Илья Романов – Паладин. Свет и Скверна (страница 15)

Белобрысый всё же вмешался и попал под горячую руку своего друга, отлетев в карету. Дамы завизжали, попрятались кто куда, а вот тихоня стоял на месте и охреневал от происходящего. У него даже очки упали.

Но надо заканчивать. Тем более, что Любава вышла из дома и наблюдает.

Уклонившись от летящего в лицо кулака, резво пошёл на сближение. Здоровяк открылся и я со всей доступной силы, приправив энергией, ударил стопой по колену его опорной ноги. Раздался громкий хруст, сын конюха зычно заорал от боли и стал крениться вниз. Плавным движением, почти что Рывком Света, я зашёл ему за спину и, добавив ещё одним ударом, но уже по другой ноге, выбил из-под него опору полностью, поставив на колени. А дальше — дело техники. Удар ребром ладони по шее, ещё одно Касание Света вдогонку, и детина с глухим звуком падает мордой в землю, теряя сознание.

Визги дев прекратились в тот же миг, к нам бежали остальные бойцы поместья, да и показались в поле зрения кареты на дороге, которые уезжали утром.

Я обернулся к остальной компашке, поднял лежавшие на земле очки и передал застывшему, как бледная статуя, тихому мальчишке.

— Держи, это, кажется, твоё.

— А-ага, с-спасибо, — заикался он, смотря на меня взглядом кролика, по ошибке заглянувшего в логово Василиска. — А м-меня бить не б-будешь?

Белобрысый к этому моменту уже полностью оклемался, заголосил, что его отец так этого не оставит и что я напал на них. Смешной выхухоль. Впрочем, шепот того детины он не слышал, либо сделал вид, что не слышит. Мне до этого дела нет.

— А надо? — нахмурился я, напрочь игнорируя орущего болвана. — В тебе, в отличии от этих, — кивок в сторону белобрысого и его друга, которого тот пытался привести в чувства. — Я гнили не вижу. Не с теми ты дружишь… Эм?

Он надел очки и выпучил на меня глаза, прекрасно поняв вопрос.

— Я Коля! Лермонтов Коля! Ты что, забыл?

— Есть у меня проблемы с памятью, но это не твоя, а моя забота, — невозмутимо ответил я, похлопал его по плечу и добил психику парня следующими словами: — Так вот, Коля, искал бы ты друзей в другом месте. Послушай мудрого человека, которому ты в праправнуки годишься.

На этой прекрасной ноте, после идеально проведённой воспитательной работы, вся компания загрузилась в транспорт и укатила. Причём кучеров у них не было, что странно, аристократы же.

Я проводил их уезжающие кареты внимательным взглядом, а в голове крутилось множество мыслей. Если взять весь мой опыт общения с благородными со всех миров, где я побывал за свою прошлую жизнь, то этим детским мордобоем всё не закончится. У аристократов есть удивительно тупая привычка мстить, даже когда они не правы. И впоследствии огребать проблем. Особенно от Орденов вроде Паладинов, Охотников, или других, кто только рад преподать урок воспитания зарвавшейся аристократии.

И вот дилемма — сил-то прежних у меня нет. С этими безусыми юнцами я сладил, как смогу сделать подобное и с отцом белобрысого выхухоля, но вряд ли они сильнейшие представители своих родов.

К воротам, где я продолжал стоять, подкатили кареты наших бойцов. Ровно три штуки, откуда выпрыгивали уставшие и вымотанные мужи. Видно, что поработали они ладно, ссадины и раны имелись. Броня с одеждой у многих в крови и потрохах тварей. Но и трофеи тоже привезли, судя по содержимому под настилом.

— Виктор Константинович, что здесь произошло? Мы гнали, как могли, но не успели…

Ко мне подошёл молодой широкоплечий, поджарый парень в безрукавке, которого я уже видел. Это он выгонял на пробежку лентяев, когда я появился тут. И черты лица его мне знакомы. Тот же нос с горбинкой и форма челюсти, да глаза янтарного цвета. Неужто внук старого волка?

— Имя? — коротко поинтересовался я.

От моего тона он аж вытянулся, словно на параде. Только спустя миг удивился, что я говорю на местном языке. Да и остальные бойцы обернулись к нам с удивлением, разгружаясь.

— Есенеев Алексей Кириллович! Замкомандира Егерей рода Потёмкиных! — чётко ответил молодой муж, щёлкнув подошвами ботинок. Общий помятый и окровавленный вид был ему к лицу. Хорошая порода. Таких к нам в Орден брали с руками и ногами.

— Значит так, Алексей, расклад такой, — убрал я руки за спину, расправив плечи. — После того, как личный состав приведет себя в порядок, осуществит приём пищи и отдохнёт, подойдёшь ко мне. Необходимо организовать патрулирование территории и прилегающей местности. Расставить караул в тех местах, которые я укажу, — по мере моих слов, шок на лицах бойцов рос в геометрической прогрессии. — Помимо этого, необходимо организовать две группы в количестве двух человек. Их задача — наблюдение за дорогой к поместью. Средства связи имеются?

Он рассеяно похлопал себя по груди и я увидел какое-то чёрное ребристое устройство небольшого размера.

— Хорошо. За остальными распоряжениями, как я уже сказал, подойдёшь ко мне после.

