, опасную… Откуда взялся этот заражённый? Почему сатиры Семаркла успели настолько быстро измениться? Для этого им потребовалось бы больше времени, чем то, о котором говорил стоявший передо мной разумный!

Я выдохнул, покачал головой, после чего тяжело посмотрел в глаза Семаркла и глухо произнёс:

— Ты ничего не хочешь мне рассказать?

Вожак сатиров вздрогнул и сделал маленький шаг назад. Его бойцы напряглись, приподняли автоматы, которые до этого опустили к земле.