Илья Романов – Паладин. Свет и Скверна (страница 41)
Исследование этой второй кожи заняло у меня пару минут. Я переоделся полностью, пару раз подпрыгнул для проверки и, кивнув, пошёл на выход. Куда идти дальше — вопрос не стоял. Перед тем, как уйти с сестрой, Нарыжный сказал следовать по маркерам на стене в виде стрелок. И такие появились, загоревшись зелёным, указывая дальше в коридор, который привёл меня в огромный круглый зал.
В центре него стояла бордового цвета колонна. Монолит, от которого фонило энергией за милю. Вот только такого мощного фона я не чувствовал по пути, а значит стены глушат. К самому монолиту вели четыре подъёма по три ступеньки каждый. На потолке, словно вытягиваясь в чашу, виднелась куча толстых проводов, каждый из которых уходил в пол рядом с монолитом.
Трибун не было, лишь голые стены и плиточный пол. Но на втором этаже из стен выступали ложи с затемненным стеклом.
Чувство направленного взгляда стало в разы сильнее. И он был не один и даже не четыре, как ранее. Нет, их было больше. И один из них принадлежал мужчине с невыразительной внешностью, стоявшему возле монолита. В чёрно-золотистой униформе, поверх которой был накинут белый халат, он посмотрел на меня и громко сказал:
— Виктор Константинович, прошу подняться к артефакту!
Смена походки на пружинистую и полное хладнокровие не осталось незамеченным и мужик едва заметно приподнял бровь.
— Ваша светлость, так как вы впервые проходите регистрацию, то позвольте объяснить правила. Ваша задача, при активации артефакта и моей команды, задействовать свой дар на всю возможную мощь и нанести удар по монолиту. Костюм вам в этом поможет, подключившись к монолиту. Далее, как закончиться этап регистрации, вы можете быть свободны. Если после процедуры вы будете чувствовать себя плохо, то штатный целитель окажет вам помощь. Вы всё поняли, Виктор Константинович?
— Предельно, — сухо ответил я. По привычке расставил ноги на ширине плеч, убирал руки за спину, а сами плечи расправил.
Мужик на это довольно улыбнулся и что-то чиркнул в своем блокноте, который держал в руке.
— Удачи, ваша светлость, — напоследок сказал он, спустился со ступенек вниз и скрылся за одной из дверей.
Я ещё взглянул на артефакт, фона которого хватило бы, чтобы запитать целый город в моём мире. Интересно, где местное человечество нашло его или как создало. Подобное я видел раньше, но в гораздо меньших масштабах, да и производили их единицами, раскупаемые Орденами и богатыми мирами.
Чаша на потолке стала набирать свечение. Стены загудели, по проводам побежал энергетический импульс незаметный глазу. Артефакт передо мной слабо задрожал и стал источать тусклое красноватое сияние.
— Начинайте по готовности, Виктор Константинович! Три… Два… — я хрустнул шеей, примерно уже рассчитав, что нужно делать дальше. — Один! Начали!!!
Глава 19
Князь Пожарский в последний раз выбирался в Екатеринбург три месяца назад и сейчас думал, что слишком малый срок прошёл. Местные аристократы, как узнали, что он едет на регистрацию к молодому князю Потёмкину, так сразу побросали свои дела и примчались.
Каждый из них желал показать себя перед сильнейшим князем Урала, предложить ему какой-либо контракт или свои услуги. Связи и статус многое стоили в этом мире, а потому благородные не могли потерять даже малейшего шанса показаться на глаза такому человеку.
Вот только сам Пожарский так не думал. Лучше бы все эти люди с таким рвение боролись с тварями Зоны и защищали Российскую Империю, с каким вылизывают его задницу. Именно от лести и лизоблюдства он устал сильнее всего, тихо правя в своих обширных землях.
Но сегодняшний день он пропустить не мог. Внук его старого друга должен был вот-вот стать официальным одарённым. Знаменательное событие, которое важно лишь для нескольких человек в этом помещении. А если конкретно, то для главы рода Миходиных, чуть не опоздавшего и прибывшего почти последним. Его друга барона Нарышкина, в данный момент подливающего в бокал Миходину вина и рассказывающего какую-то историю с улыбкой. Ну и конечно Потёмкиной Светланы Константиновны, пришедшей вместе с братом. И вроде бы собралась вся компания, даже Соколовы вылезли из своей норы, а глава их рода, высокий и мускулистый Борис Николаевич, задумчиво крутил в руке бокал водки со льдом и ожидал начала. Но были и те гости, которых никто не ожидал. Вместе с Пожарским они произвели настоящий фурор и взбаламутили Уральское болото.