— Эм, господин, — смутился Алексей, бросив косой взгляд на остальных бойцов, что слушатели меня внимательно и мотали на ус. — Мы ожидаем нападения?

— Скажем так, — посмотрел я через плечо в ту сторону, куда укатили сынки аристократов. — Хочу быть готовым, если оно произойдёт. Приказ ясен, боец?

— Так точно! — вновь вытянулся Есенеев. — Разрешите исполнять⁈

Я коротко кивнул и доблестные мужи этого поместья разбежались, как тараканы. Не забыли и баулы свои, а также загнали транспорт на территорию.

Нападение будет или нет — неизвестно. Но лучше перебздеть, чем недобздеть и проснуться с кинжалом в сердце. Заодно и проверю, как местные бойцы ведут себя в боевой обстановке.

Глава 8

Мой простой, но не вызывающий возражений, приказ, вызвал самый настоящий переполох в поместье. Есенеев младший орал так, что дрожали стены, командуя подчинёнными, а те выстраивались в группы, ожидая дальнейших распоряжений.

В этот момент я и заглянул в казарму, где ознакомился с арсеналом рода Потёмкиных. Неплохая фамилия, ложится на слух, как и имя прошлого владельца тела.

Так вот, то, что я увидел, мне не понравилось. Арсенал на первом этаже казармы мал, скуден и убог. Я бы таким дерьмом даже крестьян не снаряжал, не то что воинов!

— Господин, — спокойно кивнул мне пожилой муж с седой бородой, восседающий за столом у входа в арсенал. Форма сидела на нём идеально, без каких-либо складочек, а пронзительный взгляд внимательно следил за бойцами, получившими снаряжение под роспись.

Видя мой интерес, да и остальные мужчины нет-нет, но поглядывали на меня, он поднялся и подошёл. Как раз в тот момент, когда я остановился перед стойкой с мечами.

— Вот, Виктор Константинович, — сухой ладонью он взял расписные закорючками ножны и протянул мне. — Это лучший из того, что есть.

Я приподнял бровь, принял меч и на пару сантиметров вытащил его из ножен. Сталь блеснула в свете потолочной лампы, вдоль лезвия, возле гарды, виднелись письмена на незнакомом языке.

— Говно, — вынес я вердикт, отчего глаза пожилого завхоза, а это был именно он, расширились. — Сталь дутая, зачарований нет, рукоять под женскую руку, а это убожество, — постучал пальцем по письменам. — Никакой практической ценности не несёт.

С щелчком убрав клинок обратно, поставил его на стойку и прошёлся вдоль стеллажей. По лицу завхоза, засеменившего за мной, было видно, что он заметно озадачен, но и сдерживаться я не собирался. Эти люди готовятся умирать по моему приказу, а значит моя обязанность сделать так, чтобы у них было больше шансов выжить, либо же прикончить побольше врагов. Меня устроит любой из этих вариантов, но первый, всё же предпочтительней.

В итоге, не найдя ничего полезного именно для меня, взял сразу три меча, шесть гарпунов, один каплевидный щит, и кожаный комплект доспехов. Латный лучше, но это слабое тело с ним не совладает. Упадёт мобильность, реакция, и всё в таком духе. Кожа дерьмовая замена, но это лучше, чем ничего. Тем более, что на этот комплект нанесено зачарование на прочность. Методика мне незнакома, впервые такой способ увидел, но течение энергии очень даже.

Второй раз завхоз удивился, когда попытался помочь мне напялить броню, но я только отмахнулся и справлялся сам. Без ошибок, отчего он почесал затылок и, переглянувшись с зашедшим в арсенал Есенеевым, развёл руками.

— Вы собираетесь сражаться, Виктор Константинович? — если Алексей и пытался скрыть в своём голосе недоумение, то получалось у него не особо.

— Собираюсь, — невозмутимо кивнул я, затягивая один из ремешков на рёбрах.

— Зачем?

— Ты задаешь на удивление тупые вопросы, Алексей, — сухо произнёс я, посмотрев ему в глаза. — Я отдал приказ этим людям готовится к битве, и я же буду сражаться вместе с ними, не собираясь прятаться за спинами. Этого тебе достаточно?

— Так точно, господин! — вытянулся он и не сдержал улыбку. Да и остальные мужи приободрились.

Снаряжались бойцы не только холодным оружием и бронёй, но и брали знакомые мне пукалки. Такие же я видел при приезде олуха Миходина, но как-то не особо вникал. Вообще огнестрел не вызывал у меня любви или неприязни. Я им банально не пользовался, считая блажью. Лично видел, как оружейники гномов произвели на свет первый из них, размером с долбанную корабельную мортиру, но потом уменьшили размеры для ручного использования.

Так вот, то чудовище, что они создали, требовало заметных умений и сноровки. Пока подготовишь ствол, пока зарядишь, пока подпалишь фитиль… Я за это время убью свою цель десятью разными способами при помощи верного клинка. Так что нет, огнестрел это не моё. Впрочем, местным бойцам он знаком, да и заряжали они его весьма любопытным способом. Вставляли какие-то продолговатые тонкие коробы в отверстие и дёргали мелкий рычаг на корпусе. Я заинтересовался, но времени на изучение этой приблуды нет.