Речь шла про двух писанных красавицах Российской Империи. Дочерях благородных и статусных родов. Кутузовых и Юсуповых. Эти два рода всегда были на короткой ноге. Первые воевали за Империю на всех рубежах, как человеческих, так и против тварей. А другие поставляли им технику и вооружение, соперничая на этом поприще с Долгоруковыми. Само появление этих двух девушек в Екатеринбурге заставило город в последние дни кипеть. Устраивались званые вечера и ужины, куда их старались пригласить. Мэр города готовил праздник, который вроде как должен был состояться в память о войне с Османской Империей, что была двести лет назад, но на деле все понимали для кого этот праздник.
Сами девушки к вниманию со стороны благородных мужей и женщин привыкшие. Их улыбки растапливали сердца, а поставленная речь и богатые знания позволяли поддержать любой диалог. Более того, парочка молодых виконтов даже почти устроили дуэль между собой из-за того, что поругались за внимание Кутузовой. В целом, нормальное явление, будь это какой-то званый вечер. Вот только всё происходило в ОМИ, а не в богатом и огромном особняке.
Одна только Потёмкина Светлана Константиновна никак не участвовала в разговорах и казалась отрешенной. Всё внимание девушки было приковано к залу регистрации, а между ладоней она держала белый платок, который мяла из-за нервов. Пусть в этом месте собрались так называемые «союзники» их рода, но никто из них не стал подходить к ней. Ограничились сухим приветствием да и только, если не считать Пожарского, Кутузову и Юсупову. Наверное, не будь этих трёх родов сейчас здесь, то злые языки вряд ли бы удержались.
— Волнуетесь, Светлана Константиновна? — подошёл к ней князь Пожарский. То, что он завёл разговор с этой девушкой не осталось без внимания.
— Это так сильно заметно, Николай Иванович? — вздохнула Потёмкина, стараясь держать лицо.
— Да, — кивнул князь. — Пусть мои слова прозвучат банально, но я уверен, что ваш брат справиться хорошо.
— И откуда у вас такая уверенность, Николай Иванович? — чуть резче, чем следовало, спросила девушка и, вновь вздохнув, дополнила: — Прошу прощения…
— Ничего, — улыбнулся старый князь. — А касательно вашего вопроса: ниоткуда, но это так.
То, что молодой Потёмкин пролетит эту регистрацию с лёгкостью, он не стал озвучивать. На этапе первой регистрации проблемы могут быть у детей, только-только пробудивших свой дар, но никак не у того, кто устроил резню буквально позавчера. Пожарский видел снимки. Слушал записи разговоров жандармов. И его люди лично проверили ту квартиру, составив всю картину происходящего.
После всей собранной информации Николай Иванович даже задумался, а не обдурил ли его и всех остальных аристократов этот мальчишка? На то, что он сделал с наёмниками, способен… тут даже сам князь не смог подобрать слова, но вряд ли это смог бы сделать только что пробуждённый… Как-то картина не складывалась в голове князя. И тем сильнее был его интерес разгадать эту загадку. Но ладно бы это, так ещё и начальник юридического отдела, отчитавшись ему после помощи Потёмкину, заставил глубоко задуматься. И да, разговор с ним князь тоже прослушал. Есть такая привычка у Нелипы, разговоры записывать. Потёмкин, конечно, надерзил и в его положении так говорить не стоило, но Пожарский был этому только рад. А как он лихо про разведку намекнул? Вроде и угроза, а вроде и похвалил! За словом Виктор в карман не лезет! Чувствовалась в его речи та самая древняя кровь, какая была у его отца и деда. Живы ещё Потёмкины, очень даже живы! На зависть и злобу всем, кто желает им смерти!
Пусть разговор между ним и Светланой Константиновной зашёл в тупик, но князь не торопился отходить. Подруги девушки слишком заняты другими благородными и если пытались как-то прикрыть её, то делали это слабо. А вот Пожарскому это ничего не стоило. Все на Урале боялись Огненного Льва. Как и того факта, что если его разозлить, то он покажет клыки и когти, после чего полетят головы. И сейчас он одним своим видом защищал внучку своего старого друга, давая всем и каждому повод для размышлений.
Двери в зал регистрации открылись и внутрь зашёл молодой князь Потёмкин. Проверяющий из ОМИ уже ждал его возле артефакта и юноша направился к нему. Часть аристократов, что до этого вели праздные и деловые разговоры, потихоньку замолкали, но не все. Большинству было все равно на регистрацию.
Пожарский сразу отметил, что Виктор держится достойно. Твёрдый шаг, расправленные плечи, холодный и слегка надменный взгляд. То что нужно для князя, готового бросить вызов судьбе.
Сотрудник центра исследований провёл ему инструктаж и удалился в безопасную зону, оставив парня одного. Потекли секунды ожиданий и вот аппаратура заработала. Слабая вибрация ощущалась даже здесь, в изолированном от фона помещении